Майский уверенно шел по карнизу трехэтажного дома. Шел подальше от края ведь, как это ни странно, он боялся высоты. Это не мешало ему летать. Это происходило как бы само по себе. Он подпрыгивал вверх, крылья сами расправлялись, и вот, он уже летел.
Сегодня он твердо решил попробовать новый для себя вид спорта – свободное падение. И с первыми лучами солнца поставил лапку на карниз. Ему почему-то казалось, что если он кубарем чебурахнется вниз, без прыжка, то крылья не должны будут открыться! И так он шел и шел, смотрел по сторонам и высматривая подходящее место. День клонился к вечеру, а ничего подходящего пока не попадалось ему на глаза. Лапки устали неимоверно, и он решил пойти поспать. Набраться сил и завтра, точно завтра, осуществить свою мечту – почувствовать свободное падение! Обратно он решил долететь и подпрыгнув на месте и пожужжал в сторону ближайших деревьев. Уютно устроившись на ветке, он слопал пару листиков, и уставший уснул. 
Завтра наступило довольно быстро. Майский открыл один глаз и огляделся. Он сидел на теплой коре дерева и внимательно рассматривал дом с карнизом, который возвышался напротив. Какой же высокий дом, подумал Майский. Может с дерева чебурахнуться? Дерево, ведь, тоже высокое?
Мне не страшно смотреть вниз, мне не страшно... шепотом уговаривал себя Майский. Мне не страшно, не страшно! Конечно же ему было страшно. Но он очень старался! Он постоянно твердил себе, что ему не страшно и потихоньку начал в это верить и даже начал посматривать вниз с любопытством. От этого занятия его отвлекли странные, похрюкивающие и одновременно шуршащие звуки, доносящиеся снизу. Он с удивлением подпрыгнул на месте и полетел посмотреть. Приземлившись на самую нижнюю ветку и спрятавшись за листиком, Майский заинтересовано посмотрел вниз. Под деревом, шурша листиками и думая, что остается незамеченным, голубь искал желудь. Вряд ли он хотел есть, просто вчера он наблюдал, как маленькие поросята за обе щеки уплетали желуди и похрюкивали от удовольствия, и ему то же захотелось попробовать это лакомство.
Майский отгрыз росший ближайший листик и прикрывшись им, пододвинулся поближе.
Голубь упорно рылся в листве и похрюкивал, он до конца так и не понял, толи надо похрюкать и желудь найдется. То ли наоборот. Сначала надо найти желудь, съесть его и лишь потом разразиться счастливым хрюком. Но на всякий случай тихонько похрюкивал. Майский еле сдерживал смех и очень жалел, что это видит только он один! Листик, за которым прятался Майский, мелко дрожал в такт смеху Майского и жук передвинулся еще ближе к краю ветки, потом еще ближе, еще. Голубь грустно хрюкнул и посмотрел на дерево, ни одного желудя, ни одного, все съели эти поросята!
В это время Майский сделал неосторожный шаг и кубарем полетел с ветки в траву. О счастье! Радостно захрюкал голубь. Желудь! И рванул к упавшему «желудю». Майский прикрытый листиком блаженно раскинув лапки в стороны улыбался – свершилось! Вот так чебурахтаться – это здорово! Цел и невредим, наверное листик помог. З-д-о-р-о-в-о!
Майский тихонечко засмеялся, а в это время голубь рванул лист в сторону и замер от удивления… Под листиком был совсем не желудь, а смеющийся, довольный майский жук. Голубь хрюкнул от неожиданности и взлетел, завис в воздухе, еще раз укоризненно хрюкнул и улетел.
А Майскому было просто очень хорошо, он познавал мир!
Звенигород