… Продолжение
Всю свою жизнь Даша знала о том, что она - особенная. Понимая, что ей никуда не деться от своей судьбы, которая почему-то подарила это наказание именно ей, девочка ничего не ожидала и не требовала от жизни. Она не читала сказок о принцессах, а позже, повзрослев, не проявляла интереса к любовным романам. Она не наблюдала, подобно остальным девушкам, как взрослеет и округляется ее тело. Она не понимала ровесниц, чьи разговоры сводились к романтическим переживаниям – они казались ей пустыми и неинтересными. Не представляя себя в роли чьей-то подруги, девушки, жены и, уж тем более, матери, Даша, тем не менее, отчаянно любила жизнь.
Казалось, душа девочки была готова ежесекундно поглощать миллионы, нет, миллиарды оттенков, вкусов, ароматов, мыслей. Словно ребенок, она не уставала наблюдать за окружающим ее миром, который казался ей неповторимо чудесным. Обладая отличным музыкальным слухом, она умела оценить хорошо написанную картину, а ее чуткому пониманию литературы и поэзии позавидовали бы самые опытные критики. Несмотря на обостренное, недоступное простому человеку, восприятие мира, эмоции Даши были недоступны для окружающих, а многочисленные оригинальные и свежие идеи, которые постоянно роились в ее светлой головке, не находили своего воплощения в реальность. «Кому это может быть интересно», и «в мире есть гораздо более достойные люди» - подобные мысли сдерживали природную страстность девушки, которая, к тому же, считала проявление эмоций непозволительной в ее ситуации роскошью.
Единственный человек, которому она могла приоткрыть свою душу, был ее дедушка. Подобно каждой маленькой девочке, которой необходимо чувствовать себя маленькой девочкой, она тянулась к единственному мужчине в ее жизни. Ступая во взрослой жизни, как несмышленый ребенок, который, едва научившись ползать, совершает свой первый уход от материнской груди, но всякий раз оборачивается, в надежде увидеть материнское одобрение, она искала поддержки, оглядываясь на реакцию своего деда. Его улыбка говорила ей, что она все делает правильно, и вдохновляла на последующие шаги. В такие минуты Даша тысячу раз клялась себе, что в ее жизни не будет места другому мужчине.
Увы, подобной близости не было в их отношениях с матерью. Чем старше становилась девочка, тем более глубокая пропасть их разделяла. Считая мать виновницей своего самого большого, и единственного несчастья, Даша никогда не находила понимания в лице этой пожилой женщины, будто рожденной для того, чтобы быть старой, печальной, уставшей. Меньше всего на свете желая дочери своей судьбы, Наталья Петровна с каждым годом все более настойчиво пыталась внушить ей о необходимости побыстрее выйти замуж. Увидеть дочь в белом платье и ощутить легкость от свалившейся с ее груди ноши пожилая женщина считала наивысшим счастьем. Ничего удивительного в том, что чем более навязчивой становилась мать, тем более от нее отстранялась дочь, не было, и не могло быть. Никому не казалось странным, что с каждым годом чувства Даши к деду становились все более крепкими, ведь потребность в любви, равно, как и материнский инстинкт – самые сильные чувства, вложенные в каждую девочку Природой.
Когда Степан Аврамович попросил Дашу сопровождать его в гости к старинному другу, девушка, не раздумывая, согласилась. Ей нечем было заняться в тот субботний весенний вечер, точно так же, как и в любой другой – предпочитая находиться в своем красочном мирке, девушка не могла похвастаться многочисленными друзьями. Кроме того, ее терзали переживания о дедушке, который с каждым годом становился все более слабым.
Не прошло и нескольких минут, как Даша, прихватив сумочку и заплетя на скорую руку привычный тугой хвост, стояла у двери и терпеливо ожидала неспешно разглаживающего свою жилетку деда. Много позже, она с улыбкой вспоминала ненавязчивый, как бы между прочим, вопрос старика, не желает ли она на этот раз уделить немного больше внимания своей внешности. А через пару часов, сидя напротив привлекательного парня, она жалела, что не расчесала волосы на косой пробор, и не подвела глаза. Ну, хотя бы чуть-чуть.
Неведомые доселе чувства окатили Дашу с головой. Впервые в жизни, она в полной мере осознала, зачем женщина рождается на этот свет. Впервые в жизни она пожалела, что не читала любовных романов – она абсолютно не понимала, как следует себя вести. Ее чувствительность достигла своего апогея, а бурлящие внутри эмоции заставляли ее заново умирать от счастья, и возрождаться еще более счастливой. Впервые в жизни она забыла о злом роке, отведенном ей судьбою. Впервые в жизни она захотела ощутить себя любимой.
Помимо пьянящих чувств, который, как она подозревала, и являются той самой любовью, и о которых украдкой шепчутся девушки, знакомство с Джоном подарило ей еще одну привилегию. Придя на следующий день в парк, где проходили репетиции группы, она погрузилась в загадочный мир музыки, вход в который был строго про «пропускам».
Очарованная происходящим, чувствуя себя героиней шоу-программы, которую большинство людей могли увидеть только по телевизору, Даша не испытала расстроенных чувств, когда поняла, что Джон не проявил к ней интереса. Девушка догадалась, что, вполне вероятно, он даже не узнал ее, но это было не важно. Она знала, что не пропустит ни одной репетиции. Не потому, что хотела как можно чаще видеться с любимым мужчиной, а потому, что уже не представляла своей жизни без него.
В круговерти музыки, шуток, веселья, проходили весенние, а затем, и летние, вечера. Возможно, с некоторым опозданием, Даша осознала свою причастность - чувство, потребность в котором испытывает каждый подросток. Она чувствовала себя деталью одного целого мира. Мира, который был гораздо более сложным, многослойным и ярким, чем ее скромный мирок, в котором она, глупенькая, пребывала до сих пор.
С нетерпением ожидая каждого вечера, она, в отличие от девушек ее возраста, пылающих в огне первой любви, не ловила каждое слово Джона, видя в нем подтекст или намек на приглашение к более близким отношениям. Спокойно принимала она и сменяющих друг друга кошечек, которые вожделели внимания красавчика и надеялись на его глубокие чувства. По-прежнему глупыми и пустыми считала она проявление эмоций.
Даша не надеялась - она знала, что будет с Джоном до конца.
И еще она знала, что не повторит ошибку матери, которая разрушила их семью. Она никогда не расскажет Джону свою тайну.
Продолжение, может быть, следует...
