Моя беременность номер 1 была долгожданной и наступила тогда, когда мы с мужем уже готовились к походам по врачам с вопросом " почему же у нас никак не получается". Все 40 недель той беременности я порхала, как бабочка, успевала переделать кучу дел, получила повышение на работе, ходила на йогу, курсы для беременных, путешествовала по Европе и каждый выходной проводила с пользой для души и тела. Я похорошела до невозможности, знакомые и незнакомые люди постоянно делали мне комплименты, а муж умилялся и говорил, что я самая беспроблемная, некапризная и жизнерадостная беременная женщина, какую только можно себе представить. На протяжении всех 40 недель меня не беспокоило ровным счетом ничего, все мои анализы были идеальны, показатели строго соответствовали неделям-дням и всему, чему только надо. В 40 недель и 3 дня начались роды. Хорошая родовая деятельность, полное раскрытие за два часа и...мой некрупный, но головастый сын застревает и не проходит в родовые пути. Врач ждет 7 часов. После чего меня везут на экстренное кесарево. Все врачи очень доброжелательны и профессиональны. Полчаса неприятных ощущений - и я слышу первый крик своего сына.
После кесарева мне больно не только двигаться, но и дышать. Я не понимаю, как такая прекрасная беременность могла так бесславно завершиться. Меня накрывает посеродовая депрессия, я реву от обиды и боли, не хочу даже брать ребенка на руки. На улице 40 градусов жары. Хочется нырнуть в какую-нибудь прорубь и никогда не вынырнуть. Через трое суток меня выписывают домой. Муж и свекровь стойко выносят мои слезливые истерики и дня через четыре меня отпускает. Я новыми глазами смотрю на своего сына и понимаю, что родила самого красивого ребенка на свете.
Проходит почти три года. Мы с мужем решаем, что нам нужно где-то доставать второго ребенка. Ну, полгода-то точно будем пытаться, - думаю я, - поэтому начать лучше заранее, чтобы весной 2019 года родить. Тем более, что в 2018 мне рожать некогда. На работе аврал, я в бесконечных нервотрепках и командировках. К 2019 все как раз устаканится, и я пойду рожать.
Две полоски на тесте три недели, а не полгода спустя меня мягко говоря ошарашивают. Помню, как веду совещание на работе, а мысли уже далеко. Меньше трех лет прошло, а я почти забыла, что такое держать на руках младенца.
Врач подтвердил беременность, еще недельку я походила спокойно, и тут началось: токсикоз, постоянные кровотечения, скачущий гормональный фон. Я ухожу на больничный. Уговариваю себя (и поясняю коллегам), что на пару дней, и... лежу под капельницами с разными сменяющими друг друга хворями почти два месяца. Возвращаюсь на работу. Там мой любимый аврал за два месяца моего отсутствия вырос до размеров армагеддона. Я понимаю, что до 36 недели, как планировала, не доработаю. Мне просто не хватит сил. Говорю с начальником и в спешке ищу себе замену, чтобы в 32 недели уйти в декрет.
На 20 неделе УЗИ показывает девочку. Муж и сын счастливы и выбирают имя. Я хожу с пониженным сахаром и минус 5 килограммами от добеременного веса, держась за стены.
К 38 неделе живот у меня выглядит так, словно я проглотила грузовик (с сыном живот был едва заметен), при этом прибавка в весе всего 3 килограмма. Но проблемы вроде отступили. Говорю с врачом, что хочу попробовать родить самостоятельно. Он напоминает мне ход беременности, но я настаиваю, и врач дает добро. В 39 недель и два дня я просыпаюсь с жуткими отеками, слабостью и головокружением. Ни того, ни другого вечером, когда ложилась спать, не было. Поэтому мы едем в больницу. Экспресс-анализ показывает, что резко сдали почки. Врач назначает мне еще несколько анализов и сообщает, что пару часов спустя моя дочь родится на свет. И никаких естественных родов. С такими почками не живут, какой уж там рожать.
И вот я уже в операционной. Команда анастезиологов полчаса пытается дать мне наркоз, но все время тыкает не туда (при первом кесарево чудесный анастезиолог ввел мне эпидуралку легко, быстро и четко, безо всяких последствий). Чтобы поднять мой боевой дух, самая старшая тетушка-анастезиолог, которая еще учила русский в школе, начинает выдавать мне все, что еще помнит. Помнит она почему-то исключительно песню "Волга-Волга, мать родная...", которую поет низким, прокуренным голосом, почти не попадая в слова. Хирурги и неонатологи скучают. Мой врач рассказывает молоденькой ассистентке истории из своей молодости, когда он еще был неопытным ординатором где-то на иранском побережье Каспийского моря. Я мысленно отправляю Волгу в Каспий, а незадачливую девушку-анастезиолога на три звучные буквы русского алфавита. Наконец наркоз (по словам анастезиолога) подействовал, хирурги с облегчением попросили скальпель. И - я с удивлением почувствовала (пусть и весьма приглушенно), как меня режут. Попросила подождать. В операционной прозвучала еще одна история об особенностях работы в приемном покое больницы далекого ближневосточного города. Потом операция возобновилась. Ощущения были куда более резкими и неприятными, чем во время моего первого кесарева, но я решила ничего больше не комментировать, просто повторяла про себя все те же три буквы. Наконец хирург показал мне ошалевшую от неожиданности, сморщенную дочь. Оказавшись перед моим лицом, она сморщилась еще сильнее и громко закричала.
К моему удивлению отошла я за 5 часов. Через 5 часов встала, почти не чувствуя боли, и гордой походкой дошла до детского отделения с целью вытребовать у них моего ребенка уже на первую ночь. Они очень удивились, но дочь отдали. И я со спокойствием опытной мамы покатила в палату свой сморщенный супер-приз. Сутки все было хорошо, в разы лучше, чем все 9 месяцев беременности, а на вторые сутки аукнулась история с затянувшейся анастезией - меня начали мучать дикие головные боли, которых после первого кесарева, конечно же, не было. Через четыре дня меня отпустило.
Теперь у меня есть сын и дочь. Она гораздо спокойнее, дает мне поспать 3-4 часа подряд ночью (с сыном в первые месяцы непрерывный сон не превышал получаса), спит в коляске, пока мы часами гуляем на площадке с ее братцем (котрый в свое время не признавал коляску-люльку вообще, а также все виды переносок, и не кричал только если его носили на руках) и (так же, как братец - вот здесь единственное совпадение) много и с аппетитом ест.
Да, моей мечте об естественных родах не суждено было сбыться. Зато сбылась мечта о чудесных мальчике и девочке. Уверена, что это важнее.
