О детском творчестве.
Творчество, в широком смысле, – это деятельность, направленная на создание нового и неповторимого. То есть по сути это деятельность, позволяющая в той или иной форме выразить свою неповторимую уникальную личность, ведь личность каждого человека уникальна. Это и есть не что иное как деятельность, раскрывающая потенциал личности. Под творчеством не обязательно подразумевается создание картин, романов или музыки. Элементы творчества могут присутствовать во всем – в приготовлении пищи, выполнении любой, даже рутинной, работы, воспитании детей, общении с людьми, даже в мытье полов! Творческий подход – это, прежде всего, образ мыслей и состояние души, это ощущение свободы, энергия и смелость пробовать что-то новое, умение посмотреть под необычным углом. Человек, способный к творчеству, устремленный в творчество, никогда не будет скучен сам себе. Перед ним не будет стоять мучительный вопрос “чем же себя занять?”, он не будет пытаться заполнить пустоту алкоголем и наркотиками.
В творчестве самое важное – это внутренний импульс, желание. Творчество – это не только и не столько результат достижения определенного уровня развития, оно само развивает. В творческом порыве ребенок исследует мир, и этот импульс любознательности, эта энергия дерзновения и деятельность под ее воздействием развивает и обогащает гораздо больше, чем академическое обучение с самым сильным педагогом.
Как обеспечить ребенку условия для творчества?
Вообще, способность к творчеству заложена в каждом человеке. Ему не надо учить специально. Не существует “творческих” и “не творческих” людей, есть люди, которые потеряли контакт со своей творческой сущностью (кстати, этот контакт никогда не поздно наладить, и от этого мир заиграет новыми красками). Хотя творчеству обучать не надо, но все же есть некоторые условия, которые важно обеспечить, чтобы творческая энергия вырабатывалась и побуждала ребенка к активности.
В первую очередь – необходимо создать ребенку безопасную обстановку и обеспечить надежную привязанность. Если ребенок не чувствует себя в безопасности, он всю свою энергию будет тратить на укрепление привязанности, тут уж не до творчества. Представьте себе, что вы очень голодны – хорошо ли у вас получается в таком состоянии работать, не будут ли ваши мысли при малейшей возможности соскальзывать на тему еды? А сможете ли вы спокойно работать, если в соседней комнате кто-то что-то готовит и аромат распространился на все помещение? Потребность в привязанности сродни потребности в еде – пока вы не утолите голод, вы вряд ли сможете думать о чем-то кроме того, где добыть еду. И вспомните то приятное чувство удовлетворения после вкусного обеда! После этого можно и позаниматься творчеством! Ваше сознание уже не сковывают потребности. Так же и с привязанностью – ребенок нуждается в периодической “подпитке”, которая происходит через теплый контакт с родителем. Совсем маленьким детям такая подпитка нужна очень часто – сначала через грудное вскармливание и тесный телесный контакт кожа к коже, потом через объятия и ношение на ручках, а подростку эта подпитка нужна значительно реже и может выражаться в доверительном разговоре, обмене впечатлениями, ощущении, что родитель его понимает и принимает.
Второе, после привязанности, что важно для творческого процесса – это “не обрубать крылья”. Даже понимая важность этого, мы зачастую на автомате одергиваем ребенка – в моменты, когда одергивали нас наши родители, или подчиняясь “закону сохранения энергии”. Например, когда ребенок лезет в лужу, грязь, и мы понимаем, что нам это грозит лишней стиркой, то есть проще запретить, чем постирать. Или из повышенной тревожности – не простудился бы, не ударился бы, “а вдруг…” и тд. Очень полезная привычка – каждый раз, когда возникает импульс остановить ребенка от какого-то действия, стоит на мгновенье остановиться и подумать – а почему я хочу это запретить? Действительно ли мой запрет важнее возможности побыть исследователем и творцом? Избыток запретов рано или поздно может лишить желания творить. Во-первых, дети инстинктивно стремятся быть хорошими для тех, к кому привязаны, и ради этой привязанности они могут отказаться от своих желаний, вытеснить их, загнать вглубь себя, и в момент, когда вы будете от них ожидать активности, самовыражения (например, в период профессионального самоопределения), они вряд ли будут помнить, что это значит. Во-вторых, если запреты вызваны родительской тревожностью, для детей это тоже сигнал тревоги – если уж взрослый, моя защита и опора, не чувствует безопасности, могу ли я расслабиться?
Еще один благой мотив, который руководит родителями, но невольно “душит” творческие порывы – это желание показать ребенку, как правильно, научить “как надо”. Показывая “недочеты” в рисунке, пытаясь усовершенствовать абракадабру из лего, объявленную ребенком “подъемным краном”, приблизив ее конструкцию к реальной, корректируя сюжет выдуманной истории – мы чаще всего стараемся дать ребенку образец для подражания, вдохновить его делать еще лучше, но мы это делаем, не выходя из своего взрослого мира, и не понимая всех тонкостей мира ребенка. Все же ребенок мыслит и воспринимает иначе, и во-первых он скорее всего не сможет делать так, как мы ему показываем, в силу особенностей того этапа развития, на котором он находится, и наш образец может стать для него недостижимым идеалом и давить, а не вдохновлять. Во-вторых, таким образом мы, возможно, лишим его собственного открытия! А что может быть более вдохновляющим и вселяющим уверенность?
Итак, в связи с детским творчеством, у нас есть две новости. Хорошая – способность и стремление к творчеству заложено в каждом из нас, мы все творцы по своей сути. Плохая – чтобы не загубить творческие порывы наших детей, нам придется работать не над ними, а над собой. Над своим перфекционизмом, тревожностью, способностью к “дающей” любви, пониманию детских потребностей… но это одновременно и хорошая новость, потому что работа над собой может открыть нам удивительный мир – наш внутренний мир, и подарить не только прочную и глубокую связь с нашими любимыми детьми, но и с самим собой.
Надежда Монастырская