Кира впервые на пляже.

Ранним субботним утром платный пляж поражал своим неубранным великолепием. Возникли серьезные подозрения, что сотня, полученная с каждого машинного носа, идет на удобрение прибрежного песка разнокалиберными камнями. Такого количества камней на этом пляже не было даже во времена далеких восьмидесятых-девяностых, когда мой возраст измерялся еще не летами, а годиками, и когда загар на этом самом пляже можно было получить абсолютно безвозмездно, что значит «даром».

Кира впечатлилась моментально. Подумать только – такая гигантская песочница! Сколько несъеденного песка!!! Босиком, пиная высоко вверх песок и получая в результате огромные песчаные фонтаны прямо перед своим носом, Кира с громким радостным визгом и писком совершила круг почета по практически безлюдной местности.

Ошалев от восторга, она бухнулась на колени и поползла, пытаясь прикинуться экскаватором: маленькая челюсть вонзилась в песочную массу, малочисленные зубы экскаваторного ковша стремительно покрывались пылью. Я решила не вдаваться в подробности, для каких нужд ей понадобилась перевозка песка ртом с места на место, и кто заказал ей сие безумство. Дочь была быстро отловлена, переодета в купальные трусики, награждена совком и ведерком за особые строительные заслуги и усажена на пляжное полотенце. Кира, кажется, и не заметила, что ее отловили, и, как ни в чем ни бывало, принялась заниматься предложенным делом.

Тем временем Кирина бабушка, то бишь моя мама, решила воспользоваться ситуацией и впасть в детство. Ну где еще взрослая умная женщина сможет вдоволь наиграться в песочек, не боясь при этом показаться ненормальной? Бабушка самозабвенно просеивала песок. По другой версии, она перепутала направление денежных потоков и решила, что за посещение пляжа заплатила не она, а ей, и поэтому с присущими ей трудолюбием и ответственностью принялась за наведение порядка на вверенной территории. У бабушки был план. Пятилетка по очистке пляжа от камней. И бабушка своему плану была верна все 3 часа пляжного отдыха.

Мне же ситечка не хватило. Обделили меня рабочим инструментом. И потому мне пришлось закинуть руки за голову и разрешить солнцу окрасить мое бренное тело в ярко малиновый цвет. Но об этом я узнаю уже дома и лишь спустя несколько часов.

Периодически бабушка ненавязчиво привлекала младших родственниц к своему малому бизнесу. В мои обязанности входила переноска отсеянных камней под ракитовый кусток. Кире же было поручено с радостным выражением лица встречать меня на обратном пути, отбирать пустое ведерко и, спотыкаясь, нестись с ним по направлению к герою просеивательно труда.

Пляж стремительно заполнялся людьми.

Вскоре, как это всегда происходит на пляже, из открытых окон вновь подъехавшего джипа раздалась ненавязчивая музыка. Приятная во всех отношениях – и для слуха, и для ума. Краткий пересказ следующих 20-30 песен в вольной интерпретации МаринкиТ: «Мы на зоне сидели, передачки ловили, мент поганый – лошара, нашу Родину предал. Ай-нэ-нэ, ай-нэ-нэ, накатал я маляву. Ай-лю-лю, ай-лю-лю, вся братва отомстила. Тра-та-та, тра-та-та, я бежал от погони. Ё-моё, ё-моё, пуля все-таки дура».

Киру текст нисколько не смутил, и она пустилась в пляс. Здесь стоит особо отметить, что ее пляс в тот момент происходил в позе Доцента. Напоминаю для тех, кто не помнит. Расставляем ноги в стороны, слегка приседаем, наклоняемся вперед, челюсть выдвигаем туда же. А теперь на полусогнутых и со зверским выражением лица, которое придает ему выдвинутая челюсть, начинаем неспеша продвигаться к намеченной цели. При этом активно работаем раскрыленными руками, в которых только заточки или пера не хватает.

Цели Кира добилась. Впечатление на людей произвела. Вниманием полностью завладела. Не смеялись только ленивые и спящие. Заботливый диджей прибавил громкость. Спящие проснулись и присоединились к неленивым.

Пользуясь внезапно свалившейся на нее популярностью, дочь принялась знакомить местных обитателей со своей семьей. С мамой и бабушкой то есть. Кира подходила к избранной жертве, преданно смотрела ей в глаза и громко произносила: «Мама!», при этом указывая вытянутым пальчиком себе за спину, по направлению моего местонахождения. Не отрывая взгляда от глаз собеседника, переводила пальчик на бабушку и заявляла: «Баба!» Через десять минут весь пляж знал, кто есть баба, а кто есть мама.

Солнце начало немилосердно палить. Дабы избежать ожогов, я облачила ребенка в костюм хлопца, состоящий из белой рубахи с красной вышивкой, и повела знакомить теперь уже ее и теперь уже с водоемом.

Такое количество воды Кира видела впервые. «Куп-куп!» - радостно заверещала она. – «Куп-куп!!!» Куп-куп на первый раз ограничился полосканием ног. Я при этом сотворила из дочери некое подобие маятника с частичным погружением. Стоило мне остановить раскачивания, Кира принялась изображать велосипед. Брызги от такого катамарана долетали до моего носа.

Прекращать водные забавы в планы Кирёныша не входило. Под громкие вопли: «Куп-куп-куп-куп-куп!!!!!» я тащила сопротивляющегося ребенка навстречу бабушке, озабоченной проблемами пятилетки по искоренению каменистой местности.

Местность вокруг бабушки значительно отличалась от остальной территории пляжа. Как будто прилетало погостить НЛО, и на месте его приземления образовался светящийся круг, неиспорченный серым каменистым оттенком. Из-за дочкиной истерики по поводу прерванного купания, я забыла уточнить, не передавали ли инопланетяне мне привет от ранее похищенной ими проводницы поезда Нижний Новгород – Астрахань.

В качестве компенсации за испорченный отдых, Кира получила в личное пользование булку и принялась использовать ее по назначению. Периодически булка со свистом летела в песок, а я, как заботливая мать, дунув-плюнув на нее пару раз, возвращала законному владельцу. Владелец продолжал есть и причмокивать.

Вскоре наша всепляжная популярность начала приносить материальные плоды. Первый плод в виде баранки-бублика Кире принесла «ляля» лет восьми-девяти. Покивав в знак благодарности головой, наша не«ляля» приступила к поеданию сего дара. Так и ела с двух рук: булка-бублик, бублик-булка. Через некоторое время я заметила у нее в руках камень, в который Кира отчаянно вгрызалась. Не без труда отобрав его из маленьких цепких ручек, я с удивлением узнала в нем давешний бублик в густой песочной панировке.

Бабушка тем временем с одной ей ведомой целью выкопала глубокую яму, после чего мы не досчитались двух пластмассовых формочек. Бабушка прятала клад. У нас с Кирой появилась цель клад найти. Искали долго. Все втроем ползали на четвереньках, рыли по собачьи землю песок, произносили чудодейственные мантры вроде «домовой, поиграй и обратно мне отдай». Вновь прибывшие люди удивлялись, с интересом наблюдали за нами и недоумевали, что за игру мы затеяли в приличном общественном месте. Незамолкающий аккомпанемент «реального пацана» подчеркивал местную приличность. Вскоре толи домовой сжалился над нами, толи «реальный пацан» поспособствовал, но, вдоволь наползавшись и навеселившись, формочки мы все же нашли.

Пляж, не забывай нас! Мы еще вернемся со своими ста рублями и ситечком для просева песка!