Чертовщина
I. Демократия погрома
Пятнадцать лет назад просили сербы
Их не бомбить во время Пасхи православной,
Их не бомбить, когда Христос Воскресе.
Но дама с дьявольской улыбкой превосходства
Ответила от имени госдепа,
От имени глобального господства,
Что просьба сербов исторически нелепа,
И, если думать о глобальном интересе,
О демократии, о нравственном прогрессе,
Бомбить на Пасху надо сербов обязательно,
Без этого не будет убедительна
Победа, не бомбящая на Пасху
По той причине, что Христос Воскресе.
Пятнадцать лет спустя, пасхальной ночью
На Украине, в Украине (как хотите!)
Славян славяне убивают – где? – в Славянске.
Над перемирием пасхальным хохоча,
Устраивает власть кровопролитье
Лицом госдепа сильно хлопоча!
Победа быть должна кровопролительной,
Без этого не будет убедительной
Победа демократии погрома,
А демократия погрома – праздник скотства!
Но, если думать о глобальном интересе,
Пылая дьявольской улыбкой превосходства,
Кровопролитье – инструмент господства,
Особо – в ночь, когда Христос Воскресе.
II. Хорошо придумано
Для запада Россия – лютый враг:
Россия не вторгается в Ирак,
Не погружает Ливию во мрак,
Не вешает Саддама и на части
Не рвёт Каддафи, хохоча от счастья!
Россия – вредоносная страна,
Переписать историю должна:
Не победила Гитлера она!
Америка с Европой победили,
А русские им только навредили!
Россия угрожает всем подряд:
Ей льют и сыплют ненависти яд,
И травят, травят, но она не травится,
Привыкла к яду этому красавица, –
Страна такая западу не нравится!
Для запада Россия – в горле кость
И просто лишний на планете гость.
Но сколько бы Россию ни марали,
А в плане исторической морали,
И Крым, и Севастополь к ней удрали.
Для запада Россия – лютый враг:
Не вторгнешься в Россию, как в Ирак,
Не омайданишь пятою колонной,
Колонной русофобии зловонной,
Где флаг погрома – знак великих благ!
Россию надо гнать с планеты прочь,
Россия – дьявол кровожадной власти:
Нет виселиц, никто живьём на части
Не рвёт Каддафи, хохоча от счастья, –
Но в этом запад нам готов помочь!
В любой момент готовы нам помочь
Погромы, снайперы, египетская ночь!
III. Как молод Гоголь!
А в Украине – писаная торба,
Где кот в мешке и сало-небесало,
И чертовщины классика, оторва,
Которая для Гоголя писала
Такие перлы на таком приколе,
Действительность такую, что у Коли,
У Гоголя, случались киномраки!
Он киноглазно – в этой киношколе
Действительности, где летают хряки,
На хряках в небеса летают тётки,
А в реках плавают русалки, как селёдки,
И мстят обидчикам, а водку звать горилка,
В названье этом – дьявольская жилка,
Без тёмных сил любая правда – враки!
Ничто не изменилось, всё на месте,
Никто не исчезает, всё – сейчасно,
И в данный миг я получаю вести
От Гоголя, чья правда первоклассно
Проходит сквозь цензуры и запреты,
Сквозь писаную торбу чертовщины,
Сквозь морги, сквозь восторги, лазареты,
Сквозь чёрный дым, где шины жгут мужчины.
Как молод Гоголь в этом киномраке
Действительности, где летают хряки,
На хряках в небеса летают тётки,
А в реках плавают русалки, как селёдки.
Без тёмных сил любая правда – враки!
