17.04.2022 О родах. Родовой бокс. II
Когда я приехала с роддома на легкой эйфории, я решила, что ТОТ САМЫЙ день необходимо обязательно зафиксировать. Ведь все со временем забывается и хорошее и плохое, а после эпидуралки так вообще. И вот я села за ноут в то время, пока сын спал, стартуя свой первый месяц жизни, открыла Word и начала повествовать. Все части можно найти в дневнике.
Часть 4.
Врач подкладывает утку, достаёт пластиковую спицу и делает прокол пузыря, «передних» вод, действительно, оставалось не так много, Петр Михайлович показывает мне количество в доказательство, что мы (я) приняли(а) правильное решение. Минут через 5 проходит первая схватка, та самая, долгожданная, которую описывали все женщины мира. Но до накала страстей еще далеко.
Петр Михайлович оставляет меня в объятиях моей акушерки. Она как фея - с длинными ресницами, фиолетовым вечерним смоки, подготовилась, чтобы красиво встретить сына. Она источает добро и тепло, но скорее отрепетированное, чем искренне, такие эмоции сквозь зубы, она ставит медитативную музыку. Сажает меня на фитбол. Вдохи и длинные выдохи, между схватками уводим бедра влево-вправо-вперед-назад, на схватках давим на мяч вверх-вниз, чтобы перекрыть боль. Все отлично, и этими схватками меня пугали?... Продолжаю строчить прямой репортаж мужу и подругам о происходящем.
Акушерка спрашивает где мои вещи. Где-то дома, ждут 6 мая, когда я буду рожать.. Пишу мужу, что надо собрать аж 2 сумки в роддом: на роды и в палату. Пишу под диктовку акушерки: на роды шапочку малышу, подгузники, носочки, воду мне и тапочки. И все остальное во вторую сумку.. Подписать ФИ, родбокс или палата, приехать и сказать, что уже рожаю. Вдохи и длинные выдохи, проминаю мяч.
Я больше не могу ни за что отвечать, нести ответственность, и решать вопросы, впервые за всю сознательную жизнь не могу. Я, действительно, рожаю.
Акушерка уговаривает меня пить воду и корректирует дыхание. Через какое-то время привозят сумку с вещами.
Схватки проживаются легко на мяче, я подумываю, что эпидуральная не нужна, но приходит Петр Михайлович на осмотр. Я ложусь на кушетку. Раскрытие 3 см - хорошо, отлично, но вот приходит очередная схватка и я ощущаю боль каждой клеткой, как отличница, стараюсь дышать по предписаниям, но теряю контроль. Акушерка подключает меня к ктг. Лежу 5 минут и схватки начинают меня нокаутировать, искры сыплются из глаз. Фитбол и кушетка - они, если честно, не пара. Позовите экзорциста, держаться больше нету сил. Заказываю себе анестезиолога. По ощущениям он шел ко мне год, но наверняка прошло минут 10.
Дальше было все в тумане. Анестезиолог с ассистенткой прикатили с собой какую-то тележку. Он пытается со мной дружелюбно беседовать, чтобы отвлечь, спрашивает про тату, про имя ребенка. Я не могу отвечать, я дышу, чтобы не вырубиться. Он делает что-то со спиной, что-то туда инкрустирует, при этом просит не двигаться, я в оцепенении от боли двигаться не планирую. Дальше мне подключают капельницу.
Потом еще минут 10 и приходит абсолютное расслабление. Боль отпускает, таз почти не ощущаю, чувствую легкое потягивание где-то там. Голова тоже становится ватная. Акушерка начинает меня отпаивать из рук, а потом меня вырубает в дрёму.
В районе 16 часов приходит мой врач, осматривает мой обездвиженный таз, который я поднимаю как онемевшую руку после сна - раскрытие 8 см.
Еще спустя короткое время моя акушерка подвигает огромную лампу, начинает разбирать кровать. Я немного не понимаю к чему дело идет. А потом как понимаю…