Во времена СССР не было не только секса, но и инвалидов. У самой передовой страны в мире не могло быть столько увечных и неполноценных. Интернаты для таких детей строились как можно дальше от любого населенного пункта. Они и сейчас стоят там. И вот один такой интернат есть и в нашей области. От ближайшего маленького полузаброшенного села до него еще идти и идти, а от рейсового автобуса 12 км пехом. Из больницы отказнички все же потом попадают в Дома малютки, а некоторые и в семьи. А эти дети, попав сюда, уже никогда никуда не выйдут. Их - нет. Совсем нет. Этот интернат даже отсутствует в перечне детских интернатных учреждений области.
Приехали. Белое здание на пригорке. Вокруг ни тени, ни деревьев. За ним дымится черная труба, ассоциация с крематорием. Увы. Палаты детей лежачих все на втором этаже. Дети от 4 лет до 18. На руках не вынесешь. А это значит, что эти дети по 16-18 лет не видят неба, солнца. листвы. Весь мир для них - белые стены, белый потолок, темно-коричневый пол. Мухи летают эскадрильями, все раны просто заливаются зеленкой, врача в интернате нет. Раз в неделю приезжает врач из райцентра. Лечить никого даже не пытается, все равно ничего не изменить. Персонал настолько расслабился, что в причинах смерти без всякого смущения указывает "гипотрофия", т.е. истощение. Из 150 детей каждый год умирает 5-10. Няни за них радуются: "Отмучился". Сначала просто хожу, пытаюсь принюхаться, постоянное ощущение, что эти миазмы вытеснили весь кислород. Мне даже после купания и стирки одежды этот запах несколько дней мерещится дома. Памперсы, как и на отказниках в больницах, меняют раз в 12 часов. Вот только дети постарше. Попы как наждак. Игрушек нет. Постеров на стенах нет, звуки - только стук тарелок да шарканье швабры. Ну и стоны маленьких страдальцев. невольно встречаюсь глазами с одним мальчишкой. Господи, как же он красив. Руки сами тянутся к нему. Сказочный принц. Тут же окрик няни: "Нельзя!!! если его вытащить из кровати, у него начнется приступ эпилепсии". Фиг вам, не на ту напали, няня уходит, и я его вытаскиваю. Но страшно. А вдруг няня не соврала. Ребенок дрожит. Но я - мать и мое сердце мне сразу дает ответ - это не судороги. Это ... страх. Беру его, как младенца, несу в коридор. Иду и рассказываю обо всем, что его глаза видят вокруг. И каменное тельце вдруг начинает расслабляться у меня в руках. Замурлыкиваю. И через время мне удается его даже посадить у себя на руках. Я так с ним носилась, что у нянь появились идеи по поводу родственных связей. И каждый раз, приезжая туда, я бегу к нему. Иметь бы больше квадратных метров дома, иметь бы мужа, не оставила бы там Максимку. А так остается только молить Бога, чтобы он совершил чудо и все же нашелся сумасшедший иностранец, который бы украл этого ребенка отсюда. Когда я его первый раз взяла на руки, весь его затылок была одна сплошная язва от неподвижного лежания на спине. После нескольких моих истерик, после того, как я всем сменам показала, что ребенка можно крутить, что он лежит на животе, язва начала потихоньку затягиваться, и даже появилась специальная коляска. А Женю, который совершенно здоров, но ВИЧ позитивен, я вывела на улицу впервые в его 9 лет!!! Это нельзя описать. Это надо только видеть, как смотрит вокруг себя мальчишка 9 лет, не передать словами эту смесь восторга, ужаса от простора, изумления от увиденного, недоверия и кайфа от ветра, солнца и новых запахов. Просто от запаха чистого воздуха.
Сейчас уже все гораздо лучше - http://www.deti.zp.ua/show_title.php?keyword=kalin Но кто то ведь был первым. Кто то, такой же обычный, как вы и как я, начал заниматься этими детьми. Детьми. Такими же, как у нас с вами.
http://www.otkazniki.ru Зайдите, не пожалейте времени.
