Мне надо поныть и оставить запись на память, чтобы больше не совершать ошибок.
Я не справляюсь со своим одним ребенком.С некоторых пор папы у нас больше нет. Я настолько одна, насколько это вообще можно представить. Мой ребенок постоянно орет. Он орет с утра от того, что не может проснуться, не выспался. Орет,когда я ставлю его в ходунки. Орет всё время пока я готовлю ему завтрак. Орет после того, как завтрак окончен. Орет когда я иду в туалет. С открытой и с закрытой дверью, не важно. Орет когда я ем. Стоит напротив и истошно орет, выдавливает из себя звук как можно громче. Дальше я не даю облизать веник или швабру - это снова крик. Я мою посуду, стираю его вещи, готовлю, наливаю чай- это всё повод для ора. Когда он спит, надо лежать рядом с ним, в противном случае он просыпается и орет. Я хожу в туалет и моюсь только под его крик, долбление в дверь. Однажды он так впал в истерику, что перевернулся вместе в ходунками, расшиб лоб, я бежала из под душа намыленная, чтобы поднять его.
Он абсолютно здоров. Это характер. Он хочет постоянного внимания, постоянной анимации, он не может ни минуты быть один, не хочет занимать себя сам. Мы проводим вместе 24/7, много играем, общаемся, обнимаемся, гладим друг друга. Но я не могу всё время посвящать его развлечению, это было бы даже не нормально. Я выше перечислила такие элементарные вещи- есть, мыться, ходить в туалет, стирать, готовить, делать уборку, - и я не имею возможности делать это легко и свободно, без 100 децибелов, разрывающих мои уши.
Я не испытываю никакого счастья от своего материнства, никакой радости, всё превратилось в мигрень и слёзы.
Он не реагирует на других детей, поэтому заинтересовать его играми со сверстниками можно будет еще не скоро. Он немного затихает в присутствии незнакомых взрослых, но все взрослые в моем окружении работают, помочь ничем не могут.
Теперь я не могу долго носить его на руках. Я сорвала спину, когда тащила его в кенгуру, пакет в продуктами в одной руке и 5л воды в другой на 5й этаж. Было ощущение, что на спину разлили кипящую смолу, и теперь я ничего не могу поднять и хромаю.
Я уже на грани. Я ничего не могу с ним поделать, не знаю как это изменить, мне некуда его деть, не с кем оставить. Я стала рыдать прямо у него на глазах. Он гладит меня по волосам и тоже ревет из чувства солидарности.
