Таешь в каменных объятьях,
Холод сердца жжет внутри.
Медленно спадает платье
Под укрытием зари.
То, что ночью совершила
Не поймешь и не простишь.
В этой тьме ты согрешила
И теперь молчи! молчишь?
Вечным сном укрыли сети
Твою душу, и в ночи
Нет дороже во всем свете…
Пламя мраморной свечи…
Думаешь, живешь, решаешь,
Ты не знаешь что покой.
Крови выпить ты желаешь,
Понимая, он не злой.
Ты найдешь, вонзишь и выпьешь.
Улетишь в сырой туман,
И на землю слезы выльешь,
Понимая, все – обман.
Догорает пламя камня,
Ты не ждешь уже весны.
Умирает тихо глянец
Погибающей луны.
Ты сидишь в холодном склепе,
Ты не чувствуешь зимы.
И мечты о теплом лете
Тебе больше не нужны.
Солнца больше не увидишь,
Отражения в воде.
Не поймешь, скорей обидишь.
Значит, снова быть беде…
Холод сердца жжет внутри.
Медленно спадает платье
Под укрытием зари.
То, что ночью совершила
Не поймешь и не простишь.
В этой тьме ты согрешила
И теперь молчи! молчишь?
Вечным сном укрыли сети
Твою душу, и в ночи
Нет дороже во всем свете…
Пламя мраморной свечи…
Думаешь, живешь, решаешь,
Ты не знаешь что покой.
Крови выпить ты желаешь,
Понимая, он не злой.
Ты найдешь, вонзишь и выпьешь.
Улетишь в сырой туман,
И на землю слезы выльешь,
Понимая, все – обман.
Догорает пламя камня,
Ты не ждешь уже весны.
Умирает тихо глянец
Погибающей луны.
Ты сидишь в холодном склепе,
Ты не чувствуешь зимы.
И мечты о теплом лете
Тебе больше не нужны.
Солнца больше не увидишь,
Отражения в воде.
Не поймешь, скорей обидишь.
Значит, снова быть беде…