Я тебя не качаю в кроватке
прихожу вновь к холодной оградке
я поправлю упавший веночек
и спою тебе, милый сыночек…
ты живешь в моем сердце любовью,
светлым лучиком, яркой звездою.
ты живешь в моем сердце болью,
всеобъемлющей тихой грустью
ты прости, мой родной, что я плачу
пусть тебя мои слезы согреют
боль свою я поглубже спрячу
лишь дождинки меня пожалеют
много слов я сказать хотела
но слова мои душат слезы
Подниму я глаза на небо
ярко светят оттуда звезды…
никогда уж не будет как прежде
будет счастье и будет радость
но теперь нашим спутником станет
вечно свежая рана на сердце…
Они приходят в мир, как будто заглянули.
Оставив след иль рану в чьей-нибудь дуе,
Они судьбу навек перевернули,
И не спросить нам цель явления уже.
А их явленье это совершенство,
Прекрасный миг или чудесные года
Они не скажут слова, здесь побудут,
Чтобы проститься с нами навсегда.
И будет раной кровоточить сердце,
Ты увидал воочию его,
Того, кто будет с тобой вечно
Хранителя для мира твоего.
Он будет нежным крылышком касаться
И пробовать смахнуть слезу твою.
Он будет тебе часто сниться
И на окне дыханием писать «Люблю…»
Мой сын, ни разу не увидевший рассвет,
Не ожививший дом невнятным лепетаньем,
Во мне живет печальной песней – как завет –
Сиротства горького немое привыканье.
Душою – на разрыв, и сердцем – как струна,
Я привыкаю жить, не ощущая взглядом.
Мой мальчик, что не сделал в жизни первый шаг,
Все чудится, бежит со мной вприпрыжку рядом.
За горло схвачена безудержной тоской,
Крестом распятая у той стеклянной двери,
Где взять мне столько сил, сыночек мой родной,
Хоть малость, хоть чуть-чуть, но чтоб во что-то верить?...
И пусть средь суеты очередного дня,
Сквозь то, что в жизни стало просто бесполезным,
Покойно и светло посмотрит на меня
Мой сын, взлетевший в небо ангелом небесным.
