Сперва был деревней я, после – селом,
Мор помню, разруху и голод,
И вот, всем несчастьям и бедам назло,
Уж сколько столетий, как город.
Я шишка на теле планеты, синяк
Злокачественнейшей породы,
Хоть время, пытаясь разрушить меня,
Недели шлёт, месяцы, годы.
Я вырос – в длину, в ширину, в высоту.
Не только из лестничных клеток
Внутри я. Я даже духовно расту,
Коль верить, конечно, газетам.
В заботах, в интригах, в труде и беде
Смысл жизни моей – не в парадах,
Животных, продукты, предметы, людей
Ведь мне переваривать надо.
Болею порою – на запахи, шум
Реакция… в общем, плохая,
И трудно представить то, чем я дышу,
Тем более – что выдыхаю.
Старею. Старею от труб и до пят,
От верующих до коммунистов.
И ежели бросить из космоса взгляд –
Всё суше я, всё каменистей.
Молчу. Холодею. Но это не снег,
В рекламно-неоновом блеске –
Казалось бы, столько во мне дискотек,
А словом обмолвиться не с кем.
Стал сам себе гадок. Меняясь в лице,
Меняю и жителей лица…
…Потоп бы – старательней, Гидрометцентр! –
И можно спокойно топиться.
Курган