Русская Духовная Миссия в Иерусалиме с домовым храмом св. мученицы Александры
ИСТОЧНИК
Общий вид на здание Русской Духовной Миссии и Троицкий собор в Иерусалиме
К самым ранним относятся, прежде всего, здание Русской Духовной Миссии в Иерусалиме с домовым храмом святой мученицы царицы Александры.Русская Духовная Миссия была учреждена Святейшим Синодом Русской Православной Церкви еще в 1847 году. После посещения Святой Земли великим князем Константином Николаевичем в 1859 году, Россия приобрела огромный участок земли к западу от Дамасских ворот на Мейдамской площади, которое сейчас принято называть «Русское подворье». В 1859 году в Петербурге учреждается Палестинский комитет, который великий князь Константин Николаевич Романов и возглавил. 30 августа 1860 года в центре этого участка заложили будущий Свято-Троицкий собор, являющийся центральным храмом русских построек, строительство которого растянулось на 12 лет.
Общий вид на здание Троицкого собора в Иерусалиме.
Фото о. Тимона. Конец XIX века
Параллельно приступили к строительству здания Русской Духовной Миссии в Иерусалиме с домовым храмом святой мученицы царицы Александры, а также приютов для паломников, здания больницы и дома для русского консула.
Генеральный план русских построек в Иерусалиме.
На этом схематическом плане видны так называемые старые русские постройки на Мейдамской площади:
Свято-Троицкий собор, здание Русской Духовной Миссии в Иерусалиме,Елизаветинское и Мариинское подворья, и построенные позже здания - Сергиевского и Николаевского подворий ИППО
Постройкой этих объектов занимался Палестинский Комитет при Азиатском департаменте Министерства Иностранных Дел Российской Империи. Главным автором и архитектором русских построек был Мартын Иванович Эппингер (1822-1872 гг.).
Строители русских построек в Иерусалиме (1859-1864 г.г.)
Архитектор Эпингер (вверху посередине), иеромонах Леонид (крайний слева), В.И Дорогобуджинов (второкй слева),
Епископ Кирилл (Наумов) (в середине), Б.П. Мансуров (второй справа), Иеромонах Ювеналий (крайний справа)
Интересно, что именно он год спустя после завершения русских построек вместе с французским архитектором Мауссом занимался реставрацией купола Ротонды в храме Гроба Господня[1]. Здание Миссии предполагало собой простое по устроению здание с 4-мя внутренними дворами и подворьями для паломников, а также с общей трапезной и библиотекой для иноков[2].
Здание Русской Духовной Миссии в Иерусалиме
Домовой храм расположился крестообразно в центре этого комплекса. Первоначально строительство планировалось завершить к 1863 году, но т.к. церковь св. мученицы Александры еще не была полностью готова, строительство откладывалось до 1864 года. Церковь украсили резным дубовым иконостасом, иконами и четырьмя позолоченными киотами на что было потрачено 31 тыс. рублей[3]. Освящение храма вместе с другими русскими постройками: зданием Миссии, странноприимным домов и больницей состоялось 28 июня 1864 года при начальнике Русской Духовной Миссии в Иерусалиме архимандрите Леониде (Кавелине). Накануне была совершена торжественная великая вечерня в присутствии Патриаршего наместника Мелетия, митрополита Петры Аравийской, приглашенного на торжество начальником Миссии по желанию Синода Русской Православной Церкви.
Домовая церковь св. мученицы царицы Александры в здании Русской Духовной Миссии
Фото о. Тимона. Конец XIX века
Во время вечерней службы пел смешанный русский и греческий хор, а приглашенные на торжество греческие клирики остались ночевать в Миссии. Вот как описывает это событие секретарь Императорского Православного Палестинского Общества профессор Алексей Афанасьевич Дмитриевский в своем «Очерке жизни и деятельности архимандрита Леонида (Кавелина), третьего начальника Русской духовной миссии в Иерусалиме, и его труды по изучению православного Востока»:
«В час ночи 28 июня зазвонили к заутрене, а в 2 часа ночи началась утреня. После пения Слава в вышних Богу митрополит Мелетий со всем духовенством вышел их храма с литанией, трижды обходя дом Миссии и читая всякий раз против западного вхожа Евангелие. По окончанию крестного хода начался чин освящения храма и затем следовала Литургия, на которую собрались толпы богомольцев разных национальностей: присутствовали русские, болгары, греки, арабы, копты, абиссинцы. Богослужение исполненное, как и накануне, певцами греческими и русскими, окончилось в 9 часов утра. В 12 часов дня в мужском поклонническом приюте состоялся торжественный обед на 125 человек»[4].
Таким образом, домовой храм св. мученицы Александры стал первым русским храмом на Святой Земле. В здании Русской Духовной Миссии (РДМ) в Иерусалиме в дореволюционный период проживали такие известные религиозные деятели, внесшие вклад в дело русского духовного присутствия на Святой Земле как - начальник РДМ с 1865-1894 гг., архимандрит Леонид (Сенцов) – начальник РДМ 1903-1918 гг. При отце Антонине (Капустине) в здании было устроен музей Палестинских древностей, часть коллекции монет которого до сих пор находится в Петербурге в музее Эрмитажа в коллекции монет древнего Рима и Византии. Он имел на крыше здания Миссии телескоп, через который наблюдал за небесными светилами.
Архимандрит Антонин (Капустин) - создатель Русской Палестины
В 1914 году здание Миссии, как и все русские постройки в центре Иерусалима, занимают турецкие войска разваливающейся Оттоманской Империи, которые располагают там свои административные структуры. Значительно ухудшается положение русских людей, оказавшихся в это время в Палестине. Турция участвует в I мировой войне против России на стороне Германии. В виду разрыва дипломатических отношений между Россией и Турцией русский консул покидает Иерусалим и его обязанности исполняет временно испанский консул. Императорское Православное Палестинское Общество сообщило всем русским паломникам, что прекращается морское сообщение между Россией и Палестиной. Часть паломников отбыла с последними пароходами в Россию, а часть в надежде, что скоро закончится война и Россия в ней победит, осталась в Палестине. Многие остались из-за того, что просто не на чем было отплыть в Россию[5].
Начальник Миссии архимандрит Леонид (Сенцов) был выслан вместе с другими членами Миссии. В 1917 году в России происходит революционная катастрофа, и члены Миссии возвращаются в Иерусалим, только в 1919 году. Архимандрит Леонид не дожил до этого момента. Он скончался в Москве в 1918 году, где принимал участие в заседаниях Поместного Собора Русской Православной Церкви, оставив в своем духовном завещании, приобретенные им многочисленные земельные участки на Святой Земле. Здание Миссии за эти 5 лет поддерживалось усилиями временного церковного управления и усилиями отдельных эмигрантов и деятелей ИППО, оставшихся в это время в Палестине с 1914 года[6].
Здание Миссии претерпело разграбление, в частности исчезла значительная коллекция ценных монет музея Палестинских древностей из коллекции архимандрита Антонина (Капустина), а также представляющая собой ценность меблировка здания и другие ценные вещи. С 1917 году англичане сменяют турецкие власти. Само здание оказалось в ведении британского Мандата над Палестиной. В 1919 году в большую часть здания Миссии въехал верховный мандатный суд Палестины, который занимал его до 1948 года. Для нужд Миссии оставили храм св. мученицы царицы Александры, трапезу, около половины нижнего этажа и несколько комнат на втором[7]. Исполняющим начальником РДМ в Иерусалиме был назначен иеромонах Мелетий. Он вписывает в кадастровые книги все русские участки, входящие в завещание архимандрита Леонида (Сенцова)[8]. В 1921 году материальное положение Миссии становится катастрофическим, поскольку Миссия находилась в многочисленных долгах, вызванных покупкой значительных участков недвижимостей в долг до 1914 года, в надежде, что удастся покрыть эти долги за счет нового прибытия караванов паломников в Палестину. Высшее Церковное Управление для выправления положения посылает из Константинополя митрополита Анастасия, который сдает в аренду русские постройки британским властям. Здание Миссии и другие русские постройки были ими заняты и сданы в наем для весьма различных целей, от таких как размещение самого испанского консульства и суда Палестинского Мандата, до складов, больниц, тюрем, и даже бараков и складов британской жандармерии[9]. До 1948 года здание Миссии находилось в юрисдикции РПЦЗ, члены Миссии занимали малую часть, остальное занимал британский суд, а на русских постройках к 1948 году Британскими властями был организован военный городок «Бевинград», окруженный со всех сторон колючей проволокой.
Британские солдаты выстроились для марша в честь английского генерала Аленби на площади перед
Троицким собором Русской Духовной Миссии в Иерусалиме и Елизаветинским подворьем ИППО. (Фото примерно 1917 г.)
Из известных деятелей Русского Зарубежья в здании Русской Духовной Миссии в период с 1928 до 1931 года проживал начальник РДМ (РПЦЗ) архимандрит Киприан (Керн) автор известной монографии об отце Антонине «Архимандрит Антонин Капустин - начальник Русской Духовной Миссии в Иерусалиме». С 1933 по 1948 годы Миссией руководил архимандрит Антоний (Синкевич), при котором стал издаваться журнал «Святая Земля». Журнал издавался до 1940 года и в нем было опубликовано несмотря на некоторую идеологизированность немало интересных статей по церковной археологии и истории Святой Земли.
С окончанием британского мандата в Палестине началась арабо-израильская война. Вооруженные силы израильтян стали занимать после британцев русские постройки. С арабской части города началась бомбардировка русских построек, оказавшихся на линии фронта в течении 28 суток. Погиб один иеромонах Миссии, другой был ранен, а все оставшиеся члены Миссии находились по домашним арестом израильских властей. Снаряды попадали непосредственно в здание Миссии, так и в здание Троицкого собора и других русских построек. Архимандрит Антоний (Синкевич) оставил в своих отчетах написанных из-за цензуры на английском языке ярки воспоминания тех трагических событий:
«Утром 1/14 мая. Становилось ясно, что англичане уходят из Иерусалима, и наша Миссия будет захвачена израильтянами. В 8 утра английские часовые еще стояли возле нашего здания, но соседние здания — почта и тюрьма — уже находились в руках израильской армии, и оттуда слышались шум и громкие крики. [...]
Мы ожидали смерти и смотрели, с какой стороны ворвутся новые хозяева. Почти сразу израильские солдаты ворвались на второй этаж, и мы слышали их шаги. Но в самой Миссии никто не появлялся целых два часа, и в это время мы чувствовали себя осужденными на смерть.
В 11:30, когда мы с пересохшими ртами стояли в коридоре Миссии, ворвались вооруженные солдаты, выломав дверь из соседнего помещения. Солдаты были нервно возбуждены и ожидали встретить сопротивление. Увидев монахов, они спросили, кто мы. Командующий офицер обратился ко мне по-английски: «Не бойтесь, мы пришли защитить Вас. Где здесь угловая комната?» Немедленно они расположились с автоматами, ручными гранатами и другим оружием в Вашей угловой комнате, в зале и в моем кабинете с телефоном. Постепенно они занимали все больше комнат в этой части Миссии, превращая ее в часть своего штаба. В течение первых нескольких дней, поскольку мы оказались на передовой, обстрелу подвергался каждый, кто выходил наружу или оказывался возле окон. [...]
Наше существование в Миссии было более чем угнетенным, поскольку мы чувствовали себя полуворишками в собственном доме! Все происходило по команде израильтян, которые внешне обращались с нами в основном (но не всегда) с натянутой вежливостью. Мы не столько боялись артобстрела, сколько возможной мести, хотя обстрел был очень сильным.
В течение 28 дней Миссия подвергалась ежедневному артиллерийскому обстрелу ежечасно, днем и ночью, Наше здание получило от 100 до 200 прямых попаданий, и бесчисленное количество снарядов упало вокруг здания. О. Феофилакт был убит в своей келье в Миссии снарядом [...]. Мы похоронили его во время бомбежек без гроба, в небольшом садике возле малой церкви. О. Николай был ранен в руку осколком при входе в подвал, который он считал безопасной зоной. Снаряды не могли пробить толстые стены, но они иногда попадали через окна и двери. Практически ни одна комната не осталась без повреждений. [...]
К счастью, у обеих церквей Миссии пострадали только крыши, а внутри все оставалось почти неповрежденным»[10].
До сих пор на здании Миссии можно увидеть многочисленные следы от пуль крупнокалиберных пулеметов. Здание Миссии понесло значительный урон, предано разграблению. После окончания боевых действий и образования государств Израиль и королевства Иордания, те храмы и монастыри, которые оказались на территории новообразованного государства Израиль были переданы государству СССР, в том числе и здание Русской Духовной Миссии. Московская Патриархия прислала в 1948 году своего представителя в Миссию. Вновь прибывший начальник Русской Духовной Миссии от Московской Патриархии архимандрит Леонид (Лобачев) описывает состояние русских построек после приезда в Иерусалим:
«Состояние храмов и строение ужасное. От былого уюта не осталось и следа. Всюду следы военных действий. Внутри зданий полнейший беспорядок, здесь помещались солдаты. Многое похищено, остальное поломано. Стены исцарапаны и кое где побиты от попаданий мин. Стекла повсюду – и в храмах, и в жилых помещениях повылетали, замки сбиты, двери поломаны, канцелярский архив разбросан, мебель изуродована, столовое белье, посуда украдены. В общем когда мы приехали, страшно было войти в здание: в коридорах темно (мы приехали в 7 часов вечера), в разбитые окна врывается ветер, звучит жуткое эхо, кругом безлюдье, ночью страшно открыть келью и выйти в коридор»[11].
С этого момента начинается новый период в жизни Русской Духовной Миссии в юрисдикции Московской Патриархии. 5 декабря 1948 года архимандритом Леонидом было совершено его первое богослужение в храме св. мученицы Александры. Постепенно стало восстанавливаться здание Миссии. В 1952 году скончался архимандрит Мелетий, который был живой связью Миссии до 1914 года. Он был похоронен на кладбище Горненского монастыря. Перед смертью в Миссии отметили его 80-летие и он был награжден патриаршей грамотой. С 1956 по 1958 гг. в Миссии служил архимандрит Никодим (Ротов) – будущий митрополит Никодим (Ротов), который собрал во время своего пребывания в том числе и начальником Миссии множество материалов по ее истории и в 1959 году подготовил курсовое сочинение «История Русской Духовной Миссии в Иерусалиме» за что ему была присуждена степень богословия. Работа включала в себя 500 машинописных листов, а в список источников вошли более 70 печатных и около 700 архивных дел из «Архива Русской Духовной Миссии в Иерусалиме, на который в тексте сочинения имеется 651 ссылка». Тем не менее, ни в Миссии, ни в Отделе внешних церковных связей Московской патриархии не удалось получить ответа, где находится этот архив РДМ. Публикация этого труда состоялась лишь только в 1998 году по личной инициативе митрополита Крутицкого Ювеналия[12].
Так продолжалась жизнь Русской Духовной Миссии в Иерусалиме без особых изменений до 1991 года, когда развалился советский союз и на Святую Землю возобновляется паломничество и религиозный туризм. С 6 марта по 1 апреля 1991 года Святую Землю посещает Святейший Патриарх Алексий II и многие паломники, вдохновленные его примером начинают посещать Святую Землю. С 1993 года Миссия организованно начинает заниматься приемом паломников, образовав паломнический отдел в Даниловом монастыре в Москве. Роль гидов-путеводителей стали выполнять монахини Миссии и Горненского русского женского монастыря в Иерусалиме. Начинается новая веха в истории Миссии. Традиционно в дореволюционный период Миссия занималась заботой о духовных нуждах паломников, паломничеством же занималось традиционно ИППО. С 90-х годов Миссия начинает активно заниматься восстановлением своих участков, готовя их к приему паломников. Тем не менее, само здание до сих пор на 70% занимается израильским мировым судом. Никак не разрешиться сложный запутанный узел трагического 20-го века. Уже несколько лет ведутся переговоры на уровне МИДов России и Израиля, связанные с вопросом восстановления прав РДМ и ИППО на свою историческую собственность в Иерусалиме. 28 декабря 2008 года после серии сложных переговоров России было возвращено Сергиевское подворье Императорского Православного Палестинского Общества в Иерусалиме, две трети которого до сих занимают израильские арендаторы. К чему приведет переговорный процесс по освобождению от арендаторов здания Русской Духовной Миссии - покажет время.
Павел Викторович Платонов
Литература:[1] Н.Н.Лисовой. Русское Духовное и политическое присутствие в Святой Земле и на Ближнем Востоке в 19 начале 20 веков. Москва. Издательство «Индрик». Стр.117
[2] Б.П.Мансуров. Отчет о мерах, принятых к улучшению быта русских православных поклонников в Палестине. С-Петербург. 1860. с.44-70. «Россия в Святой Земле». Документы и материалы Том I. стр. 237. Москва. Издательство «Международные отношения».
[3] Н.Н.Лисовой. Русское Духовное и политическое присутствие в Святой Земле и на Ближнем Востоке в 19 начале 20 веков. Москва. Издательство «Индрик». Стр.117
[4] Неопубликованная глава из книги «Императорское Православное Палестинское Общество и его деятельность за истекшую четверть века». Киев, 1905-1906 гг. «Россия в Святой Земле». Документы и материалы Том I. стр. 237. Москва. Издательство «Международные отношения». Стр. 450
[5] История Русской Духовной Миссии в Иерусалиме. Архимандрит Никодим (Ротов). Издание Серпуховского Высоцкого мужского монастыря. 1997 г. стр. 382
[6] Протоиерей Виктор Потапов. Русская Православная Церковь за границей и судьбы Русской Палестины: 1921-1948 гг. Период перелома и испытаний. Коллизии с Московской Патриархией. Адрес статьи в интернете http://palomnic.org/ippo/rp/1/
[7] История Русской Духовной Миссии в Иерусалиме. Архимандрит Никодим (Ротов). Издание Серпуховского Высоцкого мужского монастыря. 1997 г. стр. 380
[8] Там же. стр. 380
[9] Судьба русского землевладения в Иерусалиме во время Палестинского мандата. С. Баталден. Адрес в интернете. http://ricolor.org/russia/me/b/
[10] Протоиерей Виктор Потапов. Русская Православная Церковь за границей и судьбы Русской Палестины: 1921-1948 гг. Период перелома и испытаний. Коллизии с Московской Патриархией. Адрес статьи в интернете http://palomnic.org/ippo/rp/1/
[11] История Русской Духовной Миссии в Иерусалиме. Архимандрит Никодим (Ротов). Издание Серпуховского Высоцкого мужского монастыря. 1997 г. стр. 388
[12] Там же. Стр. 5-6