На сроке 40 недель и 2 дня я, с тоской и ужасом, пошла сдаваться в патологию роддома №2 г. Барнаула. Поскольку у меня заранее была договоренность с доктором, мы условились, что если я не рожаю в ПДР, то ложусь в патологию. Но я всю беременность слушала рассказы врачей о том, какая я «худенькая и щупленькая», да о том, как низко голова ребенка, что «доносить бы тебе до 37 недель». Меня все эти доводы убедили и настроили доносить до 37, и благополучно разродиться. Начиная примерно с 24 недели я каждый день боялась преждевременных родов. Но вот пришли мои 37 недель, я уже собиралась пускать фейерверк по этому поводу, ведь теперь мне официально можно рожать доношенного ребенка! 38… на УЗИ мне говорят, что препятствий со стороны ребенка нет, он созрел и готов появиться на свет, а также обозначили страшную цифру веса - 3200. Казалось бы, чего там, но я всю беременность настраивалась на 2900 максимум, и эти 300 грамм показались мне теми самыми, что порвут меня на британский флаг. Муж, конечно, сему факту обрадовался - конечно, мужчинам же лишь бы помощнее наследник, и неважно, как он будет из жены просачиваться. В общем, так я в ужасе докатилась до 40 недель, чего никто никак не ожидал. Наверное, все беременные уверены, что родят раньше срока. Но моя уверенность была особенно крепка. На всякий случай, я еще подождала денек дома, мол, вдруг на день позже рожу, не хочу в патологию. Но чуда не произошло.

И, как я говорила выше, в 40 недель и 2 дня и сидела в приемном покое и болтала ногами, в ужасе разглядывая стены чудовищного, как мне тогда казалось, заведения. Всюду бледные пузаны в халатах, носят куда-то орущих кульков, а еще рядом с приемным покоем и кабинетом УЗИ как бы между прочим расположилось родильное отделение, откуда периодически доносились нечеловеческие вопли. В итоге в день поступления уже в обед я пришла в кабинет к своему «врачу по договоренности» и начала ныть «хочу домой». Она велела прижать попу до 17 часов, а потом по стеночке домой. На следующий день ни свет, ни заря, я вернулась, как будто бы никуда и не уходила, проторчала весь день, периодически бегая на КТГ и в смотровой кабинет, где мне пару раз как следует ковырнули и задали несколько вопросов, на которые мне сложно было вспомнить ответ. После осмотра начала отходить пробка. В 16 часов ко мне в палату зашла моя врач, сообщила, что на выходных поедет на дачу укрывать виноград и отшутилась, мол, давай в понедельник рожать? Я виноград укрою, а ты за выходные выспишься, и давай, часов в пять утра понедельника начнем. Похихикали, да и пошла я домой. Муж принес домой несколько пакетов вкусностей, на любой вкус, и у нас планировался милый семейный вечер гурманов. Но я, едва прийдя домой, уже чувствовала «что-то», поэтому, как водится, решила принять душ и выпить «Но-шпу» - должно же пройти. Тем более мне рожать нельзя, мало того, что вечер пятницы - конец недели, никто мне рад не будет, так еще и врач со своим виноградом. А я ей обещала - в понедельник…

Однако ни душ, ни таблетка не помогла, я решила «на всякий случай», помыть дома полы, сделала себе укладку - вдруг что. Муж тем временем был в другом мире, GTA-5, и тут-то меня прибило на слезы - вдруг я рожаю, а ты игрульки играешь. С 21 часа я уже включила схваткосчиталку. В 24 часа муж под страхом смерти заставил меня звонить врачу, ибо терпеть уже было сложновато. Врач велит мне ехать в роддом, чтобы меня посмотрели (как «неожиданно»).

С этого момента все было как не со мной. Ночь, такси, горящие фонари, шлагбаум у роддома, сонная акушерка, я отдаю мужу вещи и провожаю его в ночь… Мне было так страшно, так одиноко, мне еще никогда в жизни не хотелось, чтобы он был рядом. И мне даже на мгновенье показалось, что он был готов остаться, но нам не разрешили… Я поднимаюсь по лестнице, в отделении темно и тихо, в коридорах спят девочки. У меня пелена на глазах, это снится мне, состояния реальности не было вообще, я где-то не здесь и это не я. Меня загоняют на кресло, где в течение 10 минут «добрая» акушерка с недотраханными глазами (привет ей!) ждала моих схваток. Но я была так напугана, так зажата, я так хотела сюда мужа, ну или на крайний случай моего врача, что схваток не было. Акушерка умозаключила, что я не в родах, велела мне садиться на КТГ, а потом топать спать в палату. И добавила: «Если бы ты рожала, то не улыбалась бы мне». Это единственное, в чем она оказалась права. В состоянии нереальности я еще умудрилась спросить, могу ли я в таком случае домой поехать. Пока сидела на КТГ, медсестра принесла мне «Гинепрал» и пустырник. На всю жизнь, кажется, запомню, эту ужасающую тишину отделения патологии и стук сердца моего сына на КТГ… мне казалось тогда, что я одна на всем свете. Нет никого и ничего. Это незабываемо и непередаваемо…

В 2 часа ночи я лежала в своей палате и даже начала засыпать, схватки угасли. Однако в 3 часа возобновились, словно набрались сил и вернулись. Муж уже спал дома, мама вообще думала, что я дома вижу пятый сон кверху пузом. В общем, в ту ночь мое одиночество меня поглотило. И тишина эта в коридорах убивала. Вот она я, вот они - мои схватки, и я должна остаться с ними один на один, должна сама с ними справиться. В 8 утра, когда мне уже хотелось грызть стену и отрывать спину кровати, мне позвонила мой врач и спросила, как я. Тут-то я слегка сдалась и жалобно простонала: «Елена Васильевна, мне только хуже…», за что получила вполне логичный вопрос: «Так что ж ты молчишь?! Я всю ночь переживаю, жду твоего звонка» Но, должна сказать, я человек достаточно сдержанный и не могу на людях вести себя абы как, поэтому даже с этими схватками с интервалов 3-5 минут умудрялась дойти до туалета, ни разу не согнувшись и не подав вида.

Минут через 5 за мной пришли и забрали в смотровую. Видимо, мой врач дала втык дежурным врачам, потому что там собралось человек 5, и, пока меня смотрели, кабинет снова окунулся в тишину и ожидание. Все словно ждали приговора. А я думала про себя: если это предвестники, то я отказываюсь рожать. Через пару минут акушерка выдает: «Спускайте ее в родовую, 4 сантиметра». Видимо, я очень ранимая тряпка, но это фраза и была приговором. Я была рада и напугана до смерти одновременно. Тут проявились все прелести медицины: иди, девушка, собирай пакеты, в один положи вот это и вот то, а в другой то и вот это. И ничего, что девушка уже еле стоит на ногах, она не спала ночь, ее накрывают схватки, одна за одной, ничего страшного. Сортируй все по пакетам. Потом все как обычно: катетер в вену, кровь из вены, давление, температура… спросили: «Когда у вас начался такой короткий интервал между схватками?» - я в ужасе. У меня схватки, это, между прочим больно, вы серьезно думаете, что я математикой занималась и засекала, когда у меня какие схватки шли? Говорю, лишь бы отвалили, ориентировочно: часов в 5 утра. На что слышу: «Так и запишем, родовая деятельность с 5 утра» - и неважно, что схватки с 18 часов вечера прошлого дня… Мне попалась понимающая девушка-медсестра, которая ставила мне катетер и спускала в родовую. Я очень ей благодарна. Сидя с тонометром на руке в коридоре, я старалась как можно спокойнее выглядеть, чтобы не пугать девочек, лежащих в коридорах. Одна из них смотрела на меня, когда я вцепилась в стол на схватке, и спросила: «Че, рожаешь?». Нет, репетирую! Это был как раз тот случай, о котором говорила дежурная акушерка ночью - мне уже было не до улыбок. Спускаясь в родовое с третьего на первый этаж, меня прихватывало уже каждые две минуты. Слава богу, мне достался одиночный родовой зал. Все казалось там таким жутким, железным и холодным… Я сообщила мужу и маме, что пошла рожать. Снова звонок врача: «Тебе сейчас проколют пузырь, т.к. он у тебя плоский, я скоро приеду». Неужели это со мной, я рожать буду? Было страшно, но видимо сказалась бессонная ночь, и я уже плохо соображала и бояться было некогда. Мне было все равно. Я осознавала, что мне все равно придется это сделать, пройти через это, в моих силах либо облегчить себе эту участь, либо наоборот. Читала, как страшно выглядит крючок, которым прокалывают пузырь, и как девочки карабкаются от него вверх по креслу. Специально посмотрела. Мне это страшным не показалось, и все, что я почувствовала - как потекла горячая жидкость. Шепчу: «Я в туалет хочу. По-всякому», на что мне говорят: «Сейчас, все воды отойдут и сходишь в туалет». Желания спорить не было, но про себя я подумала: ага, коза, врешь ты все, знаю я, что меня сейчас так скрючит, что я дальше этого кресла не отойду сроду, какой там туалет.

Я читала много историй о родах, и знала, что самый ад начинается после отхождения вод. И вот она - первая схватка после этих самых вод… Не знаю, как это описать. Тянет? Режет? Давит? Сковывает? Парализует? Я не знаю. Все это вместе. Такая боль, которой ты не можешь противостоять. Она космическая. Какая-то чуждая, такая, которую объяснить доходчиво нельзя - только испытать. Меня спрашивают: обезболим? Я обессилено выдавливаю «да», и даже спрашиваю, чем будут обезболивать. Я дотошная до медпрепаратов, и слегка мнительная, вдруг мне что-нибудь вкачают, а я умру. Но на тот момент организм настолько много сил отдает «туда», в процесс родов, что, кажется, самосохранение мое умерло, мне было все равно, что мне поставят, я спросила на автомате. И даже если бы мне сказали, что я сдохну после этой анастезии, я бы, наверняка, согласилась. Говорю же - космос.

Мне поставили «Промедол» и велели закрыть глаза. С ним я все схватки чувствовала. Но, такое чувство было, что он настолько угнетает нервную систему, что ты, пусть и чувствуешь все, отреагировать не в силах, тело ватное, даже губы разомкнуть как-то было невыносимо тяжело. Я лишь открываю глаза и вижу перед собой прибор КТГ, который показывает мою уже одну непрекращающуюся схватку. Словно сквозь вату слышу голос своего врача, тихо радуюсь, и чувствую то, что обещали ни с чем не спутать - потуги. Шепчу снова: «Елена Васильевна, меня тужит…» Она осматривает меня и говорит: «У нее 9 см, надо бы еще подождать… Ты точно какать хочешь? Или еще подождем?» Тут я поняла, о чем писали девочки - какое тут подождем! Чувство, что их всех имеющихся между ног отверстий лезет по футбольному мячу. Или даже по два… Говорю: «Точно хочу, не могу ждать!», получаю разрешение аккуратно потужиться. Я очень боялась, что буду тужиться неправильно, в лицо, но у меня с первого раза получилось правильно, единственное, я первые две потуги «бросала». Тужусь-тужусь и прекращаю, говорю «Я больше не могу». Но потом собралась. Помню, как спускаюсь с кресла, чтобы сменили мне сорочку и пеленки подо мной, мне говорят: «Залазь обратно», а уперлась головой в кресло и говорю: «Не могу. Я тряпка», это вызвало почему-то хохот всех, кто был со мной в родзале.

Не знаю, сколько потуг было. Даже примерно. Но не одна, и не две, и не три. Кажется, это было бесконечно. Но потуги - они не больные, по крайней мере для меня, после схваток это было небольно. Просто неприятное чувство, что тебя сейчас там всю разорвет. Что там лезет что-то необъятное. Но тут фраза моей Елены Васильевны: «Аня, не жалей себя!». Все. Это вернуло мой разум в мое тело. Я перестала себя жалеть. Перестала думать, что меня разорвет, или что полопаются сосуды в глазах. В перерывах между схватками я спрашивала, будут ли меня резать и извинялась за неукрытый виноград. Врачи разговаривали между собой о своем, и это как-то разряжало обстановку. И надо мной не горела большая лампа, как я себе это представляла - все как-то выглядело не так страшно, как в кино. Врач в какой-то момент схватила мою руку и потащила туда, чтобы я потрогала головку. Я начала щебетать, мол, не надо, не хочу, а она настояла. Я потрогала и расплакалась. И не знаю, в какой момент он из меня выскользнул. Я просто тужилась, тужилась, и в следующую секунду уже вижу своего сына в руках у врача. В тот момент весь мир замер. Для этого нет слов… Это, как и схватки - только испытать на себе, чтобы понять всю масштабность того момента.

Послед я не рожала, мне потянули за пуповину и он вышел сам. Сына осмотрели, он закричал сразу, и мне его отдали. По Апгар мы получили 9/9, вес 2970, рост 49 см. А не те ужасающие 3200… У меня два наружних небольших шва, по словам моего врача. Меня зашивали без обезболивания, но после родов мне это казалось ерундой. Меня накрыла такая эйфория, что если бы мне оторвали руку и пришили обратно, я бы вряд ли заметила. Неприятно, но терпимо. Врач, едва я родила, начала звонить моему крестному, а я - возмущаться, мол, а ну-ка прекрати, дай мне мужу позвонить. Но, видимо, видок был у меня неубедительный, и она прям из родзала запустила волну этой новости…

В соседнем родзале выла девушка, и я спросила: «Я что, также выла?», на что мне ответили: «Тебя вообще не слышно было, ты молодец, все схватки дышала правильно». Да, признаюсь - в тот момент мне стало гордо за себя. Я молодец!

Тут же ко мне приехали муж и родители. Муж привез в родовую 101 розу, букет, который потом вызывал восхищение у всего медперсонала. Я никогда в жизни не была так счастлива, как в тот момент. В момент, когда я родила сына. Весь вечер муж слал мне по вотсапу видео с застолья нашей семьи, поздравления в мой адрес, и меня переполняли чувства. В целом, если верить моей «истории», родила я за 6 часов. В 11:20 утра 12 октября. Как и велела врач, начала рожать в 5 утра. Не могу присоединиться к тем, кто говорит, что не помнит, какая это боль и все забывается. Я все помню.

Можно, конечно, рассказывать долго, как тяжело было в первые дни дойти до другого конца коридора, как переполняло чувство, будто неделю я не слезала с лошади, но это уже другая история, которая меркнет, когда я смотрю на своего сына. Смотрю, и хочется реветь навзрыд от счастья.

Рожайте детей! Именно в этом - Абсолютное Счастье!

неужели?

Похожие записи