Каждое 20 число месяца в районе полудня
сладострастный писк телефона извещает меня о поступлении средств на карту,
гордо именуемых «декретными». И раз в три месяца после обеда обязательно звонит
Зоенька, справиться о том, все ли в порядке с декретной «казной». После случая,
когда она начислила не ту сумму, Зоенька предельно внимательна к нам.
Зоя
Михайловна – наш бухгалтер на работе. Возраст ее слегка перевалил за 50, но она
по-прежнему молода душой, бодра телом и свежа морщинами. На корпоративах
отплясывает так, что молодежи остается только топтаться поблизости, переводя
дух и дыша по-собачьи. За душевную щедрость в раздаче пакетиков чая, ложек кофе
с дефицитными кусочками сахара или яблок с собственной дачи на работе ее
прозвали Зоенькой. 
При всей своей исключительной положительности Зоенька имеет один существенный, годами неисправимый «косяк» - она нередко ошибается в работе. Чуть ли не каждый месяц то из одного, то из другого отделов разносился негодующий вопль, краткое содержание которого сводилось к «убью Зою», затем по коридору слышался топот обиженного сотрудника, спешащего на разборки. В девяти случаях из десяти Зоя либо забывала начислить премию, либо не начисляла деньги за совместительство, либо переводила зарплату бОльшую, чем надо. В последнем варианте списывала деньги со счета не тут же, а в следующем месяце, причем в самый неподходящий момент – когда, например, новая сумка, ботинки или магнитола в авто уже ждали в магазине. Причем делает промахи она не специально, и каждый раз абсолютно искренне удивляется финансовому недоразумению, прямо как один из вкладчиков Мавроди, которые пару лет назад оплакивали очередной крах «пирамиды». Правда, до серьезных конфликтов дело не доходило, Зоенька гасила намечающийся скандал с легкостью трезвого факира, да и вообще на нее невозможно долго обижаться.
Посему увольнять Зоеньку никто не собирается. Во-первых, опыт не пропьешь, и ее отчеты дивным образом не вызывают нареканий, во-вторых она – своеобразный брэнд, история коллектива. Зоенька помнит поименно всех секретарш шефа, которые меняются в зависимости от времени года, может в красках описать длину их ног, юбок, размеры груди, попы, таинственным шепотом рассказать историю любви женатых коллег и найти среди тонны архивов нужную папку.
Так получилось, что ровно за год до беременности мне существенно повысили оклад. Видимо, за работу в новогоднюю ночь, на 8 марта, и пять отпусков за семь лет щедроты были весомыми. Потом наступила беременность (и меня, наконец-то перестали просить подменить коллег, убегающих на детские утренники и больничные с завидным постоянством), незаметно подкатило время выхода в декрет. Собрав необходимые бумажки, я отправилась к Зоеньке, особо предупредив, что сверху лежит мое заявление, в котором прошу рассчитать декретные, исходя из дохода за последний год (на дворе был ноябрь 2012, то есть право выбирать порядок рассчета у меня было до 1 января). А если учитывать два года, то на декретные я смогла бы купить разве что передние колеса от коляски, в дальнейшем рыдая над их некачественной резиной. Зоя Михайловна, не глядя, положила документы в стол, продолжая буравить взглядом монитор.
Спустя месяц, в 20-х числах декабря, смска
известила меня о пополнении счета на карте, едва взглянув на которую мои глаза
сделались такими же большими, как у героинь японских анимэ. Разумеется, по
нехитрой интернет-формуле я заранее рассчитала сумму (ибо женское любопытство),
но теперь на экране не хватало от нее одного нуля. В общем, «декретные»
составляла мой месячный оклад плюс две тысячи рэ. На эту сумму Зоенька предлагала просуществовать прожить четыре месяца. Недолго
думая, я позвонила «милому бухгалтеру».
- Я потеряла твое заявление, и рассчитала сумму так, как удобно нам. А нам удобно меньше, - запинаясь, пролепетала Зоенька. – До конца года 6 дней, потом вступит в силу новый закон с единым порядком рассчета. Конечно, можно еще переписать заявление, но ведь у тебя уже 35 недель, так что вряд ли…
Услышав это, дочь в животе пнула меня под дых, и показала Зое кулачок. Совсем как коллеги, которым она неправильно начисляла зарплату. Стало обидно. Перед глазами пронеслась вся небольшая трудовая жизнь: семь лет с пятью отпусками, совместительство и недельная командировка черт знает куда – в станицу Тамань Краснодарского края, где "погреть" кости на остывшем песке удалось лишь раз, а все остальное время пришлось провести в строящемся порту среди бетонных плит, подъемных кранов, мужских истерик и мата… И месячный оклад плюс две тыщи! Вечером пришел муж, и тут мы вместе с возбухнувшими гормонами и соплями, отвисшими до живота, вывалили ему все: про работу, Зою, Тамань… Супруг был краток, сказав, что если для меня это важно, поедет со мной и подождет у входа на всякий случай держа руку на кнопке "03".
В общем, через пару дней, вопреки всему, я, муж и беременный живот отправились на работу. Когда я зашла в кабинет к Зоеньке и, распахнув шубу, положила на стол пузо, она сравнялась цветом с алым горшком, в котором взращивала цветы, и предложила пакетик чаю. Я, не мигая, взирала на нее.
- Только не говори ничего начальству, иначе мне влетит! – жарко зашептала и первой сдалась Зоенька.
Вместо ответа дочь в животе смачно пошевелилась, подозреваю, что повернулась к миру попой. «Кошки за 15 лет всю жизнь успевают прожить, а кто-то за эти же годы работы продолжает регулярно ошибаться», - вспомнилась фраза коллеги, сказанная тогда, когда ни с того ни с сего к зарплате ему добавили 15 тысяч.
Разумеется, «сдавать» Зоеньку я не собиралась, о чем сообщила ей, и достала из кармана заранее припасенную ручку. Одновременно с этим Зоенька с грацией лани положила передо мной листок и образец заявления. Чтобы не утруждать подробностями скажу, что на следующее утро мне перевели сумму в пять раз превышающую ту, которая была. Снова пришлось перезванивать, на сей раз для того, чтобы уточнить, не насчитала ли она больше, чем надо. Зоя Михайловна подтвердила свою правоту, гордо сказав, что дважды не ошибается. Кстати, через полторы недели после этой встречи я родила дочь, так что схватила уходящий паровоз за подножку последнего вагона, разве что с корнем ее не вырвала.
Летом опять к ней ехать, писать заявление на
продление отпуска. Наверное, сразу восемь экземпляров напишу…)