Две лягушки скачут по болоту. Вдруг в воздухе слышится «вжжжик», и перед их носом в землю вонзается стрела.

Одна в полуобморочном состоянии:
— Иван-царевич!

Другая:
— Иван-царевич — это не страшно! Страшно то, что живем мы во Франции!

я уже раз 10 посмотрела))))

http://www.youtube.com/watch?v=G1ObiJ-8Tgc

Я в истерике!!! Не могу успокоиться:)

“Муха, Муха-цокотуха,

Зеленава посмітюха.

Все сміття перебирала,

Муха їжу запасала.

Те, що викинули люди, на столі у Мухи буде.

Сіла, трохи попоїла,

Гостей милих запросила:

- Я з членистоногих не всіх полюбляю,

Я тільки комах радісно стрічаю!

Муха складні очі має,

 Муха гостей оглядає,

Хрущ, рогач, оса, бджола,

Шовкопряд і сарана.

Бруківнице, Капуснице, їжте хрестоцвіті.

Невже не полюбляєте ви-бо їхні квіти?

Прибігали до Мухи блощиці,

 Приносили їй полуниці.

Приходила до мухи бабусенька-бджола.

На волохатих ніжках медку їх принесла.

Таргани поприбігали,

Недоїдки поз'їдали

Аж ось виповзає ворожий їм клас –

Що теж пообідати вирішив враз,

Павук-хрестовик підповза до стола,

І Муха у розпачі криком вола:

- Ви - членистоногий, павукоподібний,

Ми ж – комахи бідні – з вами різні.

Та не слухав павучисько-дідок,

Хоче Муху скуштувати назубок.

Хоче бідну вбити, Цокотуху загубити,

Всі жуки-черв’яки позлякалися,

По кутках, по дірказ заховалися.

А павук-лиходій не жартує,

Руки-ноги їй в кокон пакує,

І жахливу щелепу до серця встромляє,

І отрутою тіло її наповняє,

По заслузі ти, Муха, дістала,

Восени щоб ти нас не кусала.

Нікому вранці вухом дзиждчати

Й гидотою різною всіх заражати.

Эдгар По

На опушке старого, мрачного, обвитого в таинственно-жесткую
вуаль леса, над которым носились темные облака зловещих испарений и
будто слышался фатальный звук оков, в мистическом ужасе жила Красная
Шапочка.

Эрнест Хемингуэй

Мать вошла, она поставила на стол кошелку. В кошелке было молоко,
белый хлеб и яйца.
— Вот, — сказала мать.
— Что? — спросила ее Красная Шапочка.
— Вот это, — сказала мать, — отнесешь своей бабушке.
— Ладно, — сказала Красная Шапочка.
— И смотри в оба, — сказала мать, — Волк.
— Да.
Мать смотрела, как ее дочь, которую все называли Красной Шапочкой,
потому что она всегда ходила в красной шапочке, вышла и, глядя на свою
уходящую дочь, мать подумала, что очень опасно пускать ее одну в лес; и,
кроме того, она подумала, что волк снова стал там появляться; и, подумав
это, она почувствовала, что начинает тревожиться.

Ги де Мопассан

Волк ее встретил. Он осмотрел ее тем особенным взглядом, который опытный
парижский развратник бросает на провинциальную кокетку, которая все еще
старается выдать себя за невинную. Но он верит в ее невинность не более
ее самой и будто видит уже, как она раздевается, как ее юбки падают одна
за другой и она остается только в рубахе, под которой очерчиваются
сладостные формы ее тела.