Уффф.... Суетной был денёк. Как белочка в колёсике: всех гостей-детей собрала-накормила-встретила-проводила-ручкой вагончику помахала, иду поздним вечером с Московского вокзала, спотыкаюсь от усталости. Захожу на Площади Восстания в метро, еду вниз по эскалатору с Ваней под мышкой, устремив глаза долу, иногда фокусирую взгляд для оценки ситуации на предмет «не пора ли спрыгивать». По встречке поднимаются люди, в основном молодёжь, едут в центр потусоваться. Взгляд глаза в глаза. Таких взглядов я избегаю, начитавшись книжек по энергетике, особенно в уставшем состоянии. Отвела глаза в пол. Но взгляд зацепил и закрутился в мозгу. Парень лет двадцати... Взгляд напомнил мне Стаса, подвижного смешливого ученика, смышлёного, бредившего каратэ настолько, что даже на банально-школьную фразу: «Стас, иди к доске», он отвечал: «Оз!», что по каратешному означает: «Я понял тебя, учитель, делаю!». 
Иногда его подвижность выходила за рамки приличия, нарушая границы свободы одноклассников. Очень хорошо помню один такой случай. Он стал для меня уроком: теперь в похожих ситуациях я лишь рассказываю детям, как притчу, историю, которую поведаю ниже.
Второклассники по очереди читали наизусть на оценку домашнее стихотворение. Стас был в эмоциональном ударе. Не реагируя на уговоры и замечания, не выполняя данного параллельного задания, он смешил отвечающих, мешал.
- Стас, ты ещё не отвечал домашний урок. Представь: ты выходишь к доске, читаешь наизусть стихотворение, припоминаешь последующие фразы, а в это время те, кому ты только что мешал, смешат тебя, хихикают...
Остыл всего лишь на минуту.
Эмоциональных нынче много. Когда ещё пара чуть менее эксцентричных мальчишек, отвечая у доски то ответно гыгыкали на гримасы Стаса, то, вспоминая про срывающуюся «пятёрку», вопили: «Да что Стас меня смешит?!», настала очередь возбуждённого героя.
-Стас отвечает...
-Оз!
Казалось, он выйдет к доске, закатится смехом (...ну попала смешинка в рот человеку!..) и укатится восвояси на парту искать успокоения. Вопреки прогнозу, он начал читать сильно и очень серьёзно. Надо отдать должное заложенному матерью учебному мотиву: смех смехом, но училку выслушай и знания выдай. Он молодец, голова светлая, сила воли, стержень «мущщщинский/ джентельменский»... Красиво, крепясь, но не подавая вида, Стас дочитал стихотворение до конца: он зарабатывал свою «пятёрку», не по возрасту абстрагируясь от периодически выскакивающих ответных гримас таких же озорных мальчишек, которым он только что мешал. Только нам двоим было понятно, насколько нелегко ему это далось, причём сейчас мне гораздо понятнее, чем тогда. Тогда, только приехав в гарнизон, я не знала предыстории их семейной ситуации, могла только предположить, что причины эмоциональных вспышек, доходивших в своей силе до ярости, у мальчишки, в большинстве своём доброго, были, их не могло не быть. Матери, видимо, было больно говорить о личном. Двумя годами позже у меня учился двоюродный брат Стаса, его родственники невольно поведали мне о былом, отвечая на мой вопрос: «Как дела у Стаса?».
Дело было 15 лет назад. Стас учился у меня всего два года в 1 и 2-ом классах, дальше они с матерью поехали искать счастья из гарнизоноообразующего села Мурманской области, где все друг друга знают, в Московскую область по одной простой причине: оказывается, здесь отец оставил их и ушёл в другую семью; наблюдать в непосредственной близости новое счастье бывшего мужа и несчастье своего ребёнка, рвущегося к отцу, она не могла.
… Думки из прошлого оборвал мужской голос, радостью открытия разбудивший мирно спящих на лестницах глубокого питерского метро: «Это моя учительница... Это же моя учительница!!!»
...Мало ли, кто о чём в метро громко разговаривает... Ваня дёргает меня за юбку:
- Мам! Это ТЫ - учительница! - другой рукой показывает на проплывающий вверх источник звука - двадцатидвухлетнего парня со взглядом Стаса, тянущего ко мне руки воздушного объятия.
- Да... Я - учительница...
Распахнутые глаза, сканирующие во взрослом парне первоклассника. Мозг, отказывающийся верить в плотность мира. Эскалатор, увозящий в разные стороны встречу сквозь года.
Ноги, знающие дорогу домой, на автопилоте несли утомлённый гостями организм ближе к ночлегу...