Особо впечатлительным лучше не читать.
Вчера мы приехали из инфекционной больницы, где провели четверо с половиной суток. Началось все с рвоты утром,а ночью поднялась температура. Боясь обезвоживания, мы вызвали скорую и в 5-6 часов следующего дня уже лежали в палате. Капельницы два раза в день и уколы антибиотиков - это еще треть беды. Вторую треть - все лечат антибиотиками! У нас следов инфекции так и не нашли, но лечение было таким же, как и у соседей по палате, инфицированных ротавирусом. И самое страшное - соседи по палате!!! В палате три койки. Одну занимали мальчик 4-х лет с папой, вторую - мамашка с девочкой на месяц младше моей дочки. Папашка поначалу нормально относился к мальчику, но потом, когда жена его довела, звоня каждые 10 минут, начал злобу срывать на сыне. От другой соседки по палате я только и слышала: "Да достала ты уже ныть! Какая же ты эгоистка, маме не даешь лечь! Держи ее на руках, принцесса тоже мне!" Часто слышны были маты. Ребенку не могли вставить катетер в вену, на каждой ручке и ножке пластыри. Я была человеком с другой планеты, не понимающим как можно повышать голос на больного ребенка, а уж тем более бить больного ребенка
Вчера мы приехали из инфекционной больницы, где провели четверо с половиной суток. Началось все с рвоты утром,а ночью поднялась температура. Боясь обезвоживания, мы вызвали скорую и в 5-6 часов следующего дня уже лежали в палате. Капельницы два раза в день и уколы антибиотиков - это еще треть беды. Вторую треть - все лечат антибиотиками! У нас следов инфекции так и не нашли, но лечение было таким же, как и у соседей по палате, инфицированных ротавирусом. И самое страшное - соседи по палате!!! В палате три койки. Одну занимали мальчик 4-х лет с папой, вторую - мамашка с девочкой на месяц младше моей дочки. Папашка поначалу нормально относился к мальчику, но потом, когда жена его довела, звоня каждые 10 минут, начал злобу срывать на сыне. От другой соседки по палате я только и слышала: "Да достала ты уже ныть! Какая же ты эгоистка, маме не даешь лечь! Держи ее на руках, принцесса тоже мне!" Часто слышны были маты. Ребенку не могли вставить катетер в вену, на каждой ручке и ножке пластыри. Я была человеком с другой планеты, не понимающим как можно повышать голос на больного ребенка, а уж тем более бить больного ребенка
