Что вы думаете о дебильности?Не о той дебильности, которая вокруг нас, а о психической болезни, называемой дебильностью. Чем, например, она отличается от деменции или шизофрении? Что из них передается по наследству? Что поражает клетки мозга? Что мы знаем о психических заболеваниях?
Она немножко качается из стороны в сторону, говорит медленно, с трудом преодолевая каждое слово: «А вы-вы-вы-вы па-па-па...». Валя рассказывает, как попала в психушку. Она нервничает, от этого заикается еще больше, воспоминание явно не из приятных. Через целых пятнадцать минут я, наконец, понимаю, что соседка по палате сильно била Валю, пока Валя не начинала кричать и не прибегали врачи. Соседку связывали, она рвалась, и скулила, и ругала Валю нехорошими словами, грозилась перегрызть ей горло. Поэтому по ночам Валя не могла спать. У обычного взрослого человека весь рассказ занял бы от силы две-три минуты, для Вали это целое путешествие по словам. Когда слово совсем не выходит, ей на помощь приходит сын Дениска - худенький, кучерявый мальчик десяти лет. Он сидит рядом на диване и ловит каждый ее звук, помогает закончить слово. «До-до-до-до...» - тянет Валя. «Доктор», - подсказывает сын. «У-у-уд... уд-уу... удо...», - начинает она свой путь по слогам. «...верение», - радостно подхватывает мальчик.
Валя снимает комнату в двухкомнатной квартире у старушки-пенсионерки. С хозяйкой у Вали добрые отношения, и она уже много лет не поднимает цену. Но жизненные обстоятельства у Вали с недавних пор изменились. Особенно остро стал вопрос с обучением Дениса, у которого задержка психоречевого развития (ЗПР).- Проблема в том, что Денису на самом деле сложно учиться в обычной школе. У детей с нарушениями речи сильно затруднено обучение письму и чтению. По этой причине Дениса уже один раз, не разобравшись, перевели в коррекционную школу для умственно отсталых детей, хотя, согласно всем заключениям, умственной отсталости у него нет, а есть задержка психоречевого развития.
От коррекционной школы, в которой Денис проучился два года, не было никакого толку. Там ему объяснили, что он «дебил», научили драться, материться и курить.
- С Валей было проделано очень много работы. Мы помогли оформить ей инвалидность. Фонд оплачивает ей комнату, за которую раньше она платила сама, а сейчас не может. Раз в несколько месяцев Валя ложится в психоневрологическое отделение районной больницы. И выходит оттуда в состоянии ремиссии. У семьи есть куратор, который общается с лечащим врачом Вали и постоянно держит ситуацию под контролем, - комментирует Олеся Деснянская.Сейчас благодаря усилиям фонда Денис учится в коррекционной школе 7 вида (для детей с ЗПР, но с возможностью интеллектуального развития). Это школа-интернат, на выходные Валя забирает его домой. Главное сейчас - чтобы Денис забыл про то, что он «умственно отсталый». После пребывания в коррекционке у него резко нарушилась речь, появилась заторможенность, мальчик стал угрюмым и замкнутым. Напротив, когда находится рядом с мамой, он оживлен и активен.
Валя с Денисом - это семья, которая всегда под угрозой. При этом если семье вовремя оказать помощь, то через каких-нибудь пять-семь лет Денис станет взрослым, станет мужчиной. Сможет работать, обеспечивать семью, заботиться о матери, к которой он так нежно привязан и которую никогда не бросит.В 2013 году в рамках программы «Профилактика социального сиротства» фондом был открыт новый проект «Сопровождаемое проживание». Суть этого проекта - оказание помощи мамам с ментальными нарушениями. Для работы с такой семьей фонд подключает психологов, юристов, социальных работников и лечащего врача по профильному заболеванию. Важно отметить, что в нашей стране такой проект является абсолютно уникальным, хотя в других странах подобные службы сопровождения существуют уже много лет.
Чтобы помочь таким семьям, как Валя и Денис, вы можете сделать пожертвование, пройдя по ссылке http://otkazniki.ru/charity.php и указав назначение платежа «Профилактика социального сиротства».