Вы все ещё хотите детей?

Когда я поставила своим девизом слова из всем известной песни,
только один единственный человек, мой верный боевой товарищ, моя Настя написала мне (прости, Моть, процитирую) - "... тебе еще тогда писала, ... что твой новый девиз на бэбиблоге совсем не позитивный. Эта песня Квин (хотя я их очень люблю) никогда не вызывала во мне позитивных ассоциаций. Тяжелая песня о человеке, которому на самом деле хреново, причем очень."

Я тогда ей все обьяснила...но только ей, в эфир я такое писать не готова была тогда. Тогда мне хотелось просто лечь и сдохнуть, но я не могла, ведь я теперь мама, теперь есть кто-то, кто важнее меня...

Теперь готова.

Так почему же так нехорошо мне было...

Получив два традиционных медицинских образования, пару коротких нетрадиционных курсов и проработав в роддоме 4 года официально и три просто от большого желания, я была уверена,что про детей я знаю если и не все, то достаточно много, чтобы поскорее воплощать свои мечты.

Опустим тот кусок жизни, в котором мечту пытались разбить о суровый диагноз "Бесплодие" и рассмотрим жизнь сегодняшнюю.

Мечта сбылась. Я забеременела. Все было прекрасно. Даже токсикоз, даже непереносимость зубной щётки, даже судороги икроножных мышц по ночам и дикие боли в суставах, даже отеки и растяжки и тонус...все это было прекрасно, ведь сбылась моя мечта, а все остальное...это же такая ерунда в сравнении со счастьем, которое было уже со мной и ещё немнго, ещё чуть-чуть и я прикоснусь к нему руками.

Роды были веселыми благодаря моему настрою и кислороду, единственному обезболиванию, на которое я согласилась. Испугаться я так и не успела. Говорили, что помирать буду от боли и буду молить об анестезии, но я так и не поняла, что там обезболивать. Схватки, да, больно, но поймав волну и продышав их правильно, я не нуждалась в обезболивании. Потуги...так кто ж их обезболивает при физиологических родах?

Даже разорваться во всех направлениях...это не больно...сразу не больно...

И вот оно, мое счастье, моя мечта, смысл моей жизни, моя Мария! У меня не было сил даже плакать, не было слёз, не хватало воздуха, я просто задыхалась от этого счастья.

А потом мне не дали его приложить к груди...у меня началось кровотечение из-за разрывов промежности третей степени..

Литр крови и хороший час "штопанья", простите, и я пожалела о том, что отказалась от эпизиотомии.

Но Мария была такой маленькой, такой беззащитной, такой сладкой, а обезболивающее, на которое, я уже согласилась, было таким сильным, что я продолжала наслаждаться своим счастьем и ни о чем больше не думать.

А к вечеру я проснулась...от боли. У меня болели швы, да так сильно, что слёзы сами текли. Но я не могла облажаться перед дитям и держалась изо всех сил без обезболивания. Под утро попросила парацетамол. Но когда не смогла встать, согласилась на более сильное обезболивание.

Выписывая меня, мне выдали на дом упаковку чудо-таблеток. Они обезболивали так, что я скакала как молодой олень...

Но я ж фанатка, лекарства я принимаю только если умираю. Они же проникают в молоко! а я же только за ГВ, другого способа кормить ребенка для меня не существует!

Я перестала пить таблетки, ради Марии. Швы болели так...они так болели...У меня их там 15 было всех вместе.

Кто-то скажет "Ну, и дура!", не спорю, возможно, вред причиненный Мари этими таблетками был бы меньше, чем те страдания от боли, но...

Так началось счастливое родительство.

Лежа у меня кормить не получалось, сидя - не могла, а кормила я по пребованию, а Мария требовала и требовала...в результате Женя подпирал мне спину, засыпая стоя, пока я ночами кормила. Потом, наконец я приноровилась кормить лежа. Жить стало легче.

И вот, на 10й день на осмотре, акушерка задаёт интимнейший вопрос: "А ты в туалет сходила уже?"

И тут до меня дошло, что не сходила, что я просто боюсь даже думать об этом.

Посоветовала она мне поесть кураги. Я и поела...полкило...

Я-то в туалет сходила, но Мария два дня орала так, что у нас всех чуть крыша не поехала.

Так начались наши колики.

Мария плакала, кушала, плакала, спала и сонная плакала, срыгивала, кушала и снова плакала...мой день прекратился в какой-то кошмар. Я уже не знала где день, где ночь и вообще, какой месяц за окном.

Я качала её, прыгала на мячике, носила на руках, укладывала спать к себе на грудь, испробовала все способы борьбы с коликами...я теперь и в этом специалист...Сказать, что устала...все равно, что пошутить. Злобно пошутить. Физически я устала так, что мне уже было все равно как я выгляжу и что я ем, но морально я была измотана так, чтоя замкнулась и перестала адекватно общаться с людьми и реагировать на внешние раздражители. Орала на Женю и на маму по поводу и без...

Теории я знала достаточно, чтобы не впадать в панику от каждого писка, как это делала моя мама, но плачь Марии был каждый раз как нож в сердце и никакие институты к такому не готовят.

В институтах учат, что швы - это больно, но не учат КАК это больно, учат, что затруднён стул, но не учат, что каждый поход в туалет заканчивается обмороком от боли, не учат, что невыносимо больно слышать плачь своего ребенка и не учат оставаться при этом спокойной, чтобы ребёнок не чувствовал твоей паники.

Женя выводил меня из туалета бледную и ничего не видящую перед собой, потом я падала на кровать и громко рыдала, мама делала все по хозяйству, а я занималась только Марией, носила её на руках круглыми сутками, спала с нею на руках, ела с нею на руках..как зомби была...

Два месяца непрерывного плача, мучительной боли от швов и геморроя и постоянного недосыпа сделали меня полным психом.

При этом я была так счастлива, у меня текли слезы, когда я смотрела на этот носик, на реснички, на ручки, на пяточки. Тогда ты понимаешь, что тебе плевать на всю боль от швов и геморроя, только бы она не плакала, только бы ей не было больно, только бы скорее прошли эти колики.

Вот этому нигде не учат, вот к этому я не была готова - видеть боль своего ребенка.

Это было самым тяжелым ударом за всю мою жизнь.

А ещё тяжело было осознавать,что нет больше той свободы, которая была раньше. Не смогу я теперь посмотреть фильм, когда вздумается, пойти по магазинам, погулять с подружками,сходить в кино...даже расслабиться с мужем в обнимку я уже не могу. Все мысли только о ней.

А не раскрылась ли? А не накрылась ли? А не страшно ли ей там одной? Удобно ли ей спать? Не тянет ли из щели под дверью...не приснится ли страшный сон...

А потом был лактационный криз и бесконечное висение на груди и ор на улице такой, что подходили полицейские...

Если бы не слинг, я не знаю, как бы я справилась. Я кормила Марию, когда начинались колики - прыгала с ней на мяче, пока она не заснет, а потом держала на руках пока она спала. И так каждое кормление, каждый день, каждую ночь...день сурка.

Я так устала от этого плача, он меня так вымотал, что когда однажды Мария уснула без коликов я легла рядом с ней и проревела два часа не переставая.

На этом колики стали отступать. Мария плакала все меньше, я стала высыпаться и даже знала какой день недели...по количеству Жениных рубашек в шкафу :)

Мы стали куда-то выходить и, даже, с коляской.

Но я "напрыгала" себе такой геморрой, что мысль о том, содержимое кишечника не рассасывается и его час настанет, наводила тихий ужас.

Этот кошмар закончился неделю назад. Я до сих пор не могу поверить. Ещё немного больно, но я уже не покрываюсь холодным липким потом от одной мысли о походе в туалет.

Мария выросла, она веселая, милая, добрая, нежная такая девочка, я её обожаю с каждым днём сильнее, швы уже не болят...почти...геморрой, и тот проходит, но!

Я начала поправляться и уже поправилась на 5 кг. Я ничего не могу сделать, я питаюсь как и прежде, если я начинаю себя ограничивать или не есть ужин, у меня ночью прибывает меньше молока. Бред какой-то!

Женька поддерживает, успокаивает, говорит, что все восстановится, сейчас ГВ важнее всяких там платьев и джинсов. Так то оно так, да вот пузище, живописно украшеное растяжками и как тесто из кастрюли свисающее над джинсами, вгоняет меня в очередной психоз.

Кручу-верчу хула-хуп, надеюсь на чудо и молюсь о даровании покоя моему мозгу.

Сейчас мне уже намного легче. Когда я дурачусь с Марией и слышу её смех, я забываю о том, как она плакала, как ей было больно и я не могла ничем помочь, кроме, как ношением на руках, в слинге и укачиванием. Педиатры и прочие умники говорят, что этого достаточно, это все, что мы можем делать, когда дети плачут. Хотелось бы верить...

И умом я это понимаю. Но сердце разрывается на части когда нижняя губка выпячивается вперед и личико искажается вселенским горем.

Сейчас начались зубы, и мне уже плевать на мое пузо...пусть растет, только бы было молочко...Марию так хорошо успокаивает грудь, когда ей плохо, что я ни за какие платья не откажусь от ГВ. Оно делает её счастливой!

Вот так, приобретая великое счастье, ты теряешь себя, ты отодвигаешь свои планы, желания, интересы...сумки и туфли... подальше...ради неё, чтобы ей было хорошо, чтобы видеть её улыбку, слышать её смех, чтобы чувствовать, как эти ручки касаются твоего лица и дергают тебя за волосы...

...и пусть весь мир подождет!

Так что девиз я снова сменила, а пузо уйдет так же как все плохое уходит туда, куда ему дорога.

У кого хватино нервов это дочитать, спасибо, что имею возможность выговориться.