После того, как у Антона с воскресенья продержалась температура 4 дня, я начала беспокоится. В среду и в четверг с утра и днем она была 37,7, а вечером резко поднялась до 39. Решили вызвать скорую.
Приехали врачи, послушали и сказали, что похоже на воспаление легких. Предложили поехать в больницу. Я перепугалась и согласилась.
В девять тридцать вечера мы были в больнице. Нас привезли в третью детскую в Измайлово. Неплохая больница, кстати. Палаты просторные, с ванной и туалетом.
Сразу сделали рентген. К счастью, пневмонии не оказалось, поставили диагноз острый бронхит и ОРВИ. Рекомендовали остаться. Я согласилась.
Вот, что я вам скажу, девочки. Шесть суток в одном боксе для ребенка очень тяжело. Выходить из палаты нельзя - инфекционное отделение, мало ли что. В боксе было шесть детей и трое мам. Итого девять человек. Многовато, но терпимо. Примерно на третий день Антон стал очень капризным. Нам, мамам, было тяжело, что уж говорить о детях. Занятий никаких нет, из палаты не выйдешь. В палате духота, дышать нечем - батареи кипяток, не дотронуться даже. Обстановка давит. Нас спасали карандаши, альбомы и портативный DVD, который родители мне принесли, так что с лунтиком мы не расставались и в больнице.
Лежали мы на первом этаже, так что можно даже было общаться через окно. И передачи передавать через решетку. Очень удобно, скажу я вам.
Все дни нам делали ингаляции, давали антибиотики и сиропы. Будили в семь, а то и раньше, чтобы померять температуру, а завтрак приносили только в десять. Дети три часа должны были голодать. Кормили так себе. Взрослые могли есть, а вот дети не всегда. Антону особо повезло, у него при поступлении в больницу аллергия была, так что его еще на особом меню держали - все несоленое, на воде, из фруктов - только печеные яблоки. Антон ел там только суп. И то, что приносили в передачах - печенья, палочки, свежие фрукты.
Про сон надо написать отдельно. Первую ночь мы шиковали. В палате были одни. Так что спали на взрослой кровати вдвоем. Когда заселили весь бокс, то Антону досталась детская кровать с прутьями. А я спала на стульях. Антон привык посреди ночи приходить к нам с мужем в кровать, поэтому периодически пытался вылезти из своей кровати ко мне на стулья. Приходилось объяснять посреди ночи, что у него здесь своя кровать, петь песни.
Что меня возмутило, так это то, что туалет для мам был в подвале. Т.е. из инфекционного бокса мы должны были спускаться на лифте и идти по грязному корридору. А потом все эти микробы тащить на обуви в палату. Душа для мам не было. Мы с девочками мылись в детской ванной по ночам, пока никто не видел. С другой стороны, хорошо, что вообще меня там оставили. Могли бы Антоху одного положить. Так что я радовалась тому, что было.
В среду нас выписали. Это было счастье. Сесть на мягкий диван, поесть нормальной еду. Антон соскучился по своим игрушкам. В общем, как в анекдоте. Купи козла, продай козла. Почувствуешь разницу.
Сейчас Антон уехал к бабушке в подмосковье восстанавливаться после больницы и дышать свежим воздухом. А я сама с бронхитом, буду долечиваться.