У Алиски своё детство. И во многом оно совсем другое. Я впервые попала в Москву, когда уже училась в универе. А Алиска там родилась. Да она за своё младенчество объездила больше городов, чем я за двадцать с лишним лет.
Но иногда время сходится в какой-то одной точке, общей для нас обеих. И от этого как-то особенно хорошо.
В тот мой первый приезд в Москву мы с папой жили в гостинице Измайлово. Алиска родилась в двух станциях метро от этого места. В роддоме, что на Госпитальном Валу в Лефортово. Территория роддома примыкает к ограде старинного кладбища. Введенское оно называется. Когда я выбирала роддом, многих тревожило такое соседство. Меня - нисколько. Даже в какой-то мере символично - рождение и смерть, естественный круговорот. Эдакое прикосновение к вечности. И есть в этом что-то успокаивающее, как бы неоднозначно это ни звучало. Введенское кладбище очень красивое, зелёное, как и положено, старинное по-настоящему, больше двух сотен лет ему. А ещё там похоронен известный филолог-литературовед Алексей Николаевич Веселовский, с цитаты которого я начала когда-то свою кандидатскую диссертацию.
А потом мы жили по соседству с Измайловским парком. И когда-то я смотрела из гостиничного номера на непривычно высоком двадцать каком-то этаже на эту безбрежную парковую громаду. И думала там о чём-то. Может быть, о том, как удивительно видеть столько леса в этой шумной и переполненной Москве. Но уж наверняка не о том, что через несколько лет буду гулять там со своим собственным ребёнком. Вот даже фотки нашла :) Разница где-то месяц между этими двумя фотками. Весна.
Но я о другом хотела, просто к слову пришлось. Просто это одно из. Одно из многих пересечений, на которые я всегда так пристально обращаю внимание. Это нечто вроде своеобразных маяков, которые дают мне понять, что я иду в правильном направлении.
Так вот. Движемся мы разными путями с Алиской, но, как минимум, два раза в год мы едем навестить моих родителей и тогда наши кривые сходятся.
Там много разных мест. И бабушкина квартира, где сейчас живут родители, и наша дача, и тот старый двор, где я маленькая играла, и Байкал, конечно, куда без него. Но есть ещё одно важное место. Деревня, где было каждое моё лето. Сосновый Бор. И там вправду сосны.
Раньше это была бабушкина дача, теперь она моего дяди, а бабушка давно переехала в город. И многое теперь по-другому, конечно. И деревня кажется маленькой и убогой. И библиотеку снесли и построили там новый, высокий, по деревенским меркам, дом. И памятник Ленину растащили по кусочкам, и леса больше нет там, где он был, а поле, наоборот, заросло молоденьким сосняком. Но что-то осталось вечным, как горы. Вот бочки хотя бы, бочки! Даже дощечка с ковшиком/ведром всё так же сверху :)
1987 год
2015 год
И курятник вот. Только теперь без кур.
1987
2015
И воспоминания, конечно. Как с брательником накопали картошки на колхозном поле и получили потом втыкаря. Как домики строили и таскали утварь с помойки (привет, Эрнест и Селестина!). Как играли в принцесс и героев. Я принцессой была, конечно. Меня всё время украдывали всякие злодеи, а брат спасал. Самым главным злодеем был почему-то китаец. В роли китайца выступало старое седло от мотоцикла, на котором брат отрабатывал своё феерическое кунг-фу. Сливали родительский праздничный ликёр в стеклянную банку и убегали в лес жечь костёр и печь там картошку. Выдумывали страшилки про психов. Ооо, про психов. Прям словами Муравьёвой из Москва слезам не верит: я вам столько историй из жизни психов расскажу, сами по фазе сдвинетесь :) Сосновый Бор - это деревня, возникшая вокруг Областной психиатрической больницы. Это как бы центр всей деревенской жизни. А психов, которые не буйные, в своё время отпускали из больницы на общественные работы. Ну чтоб рабсила зря не пропадала. И вот гуляешь ты себе по лесу, а из-за дерева - псих с тележкой, бритый, в робе, дрова везёт. А детям-то чего - только страшилки выдумывать остаётся :) Пардон за фамильярность, конечно. Тема печальная, на самом деле, и слово псих, может, кому не политкорректным кажется. Но сами понимаете, в детстве оно всё по-другому виделось.
И сестра мне про Вия рассказывала. А я не расслышала сперва и слова "паночка" не разумила, и думала, что будут мне рассказывать о том, как баночка в гробу летала. Интригующе было и странно. И впервые, опять же от сестры, я узнала о трагической концовке Русалочки. Ну, и зелёные глаза, конечно, были, и жёлтые шторы. И пиковую даму вызывали в бане под полком, намазав карманное зеркальце зубной пастой. И матершинных гномов :)
А ещё на речку ездили на великах. А как-то, когда нам было лет по пять-шесть (брат на год старше), я брата сподвигла в город пешком пойти. Сорок километров, фигня, чё. Ветер странствий, приключения, все дела. Брат не поддавался, постарше был, здравый смысл уже мог бороться с романтизмом предприятия. И я его, помнится, чем-то сманила. Конфетами, кажется, которые он любил и которые только в городе продавались. Прошли пару километров, даже до трассы не добрались, родители догнали нас на велосипедах и по традиции дали втыкаря, конечно. Но всё равно здорово было :)
Но я тут долго вспоминать могу. А вообще-то фотки хотела показать. То же место, другое время. Алискино детство теперь входит в фазу.
