девочки, улыбаемся!

С лицом измученным и серым

на белой смятой простыне,

Как жертва бешенной холеры,

лежит коленками к стене.

Протяжно стонет как природах ,

трясется градусник вруках.

Вся скорбь еврейского народа

застыла в суженых зрачках .

По волевому подбородку

струится пенная слюна .

Он шепчет жалобно и робко:

"Как ты с детьми теперьодна?"

В квартире стихли разговоры...

Ночник горит едва-едва...

Темно... Опущены все шторы...

У мужа тридцать семь и два...