Знаете в чем заключается самая главная ошибка женщин и мужчин?
В том, что женщина становится мужчине матерью. А он, в свою очередь, становится ей сыном.
Когда женщина становится матерью своему мужу - она перестает быть Женщиной. А он перестает быть Мужчиной и становится сыном. Капризным, избалованным, желающим свободы...
А знаете, кто в этом виноват?
Матери, опекающие своих сыновей. Именно опекающие, а не любящие.
Любовь - это не опека. Опека - это плен. А любовь - это принятие человека таким, какой он есть, не глядя на "ранжир" - "Ты мое производное, значит ты слабее, и это аксиома". А ведь это в корне не верное утверждение.
И матери же виноваты в том, что воспитывают не дочерей, а матерей. Подобие себе, т.е. руководствуясь, в сущности, лишь инстинктом самосохранения - "я там была, там делать нечего было, значит и тебе не следует туда соваться".
Теперь я понимаю, почему Костю раздражает моя идея воспитывать в Кирилле свободу прежде всего, пусть и через набивание шишек.
Он (Костя) - сын, настоящий сын. И как сыну ему страшна свобода, "а вдруг там пираты и крокодилы?!". Ему тяжело даются собственные поступки, не продиктованные стереотипами его матери. И на каждое решение его нужно не то, что уговаривать, а вынуждать. И это, кстати, тоже отношения мать-сын, а не женщина-мужчина. Хоть и, надо признать, его отношения со мной и его отношения с его матерью - это разные матери, сын-то остается тем же, мамы меняются. Его мама так любит, что боится его решений. А я его так люблю, что хочу научить принимать решения. Не знаю, что лучше. Но, определенно, второй вариант к реалиям нынешней жизни более подходит, нежели прятки в раковине.
Костя вряд ли сможет быть мужем, мужчиной, отцом - он останется сыном.
Вопрос лишь в том, что смогу ли я стать ему матерью, вернее - захочу ли я принимать это и дальше?
В том, что женщина становится мужчине матерью. А он, в свою очередь, становится ей сыном.
Когда женщина становится матерью своему мужу - она перестает быть Женщиной. А он перестает быть Мужчиной и становится сыном. Капризным, избалованным, желающим свободы...
А знаете, кто в этом виноват?
Матери, опекающие своих сыновей. Именно опекающие, а не любящие.
Любовь - это не опека. Опека - это плен. А любовь - это принятие человека таким, какой он есть, не глядя на "ранжир" - "Ты мое производное, значит ты слабее, и это аксиома". А ведь это в корне не верное утверждение.
И матери же виноваты в том, что воспитывают не дочерей, а матерей. Подобие себе, т.е. руководствуясь, в сущности, лишь инстинктом самосохранения - "я там была, там делать нечего было, значит и тебе не следует туда соваться".
Теперь я понимаю, почему Костю раздражает моя идея воспитывать в Кирилле свободу прежде всего, пусть и через набивание шишек.
Он (Костя) - сын, настоящий сын. И как сыну ему страшна свобода, "а вдруг там пираты и крокодилы?!". Ему тяжело даются собственные поступки, не продиктованные стереотипами его матери. И на каждое решение его нужно не то, что уговаривать, а вынуждать. И это, кстати, тоже отношения мать-сын, а не женщина-мужчина. Хоть и, надо признать, его отношения со мной и его отношения с его матерью - это разные матери, сын-то остается тем же, мамы меняются. Его мама так любит, что боится его решений. А я его так люблю, что хочу научить принимать решения. Не знаю, что лучше. Но, определенно, второй вариант к реалиям нынешней жизни более подходит, нежели прятки в раковине.
Костя вряд ли сможет быть мужем, мужчиной, отцом - он останется сыном.
Вопрос лишь в том, что смогу ли я стать ему матерью, вернее - захочу ли я принимать это и дальше?