Для затравки, на принтскрине понравившаяся мне история от рецензента, про те времена, когда он был еще молоденьким, и книги Стругацких были запрещены, и переписывались от руки...
Когда-то в детстве еще, я с моим папой посмотрела "Сталкера" Тарковского. Меня фильм тронул, я помню, потом неделю мучала папу вопросами, почему Зона, почему такая, а он отвечал, что это - наша жизнь. И вот много лет спустя я показала этот фильм моему другу (с фр субтитрами). А следом сразу прочитала книгу (как-то упустила я Стругацких до сих пор).
Опять как в детстве была под впечатлением. И от фильма, и от книги. Но... какие же мне открылись просторы, когда я стала дальше читать подряд Стругакцих и выяснилось, что тема "зоны" так или иначе у них появляется и развивается вновь и вновь. Колония в "Понедельник начинается в субботу" и в "Сказке о Тройке".. А главное, Лес в "Улитке на склоне". Я как дикарь, который всю жизнь любовно хранил маленький осколочек зеркального стеклышка, а вдруг попал в целый магазин зеркал!
Про творчество Стругацких тома академ комментариев написаны, а я просто от себя поделюсь впечатлениями. Может, получится обсудить.
Итак, Зона и Сталкер, книга "Пикник на обочине". Во-первых, большое удивление, насколько разнятся книга и фильм! Мне было бы интересно узнать мнение авторов про эту экранизацию. Если кто знает, где почитать, киньте, пожалуйста. Мое личное мнение затруднено тем, что первым я узнала фильм, и приняла именно эту трактовку Зоны как единственную на долгие годы. В фильме мне чего-то не хватало, а диалоги казались немного выспренными, но тем не менее общая атмосфера ("легально коснулись трансцедентного") настолько трогала, что все это прощалось. Прочитав книгу, я с удивлением увидела, что все совсем не так!
То, чего не хватало в фильме (движения, событий, фактов), оказалось в переизбытке в книге. Я даже осмелюсь сказать, что стилистически книга меня местами раздражала подобием (а то и подражанием?) американским романам: герои постоянно смачно курили, позвякивали стаканом, отпускали реплики, которыми традиционно перекидываются плохие парни и копы, да и персонажи подозрительно походили на тех самых плохих парней, а также имелись в наличии гангстеры (Хрипатый со товарищи, который скупали задорого хабар) и копы (в том числе конечно тот, что вел двойную игру). Были и сцены побегов, драк, даже = классика - разбитого бара. Но это все неважно, может быть, тогда это было внове или в моде. А главное, этот голливудсковатый стиль совершенно не помешал выстроить потрясающую, осязаемую атмосферу города при Зоне и самой Зоны.
Если кто не читал, сюжет в том, что в этом затхлом городке произошло некое событие, которое принято считать посещением инопланетянами. Вскоре было замечено, что на месте Посещения стали происходить крайне странные вещи! Направленные туда вооруженные войска все погибли при странных обстоятельствах, после чего территорию Посещения закрыли намертво, постоили там исследовательский институт, стали разбираться. Получился такое некий чернобыль - Зона. Тем временем, некоторые люди нелегально пробирались в Зону, часто с корыстными целями, их называли сталкеры. Объекты, найденные там, обладали разными свойствами, часто квази-магическими. Эту добычу называли хабар и таскали с зоны контрабандой, рискуя жизнью (территория Зоны была полна перемещающихся ловушек самого странного рода), и не только своей собственной, потому что временами притащенный хабар устраивал всякую всячину уже в городе, взрывы там и не только. Но этим все не ограничивалось, потмоу что влияние Зоны распространялось куда дальше: у сталкеров рождались дети нелюди (это просто мега сильная сцена в книге, когда дочка сталкера уже почти совсем разочеловечилась (очень трогает диалог с матеоью, женой сталкера: "доктор сказал, она уже не совсем человек", "ерунда, нужно показать ее хорошему врачу, вот есть у нас один специалист".. "это такой-то? Это он и сказал"), и в дом еще вернулся их давно покойный дед - Зона наращивала плоть на старые кости и возвращала таких вот полузомби домой, и эта девочка приластилась к деду простым детским движением, и сталкер смотрел на них любовно, наливал деду выпить, а со стороны это была какая-то обезьянка и мертвяк), начинали происходить всякие катастрофы, если люди, приближенные к зоне, пытались уехать... Это все распевочка, сама песенка не в том.
Ходил слух, что в Зоне есть некий артефакт, который исполняет любое желание. И был один Сталкер, который часто терял в Зоне напарников, зато нашел этот объект и все видели, он себе нажелал всякого. Но этот объект исполнял только реальные, подлинные, искренные жедания, которые шли от сердца, а не от головы, те, которые желались по-настоящему, сокровенно. (Вот тут мне очень нравится тема в фильме, которую мы не видим, но нам рассказывают про учителя сталкера, который что-то пожелал, верунлся богатым как крез, а через неделю повесился - возникают вопросы, что он желал, что исполнилось...)
Что это было, какой ценой он нажелал, что вообще можно пожелать - очень интересные вопросы ставит эта книга. Можно ли пожелать счтатья себе - если счастье это результат личной работы, даже не рещультат , а так, зарубочка на компасе, в правильном направлении движешься. Можно ли пожедать счастья другим - и что это? А главное, чтобы желать, нужно знать, кто ты и чего хочешь, потому что иначе сбудется не то, что ты произнесешь, а то, что у тебя на сердце, а многие ли знают себя?
Мега вопрос. Но и это не главное, лично для меня, в этом произведении, будь то книга или фильм. Мне интресенее сам феномен Зоны, - когда-то мой папа говорил, что это наша жизнь, а мне кажется, это именно внутренняя жизнь, подсознательная, та, что скрыта - в книге скрыта многими рядами колючей проволоки и блокпостами, а в реальность скрыта рутиной, болтовней, всеми этими ежедневными ритуалами, усмиряющими тот грозный ужас, который плещется около каждого из нас, смертных (небытие? бессознательность? смерть души?).
Зона для меня это то настоящее, чему у нас нет названия, потому что мы не хотим ее ни знать, ни видеть, не хотим, чтобы оно вообще было - такое страшное и неподконтрольное никому, ни войскам, ни деньгам... Тем не менее оно есть и периодически прорывается в нашу действительность, то во снах, то в кризисные дни жизни, заставляя людей задумываться,каждый по-своему.
Город = это сознательное. Зона = бессознательное.
Думаю, Юнгу было бы очень приятно прочитать эту книгу и посмотреть фильм! А я бы с больши любопытсвом купила бы книжку с его комментарием!
И вот оказалось, что про Зону можно почитать еще и еще! Под настроение, если не хочется мрачности, это веселые "Понедельник начинается в субботу" и его продолжение "Сказка о тройке". Сначала мне Понедельние совсем не понравился. Я даже когда-то уже начинала, давно, и бросила. Показалось, ерунда какая-то, пародия на сказку. Оказывается, самое хорошее там начинается позже, и жаль, что я не добралась в первый раз, потмоу что там , дальше, как раз описывается моя давнишняя мечта: жизнь Человека в духе, в творчестве, в созидательной науке. Вот так наскоро сделаешь и отправишь своего дубля (такой клон) на работу или пообщаться с соседями о погоде, а сам занимаешься тем, к чему лежит сердце, делом, достойным человека!
Все это описано с юмором, мило, приятно!
Суть мне до крайности близка и сконцентрирована тут : отрывок
..."Сюда пришли люди, которым приятнее быть друг с другом, чем порознь, которые терпеть не могли всякого рода воскресений, потому что в воскресенье им было скучно. Маги, Люди с большой буквы, и девизом их было - "Понедельник начинается в субботу". Да, они знали кое-какие заклинания, умели превращать воду в вино, и каждый из них не затруднился бы накормить пятью хлебами тысячу человек. Но магами они были не поэтому. Это была шелуха, внешнее. Они были магами потому, что очень много знали, так много, что количество перешло у них, наконец, в качество, и они стали с миром в другие отношения, нежели обычные люди. Они работали в институте, который занимался прежде всего проблемами человеческого счастья и смысла человеческой жизни, но даже среди них никто точно не знал, что такое счастье и в чем именно смысл жизни. И они приняли рабочую гипотезу, что счастье в непрерывном познании неизвестного и смысл жизни в том же. Каждый человек - маг в душе, но он становится магом только тогда, когда начинает меньше думать о себе и больше о других, когда работать ему становится интереснее, чем развлекаться в старинном смысле этого слова. И наверное, их рабочая гипотеза была недалека от истины, потому что так же как труд превратил обезьяну в человека, точно так же отсутствие труда в гораздо более короткие сроки превращает человека в обезьяну. Даже хуже, чем в обезьяну.
В жизни мы не всегда замечаем это. Бездельник и тунеядец, развратник и карьерист продолжает ходить на задних конечностях, разговаривать вполне членораздельно (хотя круг тем у них сужается до предела). Что касается узких брюк и увлечения джазом, по которым одно время пытались определять степень обезьяноподобия, то довольно быстро выяснилось, что они свойственны даже лучшим из магов.
В институте же регресс скрыть было невозможно. Институт предоставлял неограниченные возможности для превращения человека в мага. Но он был беспощаден к отступникам и метил их без промаха. Стоило сотруднику предаться хотя бы на час эгоистическим и инстинктивным действиям (а иногда даже просто мыслям), как он со страхом замечал, что пушок на его ушах становится гуще. Это было предупреждение. Так милицейский свисток предупреждает о возможном штрафе, так боль предупреждает о возможной травме. Теперь все зависело от себя. Человек сплошь и рядом не может бороться со своими кислыми мыслями, на то он и человек - переходная ступень от неандертальца к магу. Но он может поступать вопреки этим мыслям, и тогда у него сохраняются шансы. А может и уступить, махнуть на все рукой ("Живем один раз", "Надо брать от жизни все", "Все человеческое мне не чуждо"), и тогда ему остается одно: как можно скорее уходить из института. Там, снаружи, он еще может остаться по крайней мере добропорядочным мещанином, честно, но вяло отрабатывать свою зарплату. Но трудно решиться на уход. В институте тепло, уютно, работа чистая, уважаемая, платят неплохо, люди прекрасные, а стыд глаза не выест. Вот и слоняются, провожаемые сочувственными и неодобрительными взглядами, по коридорам и лабораториям, с ушами, покрытыми жесткой серой шерстью, бестолковые, теряющие связность речи, глупеющие на глазах. Но этих еще можно пожалеть, можно пытаться помочь им, можно еще надеяться вернуть им человеческий облик…"
Конец цитаты.
Сказка о Тройке логично продолжает эту тему. Но несмотря на юмор, она отчасти тяжела по атмосфере, которуя я живо могу себе вообразить - группка тупых самодовольных бюрократов и бледный запидоренный комендант, который не решается оттуда уйти, свалить на фиг. Вот так я недавно на моей второй стажировке видела, как люди терпят ужасные условия, просто по инерции, по обстоятельствам, а потом смиряются, ломаются, и все сложнее сделать шаг влево - побег.
Так проще, так нужно, так удобно - как-то сами себя закабаляют и год из году ходят и жалуются на противную работу, терпят , еще и заискивают перед противным мелким тираном патроном... Меняют дни жизни на зарплату. Еще и убеждают себя, что это хорошо и важно.
Ну и наконец, пост мой затянулся, а теперь самое важное, самое значительное на мой взгляд произведение, которое я в этом месяце прочитала у Стругацких и которое круче той самой достославной Зоны: "Улитка на склоне".
Все, что применимо к тому, что я написала про Зону, применимо и к лесу. Вернее, с большой буквы, Лес. Там - Зона. Тут - Лес!
Единственное, Зона она более трансцедентные вопросы затрагивает, а Лес - социальные. Но, ребята, разве по сути это не одно и то же, разве не базируется устройство личности (Город и Зона) на тех же основах, что и устройство человеческого общества (Управление и Лес).
Книга написана, особенно в некоторых местах, потрясающе (есть провалы).
Я , конечно, не критик и не литературовед, а простой читатель, но по моему скромному личному мнению, стилистически "Улитка" на несколько голов выше "Пикника".
Авторам удалось создать иную номенклатуру бытия, все подчинено иным законам - все кажется нелогичным, как во сне, но при том достоверным (да, как во сне).
Все происходит в точности, как в сновидениях. Кандиду надо, нужно, хочется и требуется о чем-то думать, но он забывает, о чем, собьют его, и снова забыл и надо начинать с начала. И нужно идти затвра в город, и никто не мешает, а не идется, не идется и все, говорят не то, делают не то, и снова не получается и опять --- завтра!
Ужасающие его диалоги с местными жителями, я чуть не взорвалась от бесилова. Это же шедевр его диалог с Колченогом (приводить не буду, что вы тоже не лопнули от раздражения). Безумие. А как посмотришь - ребята, это ж наши будни, а никакое такое не безумие: мы вот именно так и мыслим - путано, бесцельно, сбиваясь на ассоциации (ну когда не решаем задачку по математике или не составляем список покупок)).
А диалог с Колченогом тут целиком: https://strugacki.ru/book_19/763.html
Но я про общую атмосферу книги продолжу. Авторам удалось создать атмосферу полностью достоверную (несмотря на мрачные чудеса Леса), но отстоящую от реальности на одну параллель.
Кто читал, например, помните эпизодическую сценку, когда Переца выписывают среди ночи из гостиницы? Может, вне контекста не прокатит, но это ж потрясающе точно (согласно законам сна или, точнее, беззакониям сна):
Цитата:
"Перец проснулся оттого, что холодные пальцы тронули его за голое плечо. Он открыл глаза и увидел, что над ним стоит человек в исподнем. Света в комнате не было, но человек стоял в лунной полосе, и было видно его белое лицо с выкаченными глазами.
- Вам чего? - шепотом спросил Перец.
- Очистить надо, - тоже шепотом сказал человек.
Да это же комендант, с облегчением подумал Перец.
- Почему очистить? - спросил он громко и приподнялся на локте. - Что очистить?
- Гостиница переполнена. Вам придется очистить место.
Перец растерянно оглядел комнату. В комнате все было по-прежнему, остальные три койки были по-прежнему свободны.
- А вы не озирайтесь, - сказал комендант. - Нам виднее. И все равно белье надо на вашей койке менять и отдавать в стирку. Сами-то вы стирать не будете, не так воспитаны…
Перец понял: коменданту было очень страшно, и он хамил, чтобы придать себе смелости. Он был сейчас в том состоянии, когда тронь человека - и он завопит, заверещит, задергается, высадит раму и станет звать на помощь.
- Давай, давай, - сказал комендант и в каком-то жутком нетерпении потянул из-под Переца подушку. - Белье, говорят…
- Да что же это, - проговорил Перец. - Обязательно сейчас? Ночью?
- Срочно.
- Господи, - сказал Перец. - Вы не в своем уме. Ну хорошо… Забирайте белье, я и так обойдусь, мне всего эта ночь осталась.
Он слез с койки на холодный пол и стал сдирать с подушки наволочку. Комендант, словно бы оцепенев, следил за ним выпученными глазами. Губы его шевелились.
- Ремонт, - сказал он наконец. - Ремонт пора делать. Обои все ободрались, потолок потрескался, полы перестилать надо… - Голос его окреп. - Так что место вы все равно очищайте. Сейчас мы здесь начнем делать ремонт.
- Ремонт?
- Ремонт. Обои-то какие стали, видите? Сейчас сюда рабочие придут.
- Прямо сейчас?
- Прямо сейчас. Ждать больше немыслимо. Потолок весь растрескался. Того и гляди…
Переца бросило в дрожь. Он оставил наволочку и взял в руки штаны.
- Который час? - спросил он.
- Первый час уже, - сказал комендант, снова переходя на шепот и почему-то озираясь.
- Куда же я пойду? - сказал Перец, остановившись с одной ногой в штанине. - Ну, вы меня устройте где-нибудь. В другом номере…
- Переполнено. А где не переполнено, там ремонт.
- Ну, в дежурке.
- Переполнено.
Перец с тоской уставился на луну.
- Ну хоть в кладовой, - сказал он. - В кладовой, в бельевой, в изоляторе. Мне всего шесть часов осталось спать. Или, может быть, вы меня у себя как-нибудь поместите…
Комендант вдруг заметался по комнате. Он бегал между койками, босой, белый, страшный, как привидение. Потом он остановился и сказал стонущим голосом:
- Да что же это, а? Ведь я тоже цивилизованный человек, два института окончил, не туземец какой-нибудь… Я же все понимаю! Но невозможно, поймите! Никак невозможно! - Он подскочил к Перецу и прошептал ему на ухо: - У вас виза истекла! Двадцать семь минут уже как истекла, а вы все еще здесь. Нельзя вам быть здесь. Очень я вас прошу… - Он грохнулся на колени и вытащил из-под кровати ботинки и носки Переца. - Я без пяти двенадцать проснулся весь в поту, - бормотал он. - Ну, думаю, все. Вот и конец мой пришел. Как был, так и побежал. Ничего не помню. Облака какие-то на улицах, гвозди цепляют за ноги… А у меня жена родить должна! Одевайтесь, одевайтесь, пожалуйста…
Перец торопливо оделся. Он плохо соображал. Комендант все бегал между койками, шлепая по лунным квадратам, выглядывал в коридор, высовывался в окна и шептал: "Боже мой, что же это…"
- Можно я хоть чемодан у вас оставлю? - спросил Перец.
Комендант лязгнул зубами.
- Ни в коем случае! Вы же меня погубите… Ну надо же быть таким бессердечным! Боже мой, боже мой…
Перец кое-как собрал книги, с трудом закрыл чемодан, взял на руку плащ и спросил:
- Куда же мне теперь?
Комендант не ответил. Он ждал, приплясывая от нетерпения. Перец поднял чемодан и по темной тихой лестнице спустился на улицу. Он остановился на крыльце и, стараясь унять дрожь, некоторое время слушал, как комендант втолковывал сонному дежурному: "…будет назад проситься. Не пускать! У него… (неясный зловещий шепот) понял? Ты отвечаешь…" Перец сел на чемодан и положил плащ на колени.
- Нет уж, извините, - сказал комендант у него за спиной. - С крыльца попрошу сойти. Территорию гостиницы попрошу все-таки полностью очистить.
Пришлось сойти и поставить чемодан на мостовую. Комендант потоптался немного, бормоча: "Очень прошу… Жена… Без никаких эксцессов… последствия… Нельзя…" - и ушел, белея исподним, крадясь вдоль забора. Перец поглядел на темные окна коттеджей, на темные окна Управления, на темные окна гостиницы. Нигде не было света, даже уличные фонари не горели. Была только луна - круглая, блестящая и какая-то злобная."
Конец цитаты.
Так вот рутинно, и совершенно невозможно - середина ночи, вы спите, приходит нервный администратор со словами , что белье надо стирать и вообще, ремонт пора делать.
Перец находится на территории Управдения по делам Леса. Тут все дико, но дичь подчинена строгим правилам бюрократизма и строгой, железобетонной обыденности. Рядом, под скалами, Лес.
Там, внизу, все наоборот, там чудеса, которые точнее назвать ужасами, там атмосфера той самой Зоны, там существует нечто - Лес сам и есть нечто - оно как бы живое, но не человеческое. Там в Лесу проживает Кандид, который когда-то тоже работал в Управлении, микробиологом на биостанции, но во время вылета на территорию Леса его вертолет потерпел крушение.....
Самое интересное, что я бы затруднилась порекомендовать кому-то почитать эти книги. Есть книги, которые рекомендуешь запросто - потому что точно понравятся, точно заинтересуют. Эти - нет. Не точно!
Но точно одно - в них есть, о чем подумать, и на какие стороны в себе самом обратить внимание.
Недаром во времена цензуры и запретов такие книги от руки переписывали!
Вообще, мне подумалось, власти стали хитрее. Система самообучается. Раньше простодушно запрещали людям читать, чтоб не поумнели, и люди рискуя тюремным сроком книги от руки переписывали по ночам, а теперь никаких запретов, наоборот, полная, полнейшая свобода, и такая куча тех свобод, что за свободой зырить телик как-то незаметненько теряется свобода почитать книжку и поразмыслить. Но это и неважно, потому что Зона или Лес этому всему не подчиняются, и всегда говорят на своем языке, и неважно, хочет ли человек отвечать на их зов (как Перец, которого притягивал Лес, который бредил Лесом, боялся его и любил) или не хочет (как те, что завязывали глаза, когда ловили сбежавшую машинку, чтобы той машинки не увидеть) - и то, и то форма коммуникации. Наверное, все дороги ведут в Рим, и, возможно, все пролегают через Лес.