Кто? И когда? А разве это важно? И важно, и интересно, и познавательно, да и вообще вскрывает такой пласт, где хоть вправо, хоть влево, почти везде темный лес. Идея создания этой книги принадлежит Сергею Николаевичу Дурылину, о котором, к своему стыду, я никогда раньше не слышала. Сергей Николаевич - личность далеко не заурядная, яркий представитель Серебряного века, работал в основанном Л.Н. Толстым издательстве "Посредник" и долгие годы собирал материал для этой книги, которая при его жизни так и не была составлена. Вышла она только теперь к 130-летию со дня рождения Сергея Дурылина. Подготовка к изданию архива Дурылина была выполнена В.Н. Тороповой. 
Книга в самом деле замечательная! Под одной обложкой собраны воспоминания русской интеллигенции о своих нянях и кормилицах. Кого из них мы знаем? Разве что, Арину Родионовну. И все. А ведь в каждом дворянском и купеческом доме XIX и начала XX веков была няня, во многом сформировавшая этого "русского гения", оказавшая на него значительное влияние в годы самые важные.
М.П. Мусоргский: "Под непосредственным влиянием няни близко ознакомился я с русскими сказками. Это ознакомление с духом народной жизни было главным импульсом музыкальных импровизаций до начала ознакомления еще с самыми элементарными правилами игры на фортепиано".
Няня А.В. Потаниной, путешественницы, фольклориста и первой женщины, принятой в члены Русского географического общества, была Авдотья - "девица из села Панова". "...до житья у нас она ходила два раза на богомолье в Киев и очень хорошо рассказывала о пещерах, о службе в Лавре, а главное о том, как они останавливались в лесочке, где-нибудь у реки, как цвели яблони в самую раннюю пору... одним словом она передавала всю поэзию путешествия, и я начала также мечтать сходить пешком в Киев".
А.И. Герцен писал: "Передняя и девичья составляли единственное живое удовольствие, которое у меня оставалось... на меня передняя не сделала никакого действительно дурного влияния. Напротив, она с ранних лет развила во мне непреодолимую ненависть ко всякому рабству и ко всякому произволу".
С.М. Соловьев: "Я упомянул об умственном влиянии рассказов моей няньки, но не могу не признать и религиозно-нравственного влияния... Если я и родился с религиозным чувством, если в трудных обстоятельствах моей жизни меня поддерживает постоянно надежда на Высшую Силу, то думаю, что не имею права отвергать и влияния нянькиных слов: "А Бог-то!"
В.В. Верещагин: "Первое художественное произведение, сделавшее на меня впечатление, была картина тройки лошадей, в санях, спасающейся от волков, изображенной на платке няни...Я скопировал ее всю: и с волками, и со стреляющими в них седоками, и с деревьями покрытыми снегом; скопировал очень быстро и так верно, что няня, папаша, мамаша и многие приезжие дивились и хвалили меня".
Порой няня в жизни ребенка становилась важнее маменьки и папеньки, обычно простая крестьянка (крепостная или получившая волю), иногда мещанка, но всегда женщина трагической судьбы, неграмотная или полуграмотная, она сумела, сама того не ведая, заложить нравственный фундамент и часто основу будущих увлечений своего выходка (в значении подопечного няни, слово ныне утрачено).
Няня (отрывок, К.К. Случевский)
Век крепостничества погас.
Но он был нужен, он нас спас.
Во многом - воплощенье злого,
Он грозен и преступен был...
Тогда из своего былого
Народ тип нянюшки развил.
Народ, и так всегда бывает,
Когда подступит зло в упор,
Он то, что нужно, сам рождает,
И беззаветно разрушает
Всех наших умствований вздор.
Так, в те года, он к нашим детским,
Назло всем выходцам немецким,
Созданьем ясным и живым,
Поставил няню часовым.
Всегда в летах; за годы чтима
И тем от барина хранима,
Она щадилась даже им,
Как будто бы назло другим,
И тот инстинкт, что в звере бродит,
Его в семье от зла отводит
И учит охранять птенцов, -
Был и у крепостных отцов.
Не в детских, в видах поученья,
Свершались ими преступленья;
Не там, не на глазах детей
Рос стыд отцов и матерей...
И, няню на часы поставив
У детских - наш простой народ,
Себя всем мукам предоставив,
Детей берег, смотря вперед...
И сколько вздохов и рыданий,
Неистовств всяких темных сил,
Звук песни няни, ход сказаний,
От слуха деток заслонил!..
В общем, я очень рекомендую книгу. Да, не делайте моей ошибки, заглядывайте по ходу чтения в приложение, где собрана краткая биография всех людей, чье воспоминания вошли в книгу. Очень помогает сориентироваться.
В Лабиринте
В Озоне