Родители понимают, что каждому ребенку знакомы чувство страха, чувство тревоги. Зато не всегда знают взрослые истоки этой тревоги. Часто родители спрашивают: “Почему наши дети растут такими боязливыми? Им нечего бояться”. Один отец даже сказал ребенку, находившемуся в состоянии крайней тревоги: “Перестань, все это чепуха. Ты прекрасно знаешь, что ты счастлив”.
Родители должны знать, что порождает тревогу у детей и как можно с ней справиться.
Без мамы страшно
Величайший страх дети испытывают, когда им кажется, что родители их не любят. Никогда нельзя угрожать ребенку, что родители бросят его. Ни понарошку, ни всерьез нельзя говорить, что его оставят. На улице или в магазине часто можно услышать, как, вконец отчаявшись, мама зовет своего непослушного сына: “Иди быстрей, или оставлю тебя здесь!” Такие слова заставляют ярко вспыхнуть чувство страха-страха, что тебя бросят. А ведь для ребенка, особенно маленького, остаться без родителей - это значит оказаться совсем одному во всем мире. Если ребенок задерживает маму, лучше просто решительно взять его за руку и увести с собой, чем угрожать на словах.
Некоторым детям становится страшно, когда они приходят из школы, а мамы дома нет. Чувство тревоги немедленно просыпается: “А если меня бросили?” Как уже было сказано, в случае необходимости отлучиться мама должна оставить ребенку записку.
Если жизненные трудности надолго разлучают нас с детьми, эта разлука должна быть тщательно подготовлена. Иногда родителям трудно сообщить ребенку, что они ложатся на операцию, уезжают в отпуск и т. д. Как прореагируют дети на отсутствие родителей? Боясь последствий, взрослые уходят из дому ночью, когда дети спят, или днем, когда они в школе, оставив бабушку (няню) объяснять, в чем дело.
Мать трехлетних близнецов должна была печь на операцию. Обстановка в доме была напряженная, натянутая, но детям не объясняли ничего. В назначенный день мама взяла хозяйственную сумку и сделала вид, что идет в магазин. Дома ее не было три недели.
Дети за это время совсем упали духом. Отцовские уговоры не помогали. Засыпали близнецы в слезах, а днем подолгу стояли у окна, глядя, не идет ли мама.
Нужно помнить, что дети гораздо легче воспринимают вынужденную разлуку, если подготовлены к ней заранее. И объяснять ее причины надо не только на словах, но и на родном для детей языке игры, языке игрушек.
Мама заранее сообщила трехлетней Свете, что ложится на операцию. Девочка не проявила к этой новости большого интереса. Тогда мама предложила ей:
— Давай поиграем в такую игру - “Мама ложится в больницу”, ладно?
Достав и расставив на столе специально купленных для этой цели кукол, мать сыграла небольшую сценку. Водя кукол и разговаривая за них, она сообщила Свете:
— Мама ложится в больницу, чтобы подлечиться и выздороветь. Мамы не будет дома. Света думает:
“Куда же делась мама? Где она?” Но мамы нигде нет. И на кухне нет, и в спальне нет, и в столовой ее нет. Где же мама? Она в больнице, лечится у доктора, чтобы скорее выздороветь. Света плачет: “Мама, мамочка, иди домой!” Но ведь мама в больнице, она лечится. Мама очень любит Свету и скучает по ней. Целый день скучает! Мама все время думает о своей дочке, любит ее и помнит о ней. Света тоже скучает по маме. И наконец мама выздоравливает! Света очень-очень рада, что мама вернулась домой.
Эту “драму” разлуки и ее благополучного конца мать с дочерью проиграли еще несколько раз. Сначала за всех кукол говорила мама, потом это стала делать сама Света. Обращаясь к “доктору” и “медсестре”, она к тому же велела им хорошенько присматривать за мамой, вылечить ее и скорее отпустить домой.
Накануне того дня, когда мать должна была лечь в больницу, Света попросила еще раз сыграть с ней в эту игру. Девочка активно участвовала в действии, а в конце сказала:
— Не бойся, мама: когда ты вернешься, я буду здесь тебя ждать!
Мать поставила на тумбочку большую фотографию, где они с дочкой были сняты вместе. Когда Свете было грустно, фотография напоминала ей о материнской любви.
Чувство вины и страх
Сознательно или бессознательно родители часто пробуждают в детях чувство вины. Но ведь это чувство, как и вкус соли, необходимо лишь для придания остроты нашим ощущениям. Если ребенок нарушил правила поведения в обществе (или некий моральный запрет), следует сделать ему выговор: он виноват. Однако если ребенку делают постоянные упреки по поводу его “гадких” мыслей или отрицательных чувств, он будет ощущать гораздо большую тревогу и вину, чем нужно.
Чтобы предупредить излишнее чувство вины, родители должны смотреть на проступки детей так, как механик смотрит на поломку автомобиля. Он не сердится на владельца машины, а указывает, что требует починки. На основе скрежета и скрипа деталей он ставит диагноз, задавая себе вопрос: “В чем причина поломки?”
Большое облегчение приносит детям сознание того, что они могут мыслить и чувствовать свободно, как им вздумается, не боясь потерять любовь и одобрение родителей. Можно разговаривать с детьми так:
— Ты испытываешь по этому поводу одно чувство, а я другое. Мы относимся к этому по-разному.
— Тебе кажется, что прав ты. Я понимаю твою точку зрения, но не разделяю ее. У меня другое мнение.
Против своей воли родители могут породить в душе ребенка чувство вины, пускаясь в многословные и бесполезные объяснения. Это очень характерно для современных родителей, которые верят, что ребенку нужно все объяснять, даже если проблема сложна, а сам ребенок весьма мал.
Пятилетний Гера рассердился на свою воспитательницу из детского сада, потому что она полмесяца болела и не приходила играть с ребятами. В тот день, когда она снова пришла к ним, мальчик схватил ее шляпу и выбежал во двор. И мать и воспитательница последовали за ним.
Воспитательница сказала:
— Это моя шляпа. Отдай мне ее, пожалуйста. Мать сказала:
— Гера, ты прекрасно знаешь, что это не твоя шляпа. Если ты не отдашь ее мисс Марте, она опять простудится и будет сидеть дома. Ты ведь знаешь, что она уже проболела две недели. Правда, мисс Марта? Ну что, Гера, ты хочешь, чтобы твоя воспитательница снова заболела, да?
Опасность состоит в том, что такое объяснение заставит мальчика поверить, будто в болезни воспитательницы виноват именно он. Слишком длинное объяснение было явно неуместным и вредным. Надо было просто взять шляпу у ребенка и не пускаться в долгие споры с ним.
Может быть, воспитательнице стоит поговорить потом с Герой, обсудить с ним его злость по поводу ее долгого отсутствия и указать, как надо себя вести в таких случаях, чтобы справиться с этим чувством.
“У меня не получится!”
Если ребенку не дают заниматься тем, что он по своему возрасту уже может делать (и за что вполне способен нести ответственность), его реакцией на запрет неизбежно станет досада и злость. В свою очередь, злость может привести к мысли о мести, которая влечет за собой появление чувства вины или боязни наказания. В обоих случаях результатом будет страх.
Малышам трудно сразу приобрести необходимую сноровку в житейских делах. Они медленно завязывают на ботинках шнурки, застегивают пуговицы пальто, надевают сапоги, отвинчивают крышку банки, поворачивают дверную ручку. Лучше всего терпеливо ждать, пока ребенок закончит то, что делает, прибавляя что-нибудь вроде:
— Не так-то легко надеть эти сапоги...
— Крышку у этой банки отвинтить непросто. Слова сочувствия помогают ребенку независимо от того, справился он со своей задачей или нет. Если справился, то ему приятно, что удалось довести до конца сложную работу. Если не смог, его утешает то, что родители сознавали всю трудность этого дела. В обоих случаях ребенок чувствует симпатию и поддержку родителей, что ведет к установлению с ними лучших отношений. Ребенок не будет считать, что не оправдал доверия родителей, даже если у него ничего и не получилось.
Необходимо, чтобы родители перестали требовать от ребенка немедленных результатов. Действенность-враг детскости. Она обойдется ребенку слишком дорого, ибо быстро истощает запас сил, вредно отражается на развитии детского организма, губит заинтересованность ребенка в деле. Погоня за действенностью, результативностью может привести к эмоциональному банкротству ребенка.
Ссоры родителей и страх
Когда родители ссорятся, дети испытывают одновременно чувство вины и тревогу: тревогу потому, что семейному союзу что-то угрожает, а вину-из-за своей реальной (или выдуманной) роли в семейных неурядицах. Дети часто считают, что их поведение и они сами являются основной причиной домашних “баталий”.
Дети не держат нейтралитета в этой “войне”, они встают на сторону одного из родителей в ущерб другому... Последствия весьма печальны: если мальчик сторонится отца, а девочка - матери, они лишены необходимого образца подражания. Реакция детей выражается в отрицании принципов поведения родителей, их устоев, черт характера. А если мальчик избегает матери, а девочка - отца, это может привести к враждебному отношению ко всем представителям другого пола вообще.
Если родители вынуждены оспаривать друг у друга любовь ребенка, его расположение, они часто прибегают к непедагогичным средствам воздействия - к задабриванию, лести, ко лжи. Тогда дети вырастают двуличными, чувства их становятся двойственными, не имеющими прочной опоры. К тому же необходимость защищать одного из родителей от другого, а также умение манипулировать их чувствами и поступками по своему желанию оставляют глубокий след в душе ребенка. С раннего детства он привыкает к тому, что представляет немалую (в собственных глазах иногда гипертрофированную) ценность для своих родителей, за единоличное обладание которых они тщетно бьются. Дети привыкают эксплуатировать родительские чувства, шпионить, шантажировать, сплетничать. Они живут в мире, где честность-всего лишь досадная помеха, где искренность вовсе не в почете.
Отсутствие физической активности
Во многих современных квартирах дети страдают от невозможности развивать свою моторную активность. Комнаты тесные, а мебель дорогая - вот и следуют один за другим строгие запреты: не прыгать, не бегать, не затевать шумной возни. Такие ограничения обычно входят в жизнь ребенка очень рано. Малышу не разрешают вставать в кроватке, ребенку чуть постарше - карабкаться по ступенькам лестницы или носиться по гостиной.
Обделенные возможностью скакать и прыгать, дети начинают испытывать напряженность, которая копится и приводит к страху. Путь решения проблемы ясен: дать детям возможность разрядить напряжение. Им необходимо предоставить условия для подвижных игр - выделить место во дворе или специальную комнату, где "они могли бы свободно бегать и играть.
Страх перед лицом смерти
Для взрослых трагедия смерти заключается в ее необратимости. Смерть вечна -она уносит с собою всякую надежду. Поэтому смерть непостижима: кто может представить себе, что перестанет существовать, растворится? Ведь наше внутреннее “я” состоит из воспоминаний и надежд, из прошлого и настоящего, и мы не можем увидеть себя без будущего.
Но если для взрослых смерть-загадка, то в глазах детей она прежде всего окутана глубокой тайной. Ребенок, особенно маленький, не в состоянии понять, что смерть вечна, что даже его родители не могут вернуть к жизни умерших. Тщетность всех надежд ребенка перед лицом смерти - сильный удар для него. В его душе просыпаются неуверенность, сомнение в своих силах, тревога. Ребенок видит, что, несмотря на все его слезы и протесты, любимый щенок или милая его сердцу бабушка не возвращаются к нему. Он чувствует себя брошенным, нелюбимым. Его страх отражен во всем нам знакомом вопросе: “Папа, а ты будешь меня любить, когда умрешь?”
Некоторые родители стараются защитить ребенка от боли и горя при вести о смерти: если умирает любимая рыбка или черепаха, они тут же покупают новую, надеясь, что ребенок не заметит подмены. Если умирает кошка или собака, родители спешат купить горюющему сыну другую - покрасивее, подороже.
Какие выводы сделает из этого ребенок? Он подумает, что потеря любимого тобою существа - невелика потеря и что любовь недолговечна, а верность любви ничего не стоит.
Нельзя лишать ребенка права на страдание, на скорбь. Он может и должен почувствовать горечь утраты: она пробуждает в нем человечность, облагораживает его характер.
Основа семейных отношений заключается в следующем: дети делят с нами и радость, и горе, которые одинаково неизбежно встают на нашем пути. Если умирает кто-то из близких, а ребенку не говорят об этом ничего, он может замкнуться в себе, погрузиться в тревожное состояние, имени которому он не в силах найти. Иногда дети даже пытаются дать самостоятельное, весьма сбивчивое объяснение явлений и фактов. Они могут обвинить себя в чем угодно и чувствуют, что одинаково далеки как от умерших, так и от здравствующих членов своей семьи.
Прежде всего следует помочь ребенку осознать потерю. Пусть он выразит свое горе, свой страх, мрачные фантазии - словом, все свои чувства. Спокойствие и утешение приходят тогда, когда горе можно разделить с близким человеком. Родители должны помочь ребенку подыскать слова для выражения печальных чувств. Например, о смерти бабушки, к которой ребенок был привязан, можно сказать так:
— Тебе так недостает бабушки.
— Тебе так ее не хватает!
— Ты так ее любил.
— И она тоже любила тебя.
— Тебе хочется, чтобы она снова вернулась к нам.
— Ты жалеешь, что ее нет среди нас.
— Тебе жаль, что ее уже нет в живых.
— Трудно поверить, что она умерла.
— Трудно поверить, что ее уже нет с нами.
— Ты так хорошо ее помнишь.
Такие слова родителей показывают ребенку, что взрослые сочувствуют ему, понимают его страхи и фантазии. Может быть, ему захочется узнать, больно ли умирать, воскресают ли мертвые, умрет ли он сам и его родители. Ответы должны быть краткими и правдивыми: после смерти мы не испытываем никакой боли; умершие не воскресают; смерть старых людей - вещь естественная.
Говоря с детьми о смерти, лучше избегать эвфемизмов. Когда четырехлетней малышке сказали, что дедушка уснул вечным сном, она спросила, надел ли он, как всегда, пижаму. Кроме того, она боялась, что дедушка сердит на нее за то, что она перед “сном” не сказала ему “спокойной ночи”.
Когда пятилетнему мальчику сказали, что “бабушка на небе, она стала ангелом”, то он пожелал, чтобы все остальные члены семьи тоже умерли и стали ангелами.
Если ребенку сообщают о печальном событии просто и честно, с любовью глядя на него, обнимая его, он чувствует себя спокойнее. Этот подход гораздо действеннее, когда родители сами спокойно принимают жизненные горести как неизбежность. Ведь при любых обстоятельствах, имеющих важное значение для жизни семьи, поступки значат много больше слов.
Эпилог
Новые решения проблем, связанных с воспитанием детей, облегчают задачи родителей лишь тогда, когда их применяют избирательно и в строгом соответствии с ситуацией. Дети по-разному принимают перемены в требованиях родителей к их поведению. Некоторые ребята довольно покладисты, они легко и терпимо относятся к изменениям в отношениях, в привычках. Другие - “консерваторы”, они подчиняются этим изменениям лишь после многочисленных понуканий и протестов. Есть и такие, что яростно противятся всяческим “новым порядкам” в семье. Чтобы новый метод дал хорошие результаты, необходимо помнить о характере и темпераменте вашего ребенка.
В отношениях между людьми достижение цели зависит от избранных средств, результат зависит от самого процесса развития отношений. Личность ребенка полностью расцветает только тогда, когда принципы воспитания основаны на уважении и любви. Мы надеемся, что новый метод научит вас более чутко реагировать на чувства детей и более бережно заботиться о сохранении хороших отношений между вами, родителями, и вашими детьми.