Роды Ильи в декабре 2003 (из старых дневников)

Девочки, дальше будет длинно и нудно, но в целом оптимистично. Кому интересно и кому в скором времени предстоит - почитайте.

Хотя нашему браку уже почти 15 лет, детей мы смогли родить сравнительно недавно. До этого было несколько неудачных попыток – выкидыши, замершая беременность. Но, видимо, было еще и огромное желание, и вот в январе 2001 в трескучий мороз в маленьком сибирском городке родился наш первенец Миша – здоровый малыш 3450/53. Роды прошли без особых проблем, и в 29 лет я наконец-то стала мамой. Уже на второй день муж спросил:

-Когда за вторым пойдем?

-Сразу же, - ответила я.

Когда страсти поулеглись, мы обдумали этот вопрос и решили выдержать разницу между малышами около 3 лет. Собственно, так и советуют врачи и психологи.

Удивительно, но вторая беременность началась как по заказу, как только мы перестали предохраняться. Счастливый папа был рад даже больше меня. Потихоньку прошел самый сложный и опасный первый триместр, беременность развивалась нормально, мы вздохнули спокойно, обрадовали родных и друзей. Но тут вдруг наша налаженная жизнь становится с ног на голову, события несутся с невероятной быстротой. Муж уходит с работы, мы вынуждены оставить служебную квартиру. Мы принимаем решение переехать в Москву. Родители в ужасе, сама я немного в шоке. Ругала себя – ведь могла же родить второго и на год раньше, но что сделано – то сделано, тем более кто же знал. В результате мы с двумя огромными чемоданами, внушительным 20-недельным животиком и маленьким ребенком под мышкой сняли дешевую квартирку на окраине Москвы и, почти без денег, без родных и друзей, стали выстраивать свою жизнь практически с нуля.

Но правильно говорят – если Бог дает деток, он даст и на деток. Понемногу все устаканилось, наш папа нашел работу, волшебным образом появились перспективы заиметь собственное жилье в Москве, хоть и очень скромное. В 25 недель я наконец-то встала на учет в ЖК по месту жительства. Мы сдали анализы, убедились, что с ребенком все в порядке. На сроке где-то 32 недели мы вплотную подошли к выбору роддома.

Рожать хотели платно. Я несколько недель собирала всю доступную информацию об окрестных роддомах. Наконец, выбор был сделан, мы даже съездили и познакомились с доктором – очень милой женщиной. Выбранный вариант устроил нас по всем параметрам.

И вдруг – опять сюрприз, который мне преподнесло отложенное на последний момент посещение терапевта. Оказывается, у меня достаточно серьезные проблемы с сердцем, сказали мне после детального обследования, и рожать мне надо в 67 специализированном роддоме.

-У нас нет реанимации,- сказала терапевт. – В случае чего мы вас не спасем.

-Но ведь я уже рожала, и родила хорошо!

-Это не имеет значения!

Так в моей обменной карте появилась ярко-красная надпись «РОДДОМ ПРИ 67 ГКБ».

Полезла в Интернет, просидела там несколько часов. Сказать, что я была убита морально – не сказать ничего. Положительных отзывов не было совсем. Кинулась к доброму доктору выбранного мною роддома, спросила у педиатра старшего сына, с которой у нас сложились хорошие отношения – но они только опускали глаза.

-Может, и не так все плохо – пытался утешить меня муж – Давай съездим туда.

И мы поехали. Вот он, роддом – старое мрачное здание на территории 67 ГКБ. Интерьеры его оптимизма не добавили. Решили зайти в Евромед. Конечно, никакого сравнения – вышколенный персонал, мягкие диванчики, охрана, лифты – было с чем сравнить и почувствовать разницу. Приняла нас милая молодая доктор.

-Да, с такими случаями, как у вас, лучше к нам,- начала она. – Стоить это будет, конечно, чуть больше, вы же понимаете, мы идем на риск. Кроме того, вот ваши тут анализы… Кто их делал – непонятно. Их необходимо повторить у нас, обязательно сделать УЗИ, КТГ, а так как срок уже 38 недель, желательно сделать это все скорее, буквально в ближайшие дни. – Поверх моих документов появился маленький изящный калькулятор, доктор ловко застучала по кнопкам… Появившаяся в окошечке цифра выбора нам не оставляла.

А мне почему-то стало легче. Когда нет выбора – и не за что себя ругать впоследствии. Роды – это лотерея, и я уже держала в руках заветный билетик. Только вот что в нем… Стало даже весело. Муж говорил что-то о том, что кардиологический роддом не может быть хуже простого, что наверняка там и внимание, и уход, и квалификация врачей, и оборудование, и много чего еще. Ну, надо же было что-то говорить.

ПДР у меня стоял 20 декабря. Время летело быстро, врач в ЖК весь декабрь пыталась уложить меня заранее, мотивируя это тем, что вторые роды с небольшим промежутком – штука непредсказуемая. Наконец, 15 декабря она загнала меня на кресло.

-Да у тебя раскрытие 2 пальца – воскликнула она. - Что –нибудь чувствуешь?

-Да нет вроде, - тоже удивилась и обрадовалась я, вспоминая, чего стоили мне эти два пальца в процессе первых родов.

-Ты можешь родить через несколько часов! До завтра не доходишь. Что, скорую вызывать?

-Не надо скорую, я сама завтра соберусь и поеду,- вздохнула я.

Дома масла в огонь подлила приехавшая посидеть с внуком мама.

- Ну и чего будем из угла в угол ходить по квартире? Ложись заранее, за Мишу не переживай, справлюсь. Хуже будет, если повезут по пробкам, в машине родить хочешь?

И вот 16 декабря мы с мужем и сумкой поехали «сдаваться» . Ехать было через всю Москву, муж предлагал вызвать такси, но мне пришла странная блажь добраться на общественном транспорте. Заверенная врачом, что рожу вот-вот, долго лежать в дородовом я не собиралась, поэтому вещей было минимум. Сумки с записками – что в послеродовое, что на выписку – остались дома.

И мы поехали. Почему-то вспомнилось, что ведь мы впервые после Мишиного рождения остались вдвоем, мы смеялись и шутили, как студенты, в переполненном метро, люди шарахались от моего огромного живота, на котором не сходилась дубленка, пассажиры испуганно уступали мне место. Почему-то сейчас эта поездка в роддом вспоминается, как второй медовый месяц.

Но все хорошее быстро кончается. Убогий интерьер приемного отделения роддома, вопросы – ответы, бритье – переодевание. Сумку нельзя, перекладывайте в пакеты. Одежду отдайте. Встаньте на весы. Сядьте там. Такое чувство, что свободу и личность ты оставила за дверью. Наконец, последняя команда – прощайтесь с мужем.

Я взрослая женщина, без пяти минут мама двух малышей. Реветь глупо. С каким настроением поедет на работу муж? Что он может сейчас для меня сделать? Я пришла сюда родить ребенка, здесь работают специалисты, выбора у меня нет, я должна быть разумной, - но предательские слезы текут у меня из глаз. Вот он, переломный момент – твоя прежняя жизнь заканчивается, начинается неизвестность. Как жаль, что тетеньки в приемных отделения роддомов зачерствели от вида наших страданий. Может быть, когда-нибудь в далеком будущем здесь будет сидеть психолог, ласковый, как мама, который найдет для каждой теплое слово.

Но это будет не моя история. А тем временем я вприпрыжку за тетенькой, боясь потеряться и заблудиться в коридорах, бегу на 3 этаж, где мне предстоит лежать до родов! Кто бы знал!!! Аж целых две недели!

И вот я на пороге своей – 34 – палаты. Палата не лучше и не хуже других, 4 койки, 3 заняты, 4 тумбочки, стул – один на всех и раковина в углу. Единственно, что бросилось в глаза – страшный разгром: тумбочки без единой дверки, все имущество как на витрине, окно завалено до середины скоропортящимися продуктами. Видимо, соседки мои жили тут уже долго. Немного осмотревшись, обратила внимание на еще одно неприятное обстоятельство – на каждой тумбочке стояли лекарства от простуды.

Знакомимся. Наташа. Ровесница, ждет первого ребенка. Муж ее бегает в роддом чуть ли не два раза в день, мы все ей по-хорошему завидуем. Срок у нас с ней примерно одинаковый, 39,5. Ирина. 41 неделя. Начинает тихонько подвывать на луну. Ждет родов, а их нет как нет. Тоже первый ребенок и куча страхов. Нина, 37 недель и несколько серьезных пороков сердца. С ней должны решать, скорее всего, кесарево.

За разговорами заправляю свою постель – спрятала ужасный матрас с коричневыми пятнами под рваной простыней, завернула подушку в пеленку – наволочек нет. За одеялом надо идти в кладовую, искать сестру-хозяйку и получать его почти под расписку. Ладно, человек я неприхотливый, пожила в общежитии с одним туалетом на много комнат в конце коридора, поэтому в принципе терпимо. Конечно, это не Рио-де-Жанейро, и даже не Евромед.

Наконец, процедура вселения была пройдена, драгоценное одеяло получено и заправлено в пододеяльник, и я, помня больничные порядки, стала ждать приглашения на осмотр.

-Расслабься, здесь это не быстро,- со вздохом сказала Ира.

Действительно, роддом жил своей жизнью, а меня никто не беспокоил. Громыхали лифты, задорно перекрикивался с санитарками пьяненький лифтер, по коридору грохотали какие-то телеги – то с бельем, то с бидонами. Толпами носились студенты, почему-то все нерусские – это бросалось в глаза. Миновал час обеда, которого мне в этот день, оказывается, не полагалось.

-Ну, супа налью, не война же,- смилостивилась бабулька-раздатчица.

После обеда соседки заснули, а я чувствовала себя полной дурой – меня даже никто не посмотрел. Зачем я сюда пришла? – задала я себе риторический вопрос. Дома у меня маленький ребенок, а я сижу тут на кровати. Новые подруги принялись наперебой меня утешать – здесь так всегда. Ну что ж, ждем.

Наконец, около 16 часов меня пригласили на осмотр.

В смотровой - белой комнате, отделанной кафелем – одиноко стояло гинекологическое кресло. Оно было невероятно высоким, сиденье примерно на уровне глаз, и не было ни ступенек, ничего. Вероятно, какой-то устаревший экспонат со времен позапрошлого века. Необходимо было встать на стул, потом подтянуться на руках (я это проделала, т.к. до последнего дня поднимала трехлетнего ребенка, а как обходились другие, не знаю) и опустить попу собственно на кресло. Обратно надо было прыгать с высоты первого этажа. Неудивительно, что многие после смотровой шли в родовую.

Две студентки, по очереди осмотрев меня, диагностировали раскрытие 3 пальца. «Неплохо!» - подумала я. Значит, я здесь ненадолго.

Ненадолго растянулось на две недели. Конечно, оставшись дома, я родила бы гораздо раньше. Но что сделано, то сделано, и в 40 недель из роддома никто не отпустит. Ехать же домой на время через всю Москву, расстраивать ребенка казалось нецелесообразным. Поэтому мы развлекались как могли на месте. Мы рассказали друг другу всю свою жизнь, чего в принципе можно было не делать благодаря мобильной связи – все разговоры с родственниками мы все равно слышали и было понятно, кто чем живет. Мы обсудили имена для девочек и мальчиков, косметику, звезд шоу-бизнеса, наших свекровей, кулинарию, ассортимент детских товаров и заключения наших докторов, новинки Голливуда и планировку наших квартир, перспективы развода, особенности школьного образования и всю внешнюю и внутреннюю политику. Небольшой переполох в нашем обществе возникал, когда кто-нибудь уходил рожать, планово или внезапно. Мы от всей души радовались, и конечно, по-хорошему очень завидовали.

Обстановку нагнетало приближение Нового года. Успеем ли? – эта тема вскоре стала главной. Вспоминали, у кого родственники или знакомые оставались на Новый год в роддоме. Таких не оказалось, и нам предстояло стать в своем окружении первопроходцами в этом смысле.

Наконец в ночь на 27 декабря я почувствовала знакомые ощущения – схватки. Потихоньку, стараясь не будить уснувших соседок, собрала вещи, сходила приняла душ, еще полежала, оттягивая время. Наконец, под утро пошла будить медсестру. Схватки уже шли через 5 минут и были достаточно болезненные.

Вызвали врача. «В родах»,- коротко сказал он медсестре. «Готовь и поднимай». Процедуры закончили быстро. В лифте я уже тихонько постанывала.

Привели в родильное отделение, которое показалось невероятно мрачным. Темно-коричневое, наверно от дезинфекций, постельное белье. Грязно-зеленый кафель. Сонный персонал. Рваная до пупа рубаха. В 6.00 проткнули пузырь и началось почти без перерыва – больно-больно-больно-больно. … Стало тужить, позвала акушерку, мы поехали рожать, спасибо ей, на каталке. Родила в 6.55 за две потуги, разорвалась ужасно, впоследствии шили больше часа. Но, слава Богу, все позади, мальчик 4050/53.

Начался пересменок, обо мне все забыли. Обнаружили в коридоре на каталке около 10 утра, засуетились, произвели все манипуляции, отвезли в послеродовое.

И началась новая жизнь.

Девчонки, зачем я это пишу? Старалась вас не напугать и не расстроить. Роды у всех проходят по- разному, и, даже прочитав 1000 и 1 рассказ, каждая родившая женщина сможет написать о своих родах 1002-ой. Для себя я сделала несколько выводов. Может, кому-то они покажутся банальными. Вот они.

1. Никогда еще не у кого не было 100% уверенности в том, что все сделано по подготовке к родам, и все сделано правильно.

2. Деньги и супердорогие программы ведения беременности и родов не дают 100% гарантии успешного результата.

3. Все будет так, как оно будет, поэтому лучше расслабиться и получать удовольствие от процесса.

4. Договоренности с докторами никого ни к чему не обязывают. Причем как договоренности устные, так и письменные. Может, в будущем так не будет, но на сегодняшний день это так. Поэтому если есть намерение платить, то платить надо по факту, предупредив заинтересованное лицо. Т.е. что-то вроде «Помогите мне родить хорошо, и я в долгу не останусь» - но уже в родильном отделении дежурному врачу.

5. Не допускайте плохие мысли, не слушайте страшилок, не общайтесь с пессимистами.

И все у Вас будет хорошо! Здоровья Вам и Вашим деткам!