Ваш ходунок тянется к ручке сковороды, стоящей на включенной плите. Замените окрик «Нельзя!» на «Постой!». Как только ребенок приостановится, сразу же поясните: «Бо-бо». Крепко взяв исследующую ручонку в свою (и обещая себе в следующий раз поставить сковороду на дальнюю конфорку и повернуть ручку назад), загляните в широко раскрытые, удивленные глаза девчушки и с серьезным видом продолжите: «Горячо. Бо-бо. Никогда не трогай то, что стоит на плите. Ой-ой!» Вы довели до сознания ребенка свое требование, не прибегая к словам «нет», «нельзя». Далее обнимите ребенка, особенно если вы говорили с ним в резком тоне. Восстановите связь с ребенком, для того чтобы этот неприятный случай не испортил ребенку настроение на весь день. («Горячо!» — еще одно полезное «запретительное» слово, тем более если ребенок уже по опыту знает это ощущение. Бережно держа малышку за руку, дайте ей дотронуться до нагретой поверхности плиты, с тем чтобы ребенок понял связь между вашим остережением и реальным объектом.)
Имея уже нескольких детей, мы, молодые родители, считали, что шлепнуть ребенка допустимо в угрожающих жизни ситуациях, например, когда ходунок выбегает на проезжую часть. Мы полагали, что такая мера необходима для малыша и впредь удержит его от желания выбежать на улицу. В то время мы исходили из мысли, что безопасность важнее психологии. Но, узнав больше о деле воспитания, мы осознали, что существуют способы получше шлепков, — даже для опасных ситуаций. А кроме того, нам стало ясно, что дети в «ходунковом» возрасте еще не запоминают ситуацию на будущее, даже при физическом воздействии. Но вот способы, эффективность которых мы проверили.
Запрет в ситуации опасности.
Когда наши ходунки вышагивали по улице, жена наблюдала за ними соколиным оком. И если ребенок слишком уж приближался к проезжей части, она выкрикивала свою коронную реплику: «Остановись! Улица!» Жена ловила его на краю тротуара и дальше несла на руках, вслух выражая свой страх за ребенка «на улице». Никакого панического крика или возмущения — она давала выход той внутренней тревоге, которая наполняет всякое материнское сердце, когда ребенку угрожает опасность. Ребенок, что очень важно, ощущал искренность мамы, и ей не нужно было сдерживаться. Такое воспитание оказывалось эффективным. Ребенок учился всерьез относиться к улице, всегда спрашивал разрешение, если хотел перейти на другую сторону, и знал, что мама возьмет его за руку и они перейдут улицу вместе. Несколько раз жена должна была подкрепить этот здоровый страх перед улицей громким остерегающим возгласом. Она приберегает этот возглас для случаев, когда ребенку необходимо немедленно отреагировать, чтобы не попасть в беду. Что это за сигнал? Его трудно описать. Резкое звучное «А-а-а!». Однажды ей пришлось воспользоваться этим сигналом в парке, где малой, находившийся за две сотни метров от нее, уже ступил было на улицу. К великому облегчению матери, мальчик остановился и оглянулся на нее, и поэтому она успела подскочить к нему. Жена никогда не вскрикивает так понапрасну. И вообще редко пользуется этим остерегающим возгласом. Повседневные будничные ситуации не требуют столь экспрессивных приемов воспитания.
Всякая ситуация, таящая опасность, предполагает обязательное руководство ребенком с вашей стороны. Сколько бы вы ни шлепали в прошлом малыша, эта наука не пойдет ему на пользу в том случае, когда вас нет рядом — чтобы наградить его воспитательным шлепком. Но наказывать после свершившегося — значит только запутывать ребенка: он не поймет, за что его ударили. Ваша задача воспитателя — ограждать ребенка от ситуаций, в которых он, по причине своего неведения или своей импульсивности, подвергается настоящей опасности.
Мгновенная реакция.
Наш четырехлетний сын устремился на проезжую часть улицы. Я немедленно кинулся к нему и произнес привычную у нас в таких случаях реплику, предупреждающую об опасности (см. выше). Затем мы обратились к «проигрыванию». Мы играли ту же сцену десять раз! Мы подбегали к проезжей части, останавливались на краю тротуара и смотрели поочередно в одну и в другую сторону дороги. «Посмотри сюда — нет машин? Посмотри туда — нет машин? А теперь мы перейдем улицу, чтобы попасть в дом твоего друга». Таким выразительным проигрыванием сцены я надеялся привить сыну привычку автоматически высматривать машины с обеих сторон дороги, как только он приближался к краю тротуара, а затем уже переходить дорогу. Наш восьмилетний сын бежал по залитому водой тротуару, поскользнулся и упал. Я обратился к «проигрыванию», чтобы предотвратить повторение такой неприятности. Мы оба подбежали к луже, остановились, обошли ее и… еще десять раз проиграли ту же сцену. Используя «проигрывание», вы обеспечиваете ребенка сценарием, которому он будет следовать, когда вновь окажется в подобной ситуации.
тут
