Вечером накануне операции долго общалась с анастезиологом. По современным стандартам можно было ужинать, но не завтракать. Мы выбрали попробовать спинальную анестезию, а если что пойдёт не так - вырубят общим наркозом. Врач понял, что с нервишками у меня не всё ок. Сначала хотел пускать мужа только после того, как убедится, что со мной всё норм, но мне удалось уговорить, что будет всё норм, если муж будет сразу рядом. Это спасёт от панической атаки. Он согласился, но застращал, что выгонит его и переведёт меня на общий наркоз, если буду плохо себя вести >_< Дал установку думать о Ване, успокаивать его и хорошо выспаться.
Выспаться не удалось. Сна ни в одном глазу! Было страшно, плакала. Настраивалась быть храброй и сильной, ради сына и мужа, который тоже волновался и не смог заснуть.
Утром я приняла душ, переоделась в казённую рубаху и компрессионные чулки. Фото на память за час до операции!
Мне поставили катетер и сделали алергопробу на антибиотик.
Муж с 8ми утра маялся в приёмном. Ждал, когда позовут. Но никто не позовёт!! Меня уложили на каталку и торжественно повезли в операционную.
В светлом зале начали собираться медики. Настроение у всех было хорошее, обсуждали пейзаж за окном. Пейзаж впечатлял. Сказка!
Когда пришёл анастезиолог и начал готовить мою спину, я начала нервничать и уже дрожащим голосом просила подождать мужа. В 2006ом я чувствовала каждый мм длинной иглы! Страшно. Кто-то шутканул: «Давайте вместе позовём Снегурочку!» - это разряжало обстановку. Ради меня позвонили в приёмное: «Муж потерялся! Ему на 6ой этаж!» Кто-то из персонала подошёл и гладил меня по плечу (спасибо большое!) Когда в руках анастезиолога уже появилась игла, пришёл Максим в медицинском халате и шапочке. Спустил маску, поцеловал. Я сдержала слёзы. Продышалась. Анастезиолог показал, как ему встать. Я обняла любимого человека и уткнулась лбом ему в живот, выкатив немного спину. Вот говорят: «Как комарик укусит!», а потом боль, как от осы, в этот раз всё было иначе. Реально, как комарик! Я даже не сразу поняла, что уже всё и длинной иглы в спину не будет. Круто! Позитивный опыт.
У меня приятно потеплели ноги, словно бы я опустилась в горячую ванну. Меня уложили на спину. Я чувствовала, как шевелится сынок, всё хорошо. Максим держал меня за руку, гладил по голове и говорил ободряющие слова.
Анастезиолог предупредил: «Операция начнётся через 3 минуты!» В ответ я улыбнулась: «Она уже началась. Я чувствую, как меня режут» Это было, почему то, похоже на то, как режут плёнку. Потом ещё раз проводят скальпелем, разрезая уже матку. Чувствую, как шевелят плод. Сжала руку мужа и потянула нос к его лицу, ожидая жести. Ведь я видела, как делают кесарево и потрошат женщин >_< В этот момент анастезиолог повернул голову Максима в нужном направлении и изумлённый супруг воскликнул: «Ваня! Вот ты какой!» «Ты что, видел ребёнка?» - удивилась я и тут же почувствовала, как мягко извлекли плод. «Да, видел!» - Максим не отводил взгляд. И тут мне его показали. Красивого серебряно-сиреневого цвета, в смазке. Я ещё больше удивилась: «Ребёнок! Настоящий!» Максим успел сделать фото с ещё длинным куском пуповины. Увидел этот крепкий шланг. Попросил плаценту. Её отдали легко и с радостью.
Молодого отца позвали в соседнюю комнату. Там ему задрали футболку и приложили голыша-малыша к его животу. И они там сидели и знакомились, пока меня шили.
В какой-то момент я почувствовала, что моё терпение заканчивается и хочется сбежать с операционного стола. На моё счастье как раз неонатолог забрала новорожденного у мужа, и он подошёл ко мне. Погладил, взял за руку, наклонился, чтобы я могла ощутить запах его шеи и успокоиться. Говорил, какая я сильная, какая молодец! Но вот уже операция закончена, шторка снята. Меня везут в реанимацию, а мужа на выход… Возле лифта добрые медики назвали нас «птички-неразлучники» и подождали минутку, чтобы любимый подбежал и поцеловал меня на прощание. А анастезиолог разрешил позвать мужа в реанимацию, пока там никого нет. И он прошёл! И ещё два часа просидел рядом со мной. За это время наркоз начал отпускать и меня потряхивало. Максим помогал мне расслабиться и не уходить в дрожь. Начал болеть живот, стала чувствовать ноги. Делали невероятно болючий и жгучий укол обезболивающего в катетер. Конечно, стояла капельница с окситоцином, из-за чего матка иногда болезненно вздрагивала. А малыш грелся под лампой. Иногда издавал мяукающие звуки. Молодой отец подходил смотреть на него, фотографировал. Приносили на кормление. Тяжело было пристроить его, кода лежу на спине.
Мужа попросили уйти. С ним было гораздо легче. Не зря поехали так далеко. Я бы не выдержала всё это без его поддержки.
Вот так мы стали родителями.
