Вчера - грусть, сегодня - радость.

Вчера мой супруг, который является военнослужащим, пришел с работы и сообщил, что на службе раздавали, так называемые, «письма счастья» - извещения о получении квартиры.  Мы в очереди стоим уже лет 15, ну и порядком подустали ждать жилье на съемных квартирах и в общагах. Все-таки квартира должна быть у молодых семей, когда они растят детей, строят карьеру, экспериментируют с дизайном. А когда дают уже годам к 40…..многое уже не охота.
И тут оказалось, что в списке счастливчиков нас ваще нет. Странно, но получили квартиры даже те, кто встал в очередь позже нас.  Естественно, я ревела, как белуга, мыла посуду и разводила мокроту на лице. Было обидно, даже не смотря, что их давали в Подольске, а мы мечтали о Балашихе. Было обидно, от того, что у кого-то начнется новый этап в жизни, а мы пока в пролете…….не известно на сколько. Было грустно, что у мой деток нет нормальных своих комнат. Грустно, что нет моей личной уютной кухоньки. Много, что еще. Вот такое было грустное вчера.

Но настал другой день. Мы со старшим и младшим сыновьями поехали в Лосино-Петровский на консультацию к эндокринологу (ничего серьезного, как и думали). Очередь была – «будь здоров» и, как я поняла, к этому доктору сидели не очень здоровые люди с угрюмыми лицами. Всех ходил развлекал наш Марк и вносил оживление в это людское собрание. Но была там одна девочка, поведение которой сразу бросилось в глаза. Она, увидев Марка, подошла к нему в плотную и согнувшись в три погибели стала  так недобро смотреть на него из под очков, что мне стало не по себе. По всему ее сгорбленному тельцу,по ассиметричному лицу стало ясно, что она умственно не здорова. И если бы только это, у искалеченного ребенка было нездорово все – и зрение, и жутко скрючены  трясущиеся ручки. У несчастной были кривые зубы, а она все время ходила с открытым ртом. Но самое ужасное, что она постоянно, на протяжении двух часов стояние в очереди, пыталась вцепиться в Марика.

 Конечно, я, понимая, что ребенок ничего не понимает, ласково просила ее не трогать малыша, так как он боится, но помнила это ровно пять минут, а потом все повторялось. Я стала разговаривать с ней, чтобы отвлечь, но она мало что говорила и еще меньше понимала, когда я ходила по коридору, она пыталась вырвать Марика и забраться ко мне на руки. Девочке на вид лет 7-8, зовут, как в насмешку, красивым именем Алиса. Бедный отец сидел, восновном, не поднимая головы, но когда Алиса сильно «расхаживалась» кричал на нее, как она его достала, как она ему мешает жить.

Девочки, как это страшно! Как это невыносимо, когда болеет ребеночек. Не просто болеет, а обречен влачить жалкое существование! Разве стоит переживать по таким пустякам, как квартира-машина-шуба. Да, это важно, да с этим жить гораздо комфортнее, но слез и переживаний это не стоит. Вот так я подвела итого этим двум дням.

Вчера я была грустна – потому что была дурочкой!

Сегодня я счастлива – потому что у меня такие славные, здоровые мальчишки! Спасибо, Господи!