Делать ли из них мужчин?
В стремлении сделать мальчика мужчиной главное не перестараться
Это основная мысль, которая не дает мне покоя несколько дней. Каждая мать хочет, чтобы ее сын стал мужчиной. Настоящим. Чтобы не стыдно потом было перед невесткой и людьми. Чтобы ее саму на старости лет не бросил. И так далее. 
А как мы к этому идем? Как добиваемся этой цели?
Площадка с полосой препятствий на высоте. Все безопасно, обтянуто сеткой. Но высота приличная. Метров пять. Детишки забираются туда – и там ходят по канату, пролазят в туннелях. В общем, интересного масса.
Но вот в середине полосы образуется столпотворение. Там застрял мальчик лет пяти. Он плачет и просит маму и папу снять его отсюда, что в этот туннель он не полезет.
«Ты чего меня позоришь! – кричит папа снизу – Ты же мужик, давай, лезь!»
Общими усилиями детишек и родителей сзади, мальчик прошел. Но спустился весь в слезах и раздавленный. Его позор видели все….
Море. Три года назад. Матвею три месяца. Мы первый раз в отпуске. Даня не выходит из воды вообще. Малышу кроме как поесть и поспать ничего не надо.
И тут меня осеняет, что морская вода полезна всем, и малышу конечно же понравится, если его окунуть пару раз. К тому же он ведь мальчик! Окунание длится несколько минут. И хотя вода теплая (для нас), малыш орет от ужаса. А мы, умные и прогрессивные родители, его закаляем!
И снова площадка. Высокая горка, лестница. Мальчику два с половиной. Он явно не собирается совершать подвигов. Подвиги нужны папе. «Давай, ты мужчина! Ты сможешь! Я тебя поймаю!» — малыш плачет и упирается. Папа все-таки затащил сына, и скатил его с горки. Получил ли сын удовольствие? Вряд ли.
Аквапарк, три года назад. Мы очень хотим показать Дане, как это круто – кататься с горки. «Давай – ну давай! Ну чего ты боишься! Давай с папой! Давай за ручку!» Ребенок упорно отказывается. Мы настаиваем – ему же потом понравится! В итоге настроение испорчено у всех.
К чему я все это?
От мальчиков ждут подвигов с самого рождения.
Мы хотим их видеть смелыми, бесстрашными (но в меру, иначе у мамы сердце остановится!). мы хотим ими гордиться – смотрите, ему два года, а он уже с такой горки! Или – как это у меня бывает – ему всего три, а он уже плавает и ныряет!
Мальчики не имеют права на страх. И не имеют права отказаться от приключений. Им должны нравится те приключения, которые мы для них находим. Эти приключения обычно не для их возраста – а для детишек чуточку старше. Ведь они мальчики – они должны обладать сверх-способностями.
И так везде – родители пытаются засунуть куда-то ребенка, навязать ему развлечение, заставить проявить героизм. Легко ли с такими родителями мальчикам?
Самое интересное, что однажды к этим приключениям мальчик сам созреет, сам будет готов. Сейчас наш старший сын сам таскает папу по горкам в аквапарке, не давая отдохнуть. Как и младший – который вообще не выходит из моря, даже если оно не очень теплое.
Здесь важно не только подождать его готовности и желания, но еще и позволить ему самому выбирать приключения для себя. Кому-то нравятся горки, а кому-то лазилки, кому-то море, кому-то песочные замки. Не давить, пытаясь пропихнуть свои детские желания. Не форсировать, не решать за него. Не пытаться сделать его таким же, как другие. Не вешать на него ярлык: «мальчик, значит, должен!»….
Все бы ничего, если бы первый пункт не сочетался со вторым. Мало того, что мальчики обязаны геройствовать с пеленок, они еще не имеют права на эмоции. Им нельзя плакать, бояться, краснеть. Им можно злиться – да и то не всем. Мальчик должен терпеть любую боль и делать вид, что все в порядке.
То есть мало того, что ты должен в три года делать то, чего ты очень боишься. Ты еще должен засунуть свой страх далеко-далеко, и не в коем случае не плакать. Ты же мужчина!
Потом эти мальчики вырастают, и совсем не умеют работать с эмоциями. Любой страх, грусть, боль, печаль – они трансформируют в гнев. Перепугавшись за ребенка, который чуть не попал под машину, первым делом папа на него, скорее всего, накричит и поддаст. А потом пожалеет.
Мы же, женщины, этих выросших мальчишек часто называем «деревяшками» за их «бесчувственность» и «равнодушие». Но самом деле внутри каждого мужчины – океан эмоций. Но он настолько уже привык носить маску безразличия, что сам не знает, как все это оттуда вытащить…
Еще один важный момент – передача сына отцу. Все ведические лекторы говорят о том, что воспитывать сына должен папа. Но что делаем мы и как мы это слышим? Значит, нужно перестать проявлять нежность к нему, перестать обнимать, чтобы не вырос тряпкой. Перестать помогать ему. Отстраниться от него.
Легко ли это дается мальчику, которого в год-два мама еще обожала и нежно целовала в макушку? А сейчас ему пять – и мама его кормит, поит, одевает. Но уже не держит на коленках, не обнимает? Когда ему будет десять она начнет опасаться обнимать его лишний раз, в четырнадцать и вовсе любые проявления чувств сойдут на нет…
Мы боимся вырастить маменькиного сынка, поэтому отрываем его от себя резко, с мясом. Постепенное отделение кажется нереальным и болезненным. Лучше одним махом. Привести в детский сад и оставить сразу на целый день. Он же мальчик, а они не должны плакать. Или отправить на каникулы к дедушке с бабушкой, он же мальчишка, ему в деревне будет интереснее…
Не потому ли сейчас у многих мужчин обозначается такая тенденция, что почти все живут ради матери? Безумно любят ее и готовы для нее сделать больше, чем для жены? Не пытаются ли они таким образом заполнить ту пустоту, которую не заполнили, когда им было три или четыре года?
Я не к тому, чтобы держать детей всегда под юбкой. Просто нужно видеть, готов ли ребенок? Или он еще слишком нуждается в матери? Нашему второму сыну три года. И сейчас я вижу точно – он к отделению не готов. Он с радостью играет с детьми. Но мама при этом нужна рядом. Именно мама – чтобы разделить эмоции, поплакать или порадоваться вместе. Или забраться на коленки и посидеть немного.
Старшему семь. И он во многих местах уже отделился. Сам. Когда я пыталась его оторвать и прилепить к папе – получалось только хуже. А сейчас он сам во многих местах предпочтет папу, а не маму. Например, при прогулке в парк. Но я все еще нужна ему. Почесать спинку перед сном, обнять, приголубить. Хотя ему семь, он все еще остро нуждается в ласке и заботе. Маминой. То есть моей.
И телесный контакт – он необходим мальчику. Как и девочке. Особенно с мамой. Девочку обнимать нестрашно, это пусть папа переживает. Ее можно и в двадцать лет обнять. А мальчика – нет. Эдипов комплекс и все такое. Не поощрять в нем запретные желания и прочее-прочее…. У нас в голове столько мыслей об этом! Что хватит сюсюкать, что он уже мужчина, у него половое созревание. А мальчику просто нужно, чтобы мама его обнимала, как раньше. Иногда сесть на коленки – ну и что, что ростом он уже больше мамы. Какая разница-то? Это же тот же самый ребенок!
Если у ребенка, у мальчика, сохраняется нормальный телесный контакт с матерью, ему будет легче обнимать жену. Многие жены ведь именно на это жалуются – что не обнимает, не поцелует просто так. Нет такой привычки, нет такого разрешения.
А воспитывать сына, то есть наказывать, объяснять ему устройство мира, учить мужским вещам, – это папа. Конечно же папа! Разве может мама так же разобрать двигатель машины, как папа? Наказания от отца мальчиками переживаются действительно легче – опять же если в системе все в порядке с иерархией. Папа – это и образец мужественности, и мужская энергия, и мужской совет.
Мама при этом не перестает быть нужной. Просто у нее другая роль. Она нужна для другого – чтобы почувствовать снова себя маленьким, как о тебе заботятся, как тебя любят. Что ты хороший человек и у тебя все получится. Даже если сегодня что-то не получилось.
Мамы мальчишек, давайте учиться этому непростому искусству – быть мамой мальчиков. От нас зависит, каким будет следующее поколение мужчин. Будут ли они такими же закомплексованными и инфантильными? Или мы сможем напитать их любовью так, что они выйдут в жизнь уверенными в себе мужчинами, которые не только могут совершать подвиги, но и искренне этого хотят.
Я каждый день учусь этому – хотя дается это непросто. И каждый возраст, и каждый сын дает новую почву для раздумий и переживаний. Когда у меня возникает очередной кризис на тему «и что делать с этим мальчишкой» я вспоминаю очень мудрую фразу: «больше всего ребенок нуждается в нашей любви, когда меньше всего этого заслуживает». И в таких ситуациях я снова и снова учусь любить их – еще больше. Даже если кажется, что больше любить невозможно. Выражать любовь так, чтобы они тоже смогли ее почувствовать…
А еще – любить и уважать их отца. Чтобы по мере взросления они хотели стать такими же, как папа. Сильными, ответственными и любящими. Настоящими мужчинами. Без этого пункта все остальное теряет значение….
