Мы уже два дня как вернулись из поездки, а я все тяну с записью моих впечатлений относительно ее... Как-то сложно раскачаться, за пять дней нашего мини-отпуска произошло так много, что я просто не знаю с чего начать, как не углубиться в повествовательные дебри, но при этом сохранить главное.

А главное - это ощущение, состояние.... Какое-то новое качество понимания. Близость к Богу.

Мы выехали из нашего Раменского района около 7 утра, захватили Стасова друга Романа и радостные выдвинулись в путь. По нашим расчетам со всеми остановками в пути предстояло провести 6 часов и уже к обеду быть в благословенной Оптиной Пустыне. Так и вышло, только почему-то дорога показалась мне очень тяжелой, хотя мы и делали приятную остановку в забавном придорожном кафе "Вкус детства" с мультипликационно раскрашеными стенами, веселыми детскими песенками из колонок и вкусными пончиками с ароматным кофе. София размялась, побегала, покушала и в общем оставшуюся часть пути провела относительно спокойно, правда, не без помощи любимых мультфильмов про котят.

На подъезде к Оптиной я трепетно вглядывалась в окна машины, пытаясь увидеть эту землю еще издали и понять - так ли все осталось здесь с тех далеких пор, когда я еще школьницей средних классов была здесь с мамой. Я помню ту неожиданную поездку еще не воцерквленных нас: долго ехали на автобусе, затекли ноги и было все очень странно... А потом я увидела монастырские стены, вид, открывавшийся на простор, купола, взмывающие в яркое небо. Я помню как меня, еще понятия не имевшую о хоть какой-то церковной жизни, поразили умиротворение и сила этого святого места, помню как счастье наполняло мои легкие и хотелось жадно дышать этим воздухом, надышаться впрок полной грудью, запечатлеть этот образ небесной обители на земле в своем сердце.

В этот раз визуально все как-то было по-другому. И по началу я даже насторожилась, когда вышла из машины на стоянке и не увидела того, что ожидала, той картины, которую хранила моя память. То ли время года не то, то ли приезжали мы в тот раз с другого входа... Но все мои сомнения развеивались с каждым шагом, приближающим нас к монастырским стенам. И необъяснимая радость уже заполняла все мое существо, счастливая улыбка сама по себе запечатлелась на лице и хотелось каждому встречному весело здороваться и по-детски доверчиво делиться своим восторгом: "Мы наконец приехали! Мы все-таки сюда доехали!"

Софийка, видимо, так же чувствовала разлитую в воздухе небывалую энергию и радостно бегала по монастырским дорожкам, увиливая от меня и выкрикивая какие-то одной ей понятные возгласы и это при том, что до этого наш ребенок на улице ходил только за ручку.

Муж и Рома заселились в монастырскую гостиницу, а мы с дочкой изучили в это время всех кошек округа, успели подать записочки на полгода, закупиться свечками и интересной литературой.

Милая женщина, оформлявшая паломников и по совместительству продававшая свечи и книги, дала мне неоценимый совет. Когда я попросила продать чудесную и ныне редко встречающуюся в магазинах "Пасху Красную", она мне заговорщическим полушепотом предложила приобрести и другую книгу этого же автора: "Все, кто читал - говорят "Это что-то!" Это третья книга Павловой, она недавно почила..." Как я могла не приобрести этот экземпляр? А теперь читаю и мысленно благодарю мою советчицу и потрясающую покойную рабу Божию Нину, которой дано было так чудесно, просто и проникновенно писать.

С опустевшим кошельком и потяжелевшей сумкой мы дождались наших мужчин и было собрались зайти уже в сам монастырь, но опять началась какая-то суета: муж решил вернуться в машину и приодеться, потом мы потеряли Рому, потом еще какое-то срочное дело... Так мы и крутились, нравное, пару часов у ворот монастыря, укладывая как беспокойные птички наши перышки в нужном положении, прежде чем благоговейно вступить в святая святых.

Но, может, оно так и надо было, потому что в какой-то момент по дорожке, на которой мы как-то задержались, прошел старый и светлый схимонах, имени, к сожалению, мы не знаем. Он шел нам на встречу, а я просто оробела и, казалось, дай бы волю, начала метаться в беспокойстве и благоговении по дорожке, не зная что делать. Вместо этого я встала как вкопанная, наблюдая как старец приближается к нам и только прошептала мужу, что нам бы благословение взять, да не знаю как. Нет, технически, конечно, знала, но морально была не готова, мне казалось, кто я такая чтобы просто так заговорить с таким праведным человеком.

Так я и стояла, остолбенев с блаженной полуулыбкой на устах, а батюшка, проходя мимо нас вдруг остановился напротив сидящей в коляске Софии и, широко улыбаясь, заговорил с ней: "Ну что кто тут у нас? Знакомится будем?" Кажется он говорил еще что-то, но я так была потрясена произошедшим, для меня это было сродни чуду. Схимонах немного позаигрывал с нашей дочкой и протянул ей пригоршню конфет, которые она брать не стала, потому что такого лакомства еще не знает, и тогда наш неожиданный собеседник отдал их мне и сразу же благословил Софию. Я и Стас тоже попросили благословения и удостоились радости его получить, после чего старец быстро пошел дальше, отвечая на ходу просившим благословение: "Бог благословит".

Вот такое чудо, не успев войти даже в сам монастырь, с нами случилось, за что я очень благодарна.

Потом мы поклонились праведникам, похороненным на благословенной земле, зашли поклониться в часовню Новомученников, где царила самая особая атмосфера покоя и любви и совершенно не хотелось уходить, попали на молебен с акафистом Собору Преподобных Старцев Оптинских во Владимирском храме и везде ощущался покой, сила и близость небес.

Хотелось как можно дольше находиться здесь, мерно прогуливаясь, заходя в храмы и подолгу стоя у икон, мысленно обращаясь к любимым Оптинским Новомученникам, преп. Амвросию. Небо было серое, то и дело накрапывал дождик, меланхоличная осень переходила в промозглую зиму, а мы как будто попали в мир под колпаком Божиим, где всегда одна духовная погода, где уютно и тепло душе.

Наша малышка вносила свои коррективы в планы на день и после обеда-ужина в "Чайной", мы отправились на заселение в частную гостиницу, где мы с дочкой предполагали провести ночь без папы. Софийка очень обрадовалась возможности наконец скинуть с себя объем верхней одежды и радостно бегала по номеру в колготках и кофточке, а мужчины, немного передохнув, ушли на вечернюю службу, на которую я уже никак не могла попасть.

И это было очень странно для меня, что мы с мужем разделились, но при этом, интуитивно чувствовала, что все правильно. У каждого своя "программа". У нас, как оказалось позже, была программа ночного бдения, борьбы с раздражением и гордостью, а также неоценимые уроки смирения.

Вечер начался уже не весело - с некоторых замечаний хозяйки, женщины строгой и чрезмерно щепетильной в некоторых вопросах, слова ее достаточно сильно задели меня за живое и дали возможность последующей бессонной ночью как следует побороться с распалявшими гордыню бесами. А ночь была действительно почти без сна: сначала София никак не могла улечься спать, потом заснуть, потом начались чудеса эквилибристики в кровати (детских кроватей в гостинице нет, и нам по договоренности сдвинули две полуторки), я ловила крутившуюся волчком во сне дочь то с одного края кровати, то с другого, при этом проваливаясь постоянно в дырку между матрацами, мучительно пытаясь улечься поудобнее на жарких синтетических простынях. В 2 часа ночи София расплакалась и в следующий раз мы легли уже под утро, до будильника оставалось спать всего час и я решила его отключить, доверившись на волю Божию. Вот так я всю ночь боролась с искушениями - осуждением, раздражением, печалью и ленью.

А в результате все сложилось как нельзя лучше: муж с другом успели на первую службу и к 8.30 утра, когда мы проснулись и собирались выходить, они уже освободились и приехали забрать нас из гостиницы. Дочку доверила мужу, а сама спокойненько пошла на 9ти часовую исповедь, после чего попала как раз к началу третьей службы в красивейшем Введенском соборе.

Службу вел архимандрит Венедикт (Пеньков) и мне очень запала в душу его проповедь, изложенная в неповторимой манере, про то, что человек может делать только механизмы, а Бог - творения. живые существа. И как велик Бог даже в малейших его созданиях.

К сожалению, службу я слушала не очень прилежно, периодически нападал нестерпимый сон и тяжелые веки все сложнее было открывать, но я боролась с собой как могла. Скажем честно, на одном дыхании я никогда службу не выстаивала, а тут еще такое ночное испытание. Так что было мне как-то совестливо за мою несосредоточенность.

После литургии мы зашли еще раз к Оптинским Новомученникам и собрались в путь, причем весьма поспешно, потому как на улице уже шел полноценный дождь, София проснулась после повторного утреннего сна и была не в духе - болели зубы и надоело сидеть.

Мы попрощались с Оптиной, сговорившись, что обязательно вернемся. Наша поездка была особенной - у каждого случились свои искушения, каждый получил свои ситуации и ответы, о которых, я верю, можно еще долго думать. И все мы остались все те же, но все же незримо изменившиеся.

Машина мерно урчала, холодный дождь поливал лобовое стекло, а на душе была весна.

Оптина все та же чудесная. Сильная, испытующая и любящая.

Никандрова пустынь!

Похожие записи