Суть и соль в том, что здесь можно и нужно думать. Я закончила просмотр уже не вчера и даже не позавчера, но мысли всё крутятся и крутятся около сюжета и событий. И того, как они - все! - докатились до жизни такой. Впрочем, первый сезон просмотрен более года назад, а думать над ним время от времени я не перестала. Очень сильная вещь, да. И - как бы это ни звучало - актуальная. Именно сейчас и каждый день.
Наверное, я могу говорить и часами и строчить текст километрами, но ограничусь только несколькими моментами:
Второй сезон хорош тем, что показывает нам - в приближении, выпукло (да позволится мне такая формулировка) - ключевые персонажи: саму Фредову-Джун (Ах да, Джун. Неоднократно встречала мнение, что она некрасива, нестандартна и вообще отталкивает своей внешностью. Мне так не кажется. Она... обычная. В этом - снова - есть соль и суть. Она - обычная. Такая, какой, с лёгкими вариациями, бывают тысячи и тысячи женщин. Я могла бы быть ей. Или... вот у тебя есть дети?... да, ею могла быть и ты), её спасшихся друзей-родных, Ника, Эмили (как иллюстрацию того, до чего режим может довести умного и тонкого человека), тётку Лидию (встречала мнение, что её тоже жалко. Мне вот не жалко: при всех имеющихся у неё неплохих морально-волевых качествах она повёрнутая фанатичка и садистка с извращённой психикой), Фреда (апофеоз дорвавшихся до безграничной власти, не сдерживаемой никакими этическими и общественными рамками, комплексов), Яснораду и так далее, и так далее.
Для меня каждый эпизод был шедеврален, но сезон - помимо основного действа и судьбы собственно Джун - держится на двух китах: истории Яснорады и истории Иден.
Акцент на Иден оказался сильным невероятно. Вообще, её образ эдакой перевёртыш (такое я встречала, например, у Камши с образом Алвы и - наиболее ярко - с образом Луизы Арамоны): из вроде бы почти негативного героя, потенциальной стукачки, серой лицемерной мыши, олицетворяющей новый миропорядок она оказывается (не становится, именно оказывается, когда её дают под другим - верным - углом) личностью яркой, смелой и отчаянно честной. Погибнуть в 15 лет за любовь (в 15 лет надо любить, мечтать, может быть, целоваться, но не быть постылой женой, не слыть прелюбодейкой), отказавшись от спасения, не желать жить во лжи, оговорив любимого, это ... сильно (я не могу подобрать другого слова). Это её, на краю смерти сказанное: Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует... я, например, рыдала.
Иден и Айзек - Ромео и Джульетта прекрасного нового мира. Впрочем, Шекспир там, поди, тоже под запретом?
С Яснорадой ещё сложнее, ибо с одной стороны жалеть эту зарвавшуюся стерву, готовую идти по трупам и вырванным сердцам ради достижения своей цели, не получается, но с другой её трагедия, пожалуй, трагичнее всех. И её истинная трагедия не в невозможности родить дитя. Её трагедия в том, что она, создав тот мир, который мнила идеалом, положив на его алтарь всё, что у неё было и даже немножечко сверх, вдруг поняла, что в этом мире невозможно то, ради чего она его строила. В нём невозможно растить детей. Она не может растить в нём свою краденую дочь. Правда, в чём Яснораде не откажешь, это в смелости и жёсткости по отношению к самой себе. Я не могу её любить, не могу жалеть, но искреннего уважения она несомненно достойна.
И самое главное: дети, ради которых, вроде бы, всё затевалось... несчастные и по большому счёту нелюбимые неродными родителями, ставшие самоцелью, средством реализации амбиций родителей, не воспринимаемые как личности, впрочем, с восприятием кого бы то ни было как личности в Галераде вообще большие проблемы.
Вся история Галерада лично меня заставляет вспомнить посещение Папой Римским Бенедиктом XVI Освенцима и его вошедшее в историю: А где же Ты был, Господи?!
P.S. - Фильм "Рассказ служанки" 1989 года тоже оказался неожиданно сильной вещью, хотя он, по понятным причинам, гораздо лаконичнее сериала. Если делать скидку на время создания, вещь выходит не просто сильная - сильнейшая.
