Жизненно

— Здесь занимают очередь на жертвоприношение?

— Здесь, здесь! За мной будете. Я 852, вы — 853.

— А что, так много народу?

— А вы думали? Одна вы, что ли, такая умная? Вон, все, кто впереди — туда же.

— Ой, мамочки… Это когда же очередь дойдет?

— Не беспокойтесь, тут быстро. Вы во имя чего жертву приносите?

— Я — во имя любви. А вы?

— А я — во имя детей. Дети — это мое все!



— А вы что в качестве жертвы принесли?

— Свою личную жизнь. Лишь бы дети были здоровы и счастливы. Все, все отдаю им. Замуж звал хороший человек — не пошла. Как я им отчима в дом приведу? Работу любимую бросила, потому что ездить далеко. Устроилась нянечкой в детский сад, чтобы на виду, под присмотром, ухоженные, накормленные. Все, все детям! Себе — ничего.

— Ой, я вас так понимаю. А я хочу пожертвовать отношениями… Понимаете, у меня с мужем давно уже ничего не осталось… У него уже другая женщина. У меня вроде тоже мужчина появился, но… Вот если бы муж первый ушел! Но он к ней не уходит! Плачет… Говорит, что привык ко мне… А мне его жалко! Плачет же! Так и живем…

— А вы?

— Я тоже плачу… Мучаюсь вот, давно уже… С ума сойду скоро!

— Да, жизнь такая жестокая штука… Всегда приходится чем-то поступаться. Приносить что-то в жертву…

Распахивается дверь, раздается голос: «Кто под № 852? Заходите!»

— Ой, я пошла. Я так волнуюсь!!! А вдруг жертву не примут? Не забудьте, вы — следующая.

№ 853 сжимается в комочек и ждет вызова. Время тянется медленно, но вот из кабинета выходит № 852. Она в растерянности.

— Что? Ну что? Что вам сказали? Приняли жертву?

— Нет… Тут, оказывается, испытательный срок. Отправили еще подумать.

— А как? А почему? Почему не сразу?

— Ох, милочка, они мне такое показали! Я им — ррраз! — на стол жертву. Свою личную жизнь Они спрашивают: «А вы хорошо подумали? Это же навсегда!» А я им: «Ничего! Дети повзрослеют, оценят, чем мама для них пожертвовала». А они мне: «Присядьте и смотрите на экран». А там такое кино странное! Про меня. Как будто дети уже выросли. Дочка замуж вышла за тридевять земель, а сын звонит раз в месяц, как из-под палки, невестка сквозь зубы разговаривает… Я ему: «Ты что ж, сынок, так со мной, за что?». А он мне: «Не лезь, мама, в нашу жизнь, ради бога. Тебе что, заняться нечем?» А чем мне заняться, я ж, кроме детей, ничем и не занималась? Это что ж, не оценили детки мою жертву? Напрасно, что ли, я старалась?

Из двери кабинета доносится: «Следующий! № 853!»

— Ой, теперь я… Господи, вы меня совсем из колеи выбили… Это что ж? Ай, ладно!

— Проходите, присаживайтесь. Что принесли в жертву?

— Отношения…

— Понятно… Ну, показывайте.

— Вот… Смотрите, они, в общем, небольшие, но очень симпатичные. И свеженькие, не разношенные, мы всего полгода назад познакомились.

— Ради чего вы ими жертвуете?

— Ради сохранения семьи…

— Чьей, вашей? А что, есть необходимость сохранять?

— Ну да! У мужа любовница, давно уже, он к ней бегает, врет все время, прямо сил никаких нет.

— А вы что?

— Ну что я? Меня-то кто спрашивает? Появился в моей жизни другой человек, вроде как отношения у нас.

— Так вы эти новые отношения — в жертву?

— Да… Чтобы семью сохранить.

— Чью? Вы ж сами говорите, у мужа — другая женщина. У вас — другой мужчина. Где ж тут семья?

— Ну и что? По паспорту-то мы — все еще женаты! Значит, семья.

— То есть вас все устраивает?

— Нет! Нет! Ну как это может устраивать? Я все время плачу, переживаю!

— Но променять на новые отношения ни за что не согласитесь, да?

— Ну, не такие уж они глубокие, так, времяпровождение… В общем, мне не жалко!

— Ну, если вам не жалко, тогда нам — тем более. Давайте вашу жертву.

— А мне говорили, у вас тут кино показывают. Про будущее! Почему мне не показываете?

— Кино тут разное бывает. Кому про будущее, кому про прошлое… Мы вам про настоящее покажем, хотите?

— Конечно, хочу! А то как-то быстро это все. Я и подготовиться морально не успела!

— Включаем, смотрите.

— Ой, ой! Это же я! Боже мой, я что, вот так выгляжу? Да вранье! Я за собой ухаживаю.

— Ну, у нас тут не соцреализм. Это ваша душа таким образом на внешнем виде отражается.

— Что, вот так отражается? Плечи вниз, губы в линию, глаза тусклые, волосы повисшие…

— Так всегда выглядят люди, если душа плачет…

— А это что за мальчик? Почему мне его так жалко? Славненький какой… Смотрите, смотрите, как он к моему животу прижимается!

— Не узнали, да? Это ваш муж. В проекции души.

— Муж? Что за ерунда! Он взрослый человек!

— А в душе — ребенок. И прижимается, как к мамочке…

— Да он и в жизни так! Всегда ко мне прислушивается. Прислоняется. Тянется!

— Значит, не вы к нему, а он к вам?

— Ну, я с детства усвоила — женщина должна быть сильнее, мудрее, решительнее. Она должна и семьей руководить, и мужа направлять!

— Ну так оно и есть. Сильная, мудрая решительная мамочка руководит своим мальчиком-мужем. И поругает, и пожалеет, и приголубит, и простит. А что вы хотели?

— Очень интересно! Но ведь я ему не мамочка, я ему жена! А там, на экране… Он такой виноватый, и к лахудре своей вот-вот опять побежит, а я его все равно люблю!

— Конечно, разумеется, так оно и случается: мальчик поиграет в песочнице, и вернется домой. К родной мамуле. Поплачет в фартук, повинится… Ладно, конец фильма. Давайте завершать нашу встречу. Будете любовь в жертву приносить? Не передумали?

— А будущее? Почему вы мне будущее не показали?

— А его у вас нет. При таком настоящем — сбежит ваш выросший «малыш», не к другой женщине, так в болезнь. Или вовсе — в никуда. В общем, найдет способ вырваться из-под маминой юбки. Ему ж тоже расти охота…

— Но что же мне делать? Ради чего я тогда себя буду в жертву приносить?

— А вам виднее. Может, вам быть мамочкой безумно нравится! Больше, чем женой.

— Нет! Мне нравится быть любимой женщиной!

— Ну, мамочки тоже бывают любимыми женщинами, даже часто. Так что? Готовы принести себя в жертву? Ради сохранения того, что имеете, и чтобы муж так и оставался мальчиком?

— Нет… Не готова. Мне надо подумать.

— Конечно, конечно. Мы всегда даем время на раздумья.

— А советы вы даете?

— Охотно и с удовольствием.

— Скажите, а что нужно сделать, чтобы мой муж… ну, вырос, что ли?

— Наверное, перестать быть мамочкой. Повернуться лицом к себе и научиться быть Женщиной. Обольстительной, волнующей, загадочной, желанной. Такой цветы дарить хочется и серенады петь, а не плакать у нее на теплой мягкой груди.

— Да? Вы думаете, поможет?

— Обычно помогает. Ну, это в том случае, если вы все-таки выберете быть Женщиной. Но если что — вы приходите! Отношения у вас замечательные просто, мы их с удовольствием возьмем. Знаете, сколько людей в мире о таких отношениях мечтают? Так что, если надумаете пожертвовать в пользу нуждающихся — милости просим!

— Я подумаю…

№ 853 растерянно выходит из кабинета, судорожно прижимая к груди отношения. № 854, обмирая от волнения, заходит в кабинет.

— Готова пожертвовать своими интересами ради того, чтобы только мамочка не огорчалась.

Дверь закрывается, дальше ничего не слышно. По коридору прохаживаются люди, прижимая к груди желания, способности, карьеры, таланты, возможности, любовь — все то, что они готовы самоотверженно принести в жертву…