С лицом измученным и серым, на белой смятой простыне, как жертва бешеной холеры, лежит коленками к стене. Протяжно стонет, как при родах, трясётся градусник в руках. Вся скорбь еврейского народа застыла в суженных зрачках. По волевому подбородку струится пенная слюна. Он шепчет жалобно и робко: "Как ты с детьми теперь одна??.." В квартире стихли разговоры, ночник горит едва-едва. Темно...опущены все шторы.. У мужа тридцать семь и два.
даа - это точно. Но с другой стороны...они всю жизнь Обязаны быть Сильными...добытчиками. а проявишь где-то слабость...так сразу все накидываются "лох..слабак..." и прочее... Так хоть в такие моменты - когда Болеют...они могут себе позволить...чтобы никто не сказал ничего... Ведь им тоже хочется побыть маленькими...чтобы а ними поухаживали...поныть...пожаловаться... чтобы пожалели...
