Лена Сухорукова. Девушка, которая цепляется за жизнь.
Больше
Легочная гипертензия...
Несколько дней назад позвонила молодая женщина, которая попросила помочь 21-летней девушке, Сухоруковой Лене, с первичной легочной гипертензией, вызванной врожденным пороком сердца. Собственно говоря, речь в первую очередь шла о помощи в поиске клиники, которая выполнила бы Лене трансплантацию легких. Начали общаться.
Все снова повторяется. И не в первый раз на столе лежит обращение в фонд, выписки, фотографии. В голове только одна мысль: как найти клинику, если в твоей родной стране трансплантаций легких так и нет, а заграница… А заграница с трудом справляется со своими гражданами. И вот уже на протяжении полутора лет на все твои письма отвечает одно: «Спасибо за внимание к нашему центру. К сожалению, мы не можем вам помочь. Доноров не хватает даже на граждан нашей страны». Но, что делать? Ты не можешь ответить просящим глазам «Нет». Говоришь : «Будем бороться». А это значит, что вам вместе надо решить три задачи: 1. Найти клинику, которая, наконец скажет «Да» 2. Собрать средства на оплату счета. А это не много ни мало от 6,5 до 17 млн рублей за операцию, в зависимости от страны. При этом основные претенденты на пересадку легких «взрослые» девушки и женщины от 18 до 35 лет. И как собрать эту сумму, если помогают в основном только детям???
По разным делам лечу в понедельник в Москву. И решаю навестить Лену. Думаю, зайду, посидим, поговорим, обсудим нашу стратегию и поеду на следующую встречу. Хотя, сколько бы не приходил в больницу к пациентам с легочной гипертензией, это всегда не просто встреча. Это всегда что-то очень раздирающее. Что-то, после чего долго приходишь в себя.
Но, сначала встречаюсь в Бакулевке с лечащим врачом Лены. Говорим 10 минут, внизу, в холле клиники. Сергею Валерьевичу нужно бежать на операцию. В его словах грусть и надежда на чудо. Что Лена будет жить. Что найдется клиника и соберутся необходимые миллионы. Мы говорим, и я отмечаю, что это не просто врач. Это человек, который говорит с такими переживаниями в голосе, как будто речь идет о его дочери. А ведь Лена и вправду годится ему в дочки.
Поднимаюсь на этаж. Лена сидит на кровати. Синие губы. Хватание воздуха ртом. Словно рыба, вытащенная на берег. Я сажусь напротив и мы долго говорим. И я не могу уйти, хотя иногда смотрю на часы и вижу, как опаздываю на следующую встречу.
Лена рассказывает историю своей жизни. Как в 6 лет ей поставили порок сердца. Как, из родной Орловкой области направили в Бакулева. Там поставили на учет. Врач, наблюдавший Лену, не предавала значения прогрессированию болезни. Не много ни мало 12 лет. Потом рецидив. Еще и еще. Снова Бакулевка, клиническая смерть в 17 минут. Врачи думали, что это конец. Оставив все усилия вновь заставить сердце работать, они пошли к Лениной Маме. Сказать. На пороге услышали писк монитора с биением сердца. Врач не верил своим глазам.
Лена лежит на отделении последние 1,5 года. Трудно поверить, но думая, что для одного человека и так много бед, тем больнее слышать о том, что течение болезни осложняет пробитая во время клинической смерти трахея и порванный тромб из-за которого кровь постоянно поступает в легкие. И с этим ничего нельзя сделать.
Несколько раз за это время выходила на улицу. Предстоящие Новогодний праздники будут вторые подряд в стенах больницы.
Болезнь отняла все. Но, эта хрупкая (38 кг) девушка сидит на кровати и говорит о том, как она хочет жить. Как сильно она хочет этого. Неукоснительно выполняет все наставления врача и молится, что ей сделают жизненноважную операцию.
Я не могу передать все словами. Но, вопреки моему настрою и приказу самому себе улыбаться в ответ, как бы ни было тяжело, чувствую, что на глазах слезы. А Лена говорит, как однажды упав на колени перед врачом и прося спасти ее, найдя клинику в Европе, врач стал на колени и тоже заплакал. Это невероятно и потрясающе одновременно.
Сегодня Лена позвонила и сказала о том, что во вторник у нее заканчивается Бозентан. Две коробки ей дал центр, но больше у них нет. Врач зашел и сказал, что Бозентан нужен ко вторнику, 29-го числа. Притом, что и так счет идет на дни, отсутствие Бозентана может убить. Стоимость 150 000 рублей за упаковку. Врач качает головой и говорит, что нет другого выхода, как во вторник уже открыть новую коробочку заветного лекарства и начать прием. Иначе…
Как найти деньги? Как? 150 000 рублей за три дня.
Cтраница Лены Сухоруковой у нас на сайте:
http://www.nurm.ru/Sukhorukova-Lena.html
Если вы можете помочь, отзовитесь! Всего три дня и целых 150 000 рублей.
Помогите сорвать петлю с шеи. Помогите Лене «выиграть» еще время! Она так хочет жить!
Мой телефон: 8-905-222-51-82 (Евгений)
Телефон координатора по сбору средств в Москве: 8-915-094-65-97 (Ольга)
Телефон куратора в Москве: 8-917-546-17-32 (Ольга)
Телефон аптеки «Мединторг» в Москве: 8-495-947-98-08 (проспект Маршала Жукова дом 74 корпус 2)
Необходимое лекарство: Бозентан (Траклир). В таблетках по 62,5 мг
ВМЕСТЕ МЫ СМОЖЕМ ПОМОЧЬ ЛЕНЕ !
Пожалуйста, разместите эту просьбу о помощи у себя!
ОТЧЕТ О СОБРАННЫХ СРЕДСТВАХ:
Так как вопрос сбора средств для Лены очень срочный, я буду писать отчет о поступлениях здесь. И дублировать его в отчетной таблице.
ПОЖАЛУЙСТА, сразу после отправки средств напишитие нам об этом:
e-mail: otzovitesnam@mail.ru
смс на номер: (905) 222-51-82
СОБРАНО: 34 225,95 рублей
ОСТАЛОСЬ СОБРАТЬ: 91 574,05 рублей
поступления:
25.12.09. - Василий - на Яндекс кошелек фонда - 1785, 95 рублей
26.12.09. - Вячеслав - на расчетный счет фонда - 1500 рублей
26.12.09. - Алиса Яревская - на Яндекс кошелек фонда - 475 рублей
26.12.09. - Анна - на Яндекс кошелек фонда - 475 рублей
26.12.09. - Татьяна Малькова - на Яндекс кошелек фонда - 500 рублей
26.12.09. - Максим - на Яндекс кошелек фонда - 4 740 рублей
26.12.09. - Ксения Логгинова - лично Московскому куратору - 15 000 рублей
26.12.09. - Александр Давыдов - на Яндекс кошелек фонда - 4 750 рублей
27.12.09. - Лукьянов Сергей - лично в фонд - 5 000 рублей
