Новые жертвы ювенальной юстиции в Москве

Очередная жертва опеки обратилась к Родительскому Всероссийскому Сопротивлению в Москве. Представители РВС в Восточном административном округе отреагировали на эту ситуацию незамедлительно, и уже в скором времени перед нами открылась жуткая история произошедшего. На этот раз жертвой произвола стала одинокая мать, лишившаяся сразу двоих детей. Но давайте обо всем по порядку.

Воропаева Светлана Анатольевна (39 лет) воспитывала двоих детей: 8-летнего Женю и 3-летнюю Машу. В этом ей помогала бабушка, Людмила Александровна. В 2011 году, после рождения Маши, Светлане пришлось уйти с работы, т.к. она не смогла освоить работу с компьютером. Жили на детское пособие и пенсию бабушки. Семья была признана малообеспеченной.


Живут они вчетвером в трехкомнатной квартире в доме под снос. В 2009 году, после рождения Маши, встал вопрос об увеличении жилплощади. Формально им принадлежала одна комната в квартире, записанная на бабушку, но так как жильцы соседних комнат уже выехали, пользовались всей квартирой. Ремонт не делали, так как ждали получения нового жилья. Им полагалась только однокомнатная новая квартира, но Светлана в течение года собирала документы для получения большей жилплощади, как малоимущая семья. Наконец, в декабре 2012 года они получили новую трехкомнатную квартиру. С переездом решили подождать, сначала делали ремонт, а потом ждали окончания учебного года. Женя учился только в первом классе, решили не тревожить мальчика. Однако неожиданно в семью пришла беда.

Светлана Воропаева уже попадала в поле зрения опеки несколько раз. Первый случай произошёл в 2010 году по анонимному доносу. Светлана сходила на комиссию в опеку, там посмотрели на неё и детей, сказали, что все в порядке и отпустили. Второй раз её вызывали в марте 2012 года по заявлению из детского садика, за ненадлежащий уход и воспитание дочери. При этом в тот же детский сад ходил старший сын, но к нему никаких претензий не было. У Воропаевой не сложились отношения с воспитательницей Маши, Светлана отказалась платить "дополнительные сборы" на подарки и технические нужды. Пришлось даже идти жаловаться в управление образования, после чего детсад получил большой "нагоняй". И снова пришлось идти в опеку, где опять не нашли ничего криминального.


Последний, самый тяжёлый случай произошел в декабре 2012 года. Мама и бабушка что-то праздновали, выпили, с их слов немного (Светлана - коктейль, бабушка - 2-3 рюмки водки). Дети раскапризничались. Светлана поругалась с сыном, ударила его по попе и по спине, тот закатил сильную истерику. Бабушка решила вызвать 02. Ранее она работала в милиции инспектором с трудными подростками, видимо, еще помнит другие времена. По её словам, она хотела, чтобы приехали и просто поговорили со Светланой. Однако сотрудники полиции забрали всю семью в отделение. Бабушку отпустили сразу, Светлану - после составления протокола. Сына отправили в больницу на освидетельствование, где он пробыл около недели. Маша в это время находилась в приюте. В конечном итоге опека сказала, что претензий у них нет, но, видимо, взяла семью на заметку.

12 марта 2013 года в дом Воропаевых пришла инспектор по делам несовершеннолетних Татьяна Николаевна Полянскаяи два представителя муниципалитета. Документы никто из них не предъявил. Все Воропаевы в это время находились дома. Визитёры долго осматривали квартиру, серьёзных претензий не нашли. После этого, помахав какой-то бумажкой перед мамой и бабушкой, сказали, что их девочку "уже присмотрели", а здесь для детей есть угроза. Тут же появились сотрудники полиции (документы не предъявили). Один сотрудник полиции запер Светлану в туалете, другой держал бабушку. Детей наспех собрали и быстро увезли. При этом никаких документов не оставили, никаких актов не составляли, понятых не приглашали. Позднее выяснилось, что детей изъяли как "безнадзорных".

Основные обвинения, которые предъявлялись Светлане: недолжный уход за детьми, алкоголизм и проживание в доме под снос, при наличии собственной квартиры. Первое обвинение не подтверждают ни учителя Жени в школе, ни друзья семьи, ни соседи. Вот такую характеристику даёт классный руководитель Жени:
"С первых дней обучения в школе показывает хорошие результаты. К школьному обучению готов: умеет читать, владеет счетом, мелкая моторика рук развита достаточно, что способствует овладению письмом. Мальчик способный, на уроках работает активно, справляется со всеми заданиями".
"Женя очень общительный мальчик. Часто подходит к учителям, чтобы рассказать, что с ним произошло".
"С детьми Женя общается свободно, у него появились приятели в классе. На переменах играет с одноклассниками, конфликтных ситуаций не создаёт".
"Женя приходит в школу чистым, опрятным. У него имеются все необходимые школьные принадлежности. Он не опаздывает. Забирают его регулярно в одно и то же время".
"Женя нечасто говорит о членах своей семьи, но если и заводит о них разговор, то только с положительной стороны".


Машу, после конфликта с детским садом, воспитывали дома.

В новую квартиру семья планировала переезжать после окончания учебного года. По поводу "алкоголизма" взяли справку из психоневрологического и наркологического диспансера, в которых сказано, что Светлана - нормальный здоровый человек. Сама Светлана подтверждает, что осенью 2012 года она переживала очень сложную ситуацию (неустроенность личной жизни, неудачные поиски работы, борьба с бюрократией из-за получения нового жилья). Иногда выпивала лёгкие коктейли. Но никакого алкоголизма не было. Во всяком случае, у органов опеки и попечительства нет никакого медицинского заключения по этому поводу. А умеренное потребление спиртных напитков не может быть причиной изъятия детей.


Сейчас дети находятся в приютах. Маме разрешили посещать их только по пятницам и субботам. Они стали очень тревожными, боятся и переживают. Их пытаются отучить от родных, заставить не плакать. Женя часто говорит о том, что он хочет убежать. Очень тоскуют по дому, маме и бабушке.


Родительское Всероссийское Сопротивление, после детального исследования ситуации, приняло решение оказать активную поддержку семье Воропаевых. 16 мая состоялось предварительное слушание по данному делу. Нельзя допустить, чтобы еще одна семья стала жертвой ювенальных технологий. Очень надеемся на широкий общественный резонанс, поэтому просим распространить данную информацию как можно шире.