Все собираюсь рассказать о детях, снаружи и внутри меня.
Сначала о первых. 
Как-то случилось так, что сдвинулся режим их сна и бодрствования. Они стали засыпать и просыпаться позже. Засыпать позже стали отчасти потому, что «подсели» на сериал «Легенда об Искателе». Теперь они играют в Искателя и Даргенрала, а меня называют Исповедницей. Исповедницей мне нравится быть больше, чем лошадью или электричкой, потому что требований здесь гораздо меньше. Нужно просто тихо и правдоподобно умирать в бою. И иногда разнимать разбушевавшихся Даргенрала и Искателя.
Я, привыкшая делать много дел после засыпания детей, слегка страдаю и много не успеваю. Просыпаются они тоже позже обычного, в связи с чем Тима стал хронически опаздывать в сад. Воспитательница идет нам на встречу и терпит это безобразие. Тимка пропускает музыкальные занятия. На днях воспитательница дала нам распечатки песенок, сказав: «Пусть Тимочка хотя бы дома их учит» Дома выяснилось, что все слова Тима знает. Он заставлял меня эти песенки петь. Поскольку музыки я не знаю, мотив был произвольный и очень неправильный. Тима ругался на меня за мои завывания.
Тима, который преспокойно отселился от нас с мужем с наступлением моей беременности, так же спокойно вновь переселился к нам. Теперь мы снова спим втроем, я – по-прежнему на отведенных мне тридцати квадратных сантиметрах.
Сашка вызывает у меня тревогу. Из футбола, куда он с таким удовольствием ходил, его исключили. Я так поняла, что дело было не столько в его никудышней игре, сколько в сокращении финансирования клуба. В результате решили оставить лишь самых лучших, куда он не вошел. Он перенес это достаточно тяжело. Со вчерашнего дня ходит на гандбол. И дело даже не в том, куда и как долго он ходит. Мне кажется, он неадекватно воспринимает себя в коллективе. Рассказывая что-то, выпячивает свои достоинства, с трудом признает, или не признает вовсе, недостатки и промахи.
Идет речь о том, что он летом поедет в лагерь. Изначально речь шла о загородном лагере, а теперь вроде бы получается отправить его в лагерь, расположенный довольно далеко от города. То есть, если в первом случае мы могли в любой момент к нему поехать, то во втором он будет вне зоны доступа. Я сначала по-мамски запереживала. А потом решила: может, и к лучшему. Ему нужно учиться жить в коллективе. И если не имеют эффекта мои теоретические педагогические внушения, то, может, более эффективной будет практика?
Вчера за несколько минут без спроса взял мой телефон. Сегодня обнаружила, что стер все контакты. Все мои контакты за несколько лет. Я под таким впечатлением, что даже не злюсь. Я просто не знаю, что делать.
Мы часто обсуждаем с мужем свои взаимоотношения с Сашей. Мы порой злые, деспотичные, категоричные. Но как же сложно поступать педагогично, когда хочется топнуть ногой и сорвать голос на визг. Распечатали «10 заповедей для родителей», повесили на холодильнике и в туалете. Понимаю, что пишу сумбурно и написанное не передает всех моих эмоций. Но как же сложно. Понимаю, что он не может быть нашим повторением. Он – другой, он сам по себе. Но ведь хочется вырастить достойного человека!
Ну вот, написала и загрустила. Напишу о себе попозже.
