В августе 1941 года одну стрелковую роту бросили затыкать дыру в нашей обороне в районе Кривого Рога.
Задача была поставлена не дать пройти немецким танкам, держатся до последней капли крови.
Роту пригнали на место, отгрузили целую полуторку противотанковых гранат РПГ-40, сказали, что танков завтра, наверное, будет много и уехали.
По всем тактическим раскладам жить бойцам оставалось меньше суток. 
Командир осмотрел местность и приказал:
«Стыдно, люди к нам в гости из Германии едут, а у нас дорога такая разбитая». «Свихнулся, наверно, от страха» - подумали бойцы.
Командир продолжил: «Всем вытряхнуть все из вещмешков и за мной.»
Рота пошла к ближайшему от дороги холму шлака, вывезенного с расположенного неподалёку криворожского металлургического комбината, оборудование которого уже было эвакуировано в Нижний Тагил.
Командир заставил набирать в мешки шлак и нести к дороге.
На саму дорогу шлак сыпался неравномерно, побольше там, где дорога в горочку идет.
«Чтоб им не скользко было», - приговаривал командир.
Таскали шлак очень долго, все мешки были изорваны в лохмотья, но покрыть шлаком удалось почти два километра дороги.
Народ злой и усталый, теперь ведь еще и окапываться полночи.
Утром со шлакогор наблюдатели подали сигнал: «Вижу танки».
Сжимая свои гранаты, солдаты знали, что жизнь закончилась.
Наконец танки начали заходить на «благоустроенную» дорогу.
Третий танк колонны потерял гусеницу первым, а через минуту эта эпидемия охватила остальные машины,
числом восемь.
Стоячий танк, если его не злить, штука безопасная.
Не сразу поняв, в чём состоит вас ист дас, немцы угробили и танк-эвакуатор.
Пехота у немцев не дурная, вперед без танков не пойдет - затор.
Нашим на них нарываться тоже нет резона.
Командир, формально выполнивший боевое задание остановить танки, посылает гонца найти хоть какое начальство и передать: «Задача выполнена. Потерь нет».
Гонец принес хорошую новость: «Ночью можете уходить, сзади есть оборона. Будет возможность, накроем потом артиллерией»…
Секрет командира заключался в его образовании.
На гражданке он был техником по холодной обработке металлов.
Никельшлаки же, - отходы производства высоколегированной стали - страшный абразив, лишь немного уступающий корунду и оксиду алюминия.
Никакие пальцы гусениц не выдержат издевательства такой дрянью, и гусеница приходит в негодность целиком, забирая с собой большую часть всего привода.
Старый Оскол