Главное здесь — это "зачем". Зачем Вы это делайте?
Собственно ирония, сарказм, как часто и юмор в различных проявлениях это защитный механизм. Он поваляет сохранить целостность собственной личности.
Если представить личность в виде ядра, окруженного несколькими слоями аксессуаров (привычки, роли, мысли и т. п.), то самым наружным и самым главным слоем, сдерживающим напор агрессивного мира, позволяющим нам сохранять свои привычки и мысли, являются наши вещи.
Вещи и деньги, на которые приобретаются вещи, представляют собой нечто вроде крепости, внутри которой находимся мы. Пока сохраняется возможность приобретать вещи, мы чувствуем себя хозяином жизни, спокойно разъезжающим на коне. В такие моменты мы транслируем личность во вне и особо не печалимся по поводу внешнего вида.
Крепость, состоящая только из денег или только из вещей общего потребления — это не крепость, а песочный замок. И этот песочный замок норовит обрушиться при первом же появлении неприятеля — человека с более «крутыми» вещами. Стремление обскакать другого в материальном плане — это фиктивная цель. Всегда найдется новый другой, который нарушит тебе весь психологический баланс и все психологическое равновесие.
В начале 50-х гг. XX века Франкл записал, что самую большую осмысленность жизни придает нахождение цели, достижение которой способствует развитию неповторимости, непохожести, уникальности ее носителя. Еще за полвека до Франкла, т. е. около ста лет тому назад, Джеймс утверждал, что внешний вещественный охранный слой, в первую очередь, должен состоять из «произведений наших рук и мозга», а не просто «больших денег», полученных на постылой работе, так как наиболее тесно связаны с нашей личностью именно произведения нашего кровного труда, будь-то коллекция насекомых или созданный нами бизнес. Если же человек не проявил настойчивости и смелости, чтобы научиться зарабатывать деньги своим любимым делом (читайте «неповторимым делом», т. к. никто не сможет состязаться с нами в том, что мы действительно любим), то удел такого человека — защитные механизмы психики, ибо из вещей общего потребления — телевизоров, холодильников и прочего — крепости не построишь.
И вот когда на Вашу крепость посягают, один из способов совладания с ситуацией это агрессия. Лучший способ защиты, это нападение.
Агрессия может принимать несколько форм
Основные разновидности агрессии:
Прямая агрессия – как правило, обращена на других. Может проявляться в поведении (нападение, драка, физическое воздействие, убийство) или в вербальной форме (брань, унижающие шутки или высказывания, сарказм, грубые замечания). Возможно обращение агрессии на себя (аутоагрессия): самообвинения, глубокое переживание вины, самоубийство, измождение себя голодом, "умерщвление плоти". Эта форма защиты основана на повышенной значимости социальных эталонов (или восприятии их как слишком жестких), на восприятии барьеров как полностью непроходимых или ситуации как абсолютно безысходной.
Косвенная (смещенная) агрессия – направлена не непосредственно на нежелательный или неприятный объект (лицо), а на доступный объект. Этот доступный объект может быть связан с источником фрустрации (или с барьерами), но может и не иметь к ним никакого отношения. Так, человек может просто "вылить" плохое настроение на первое попавшееся лицо. Агрессия может проявляться по отношению к тем, кто не может ответить, к беззащитным, преследуемым; это могут быть слабый человек, покорная жена или национальные меньшинства.
Вымещение – защитный механизм, направляющий негативную эмоциональную реакцию не на психотравмирующую ситуацию, а на объект, не имеющий к ней отношения. Этот механизм создает как бы "замкнутый круг" взаимовлияния людей друг на друга.
Эта форма психологической защиты широко растространена в различного типа взаимоотношений и ее профилактика может заключаться в развитии и формировании умений находить компромиссы в конфликте, сохранять консенсус или спокойно отказываться от взаимоотношений с кем-то, если они уже изжиты
как пишет Литвак "Сарказм, ирония, ехидство – форма психологической защиты, при которой человек использует чувство юмора для скрытия от себя и других вытесненной в бессознательное недостигнутой цели, чтобы избежать психотравмы"
Поначалу вопросы для тех, в адрес которых иронизируют.
Как бы вам ни показалась обидной шутка в ваш адрес, и именно потому, что она показалась вам обидной, не спешите тут же, так же зло, как вам кажется, ответить.
Вопрос "Почему он (она, они) так зло надо мной посмеялись?", нужно превратить в вопрос "Почему я так сильно обиделся?", "Что во мне так сильно обиделось, что во мне задето?", "Именно над этим ли, что меня обидело, иронизировали мои обидчики?". Ставя так вопросы, на спешите ни них быстро отвечать. Поставьте последний вопрос как риторический к самому себе: "А чего я, собственно, обиделся?". Повторяем, вопрос этот риторический, без ответа, без поиска почему, какая причина.
Теперь варианты вопросов для тех, которые иронизируют над другими.
Первый вопрос к себе: "Насколько убийственна моя ирония?". Иногда на этот вопрос, исходя из анализа своих ощущений, трудно ответить объективно. Для этого вам нужно внимательно присмотреться к реакциям других на вашу иронию. Конечно же, если ваш собеседник не засмеялся от вашей шутки, это не обязательно означает, что он обиделся; вполне возможно, что он не понял ее. И дело может быть не столько в нем, сколько в шутке. Но, если шутка обидела, то нужно помнить, что у обиды различные проявления: ваш собеседник замолчал, неловко замолчали все, лицо собеседника "окаменело", улыбка превратилась в гримасу, один побледнел, другой вспыхнул. Из не очевидных вербальных ответов: слова невпопад, длинные паузы и т.д. Впрочем иронизирующий может столкнуться с тем, что он и не прочтет обиду. Люди, умеющие держать себя в руках, в состоянии ее не показывать. Это может вернуться потом, через какое-то время в виде нарушенных отношений (самый простой вариант — вас стали избегать).
Следующее вопрошание: "Отчего, почему я так зло иронизирую?". И не ищите причины в других, в системе воспитания, навязанных образцах для подражания. Лучший способ застрять в злом иронизировании, в недоброжелательстве, а затем быстро перейти к прямой агрессии — это искать виновников вашего несчастья не в себе, а среди других.
Очень легко спрятаться за объяснениями подобного рода: что-де холерики изначально более злы в иронизировании, чем флегматики, для которых-де характерен мягкий юмор. Удобна и успокаивает такая рационализация: ирония, сарказм — это признак большого, критического ума.
Вернитесь к истокам вашей ироничности. Чаще всего она взращивалась и получала подкрепление, когда ее одобряли, когда вы оказывались в центре внимания. Особо благодатен для культивирования злой и беспощадной иронии подростковый период. Это период определенной "бездомности", неукорененности, это переходный период, это переход от детства к взрослости. Подросток уже не ребенок, но еще не взрослый. Этот полувыход из детства стимулирует ироническое отношение к детскости. Это отношение к одной стороне. К другой стороне — ко взрослым — подросток проявляет то, что мы бы назвали, вслед за Т.Манном, ироническим саботажем. Т.е. в мир взрослых хочется, хочется встать на один уровень с ними, а они продолжают мое детство, позицию неравенства. Империализм взрослых подросток пытается преодолеть презрительным иронизированем по поводу тех ролей, которые ему навязывают взрослые, и к самим взрослым с их старомодными представлениями о жизни.
Такая подвешенность, неукорененность подросткового периода оправдывает ироническую позицию, иронический постав; с его высоты подростку легче переживать многомерность, противоречивость, многоуровневость бытия. И тут можно задать себе вопрос: "А зачем мне нужно находиться в этой подростковой позиции? Какие выгоды мне приносит иронический постав? Что скрепляет в моем внешнем и внутреннем мире такая злая ирония? Что у меня за внутренний мир, для сохранения которого требуется такая злая ирония?".
Собственно ирония, сарказм, как часто и юмор в различных проявлениях это защитный механизм. Он поваляет сохранить целостность собственной личности.
Если представить личность в виде ядра, окруженного несколькими слоями аксессуаров (привычки, роли, мысли и т. п.), то самым наружным и самым главным слоем, сдерживающим напор агрессивного мира, позволяющим нам сохранять свои привычки и мысли, являются наши вещи.
Вещи и деньги, на которые приобретаются вещи, представляют собой нечто вроде крепости, внутри которой находимся мы. Пока сохраняется возможность приобретать вещи, мы чувствуем себя хозяином жизни, спокойно разъезжающим на коне. В такие моменты мы транслируем личность во вне и особо не печалимся по поводу внешнего вида.
Крепость, состоящая только из денег или только из вещей общего потребления — это не крепость, а песочный замок. И этот песочный замок норовит обрушиться при первом же появлении неприятеля — человека с более «крутыми» вещами. Стремление обскакать другого в материальном плане — это фиктивная цель. Всегда найдется новый другой, который нарушит тебе весь психологический баланс и все психологическое равновесие.
В начале 50-х гг. XX века Франкл записал, что самую большую осмысленность жизни придает нахождение цели, достижение которой способствует развитию неповторимости, непохожести, уникальности ее носителя. Еще за полвека до Франкла, т. е. около ста лет тому назад, Джеймс утверждал, что внешний вещественный охранный слой, в первую очередь, должен состоять из «произведений наших рук и мозга», а не просто «больших денег», полученных на постылой работе, так как наиболее тесно связаны с нашей личностью именно произведения нашего кровного труда, будь-то коллекция насекомых или созданный нами бизнес. Если же человек не проявил настойчивости и смелости, чтобы научиться зарабатывать деньги своим любимым делом (читайте «неповторимым делом», т. к. никто не сможет состязаться с нами в том, что мы действительно любим), то удел такого человека — защитные механизмы психики, ибо из вещей общего потребления — телевизоров, холодильников и прочего — крепости не построишь.
И вот когда на Вашу крепость посягают, один из способов совладания с ситуацией это агрессия. Лучший способ защиты, это нападение.
Агрессия может принимать несколько форм
Основные разновидности агрессии:
Прямая агрессия – как правило, обращена на других. Может проявляться в поведении (нападение, драка, физическое воздействие, убийство) или в вербальной форме (брань, унижающие шутки или высказывания, сарказм, грубые замечания). Возможно обращение агрессии на себя (аутоагрессия): самообвинения, глубокое переживание вины, самоубийство, измождение себя голодом, "умерщвление плоти". Эта форма защиты основана на повышенной значимости социальных эталонов (или восприятии их как слишком жестких), на восприятии барьеров как полностью непроходимых или ситуации как абсолютно безысходной.
Косвенная (смещенная) агрессия – направлена не непосредственно на нежелательный или неприятный объект (лицо), а на доступный объект. Этот доступный объект может быть связан с источником фрустрации (или с барьерами), но может и не иметь к ним никакого отношения. Так, человек может просто "вылить" плохое настроение на первое попавшееся лицо. Агрессия может проявляться по отношению к тем, кто не может ответить, к беззащитным, преследуемым; это могут быть слабый человек, покорная жена или национальные меньшинства.
Вымещение – защитный механизм, направляющий негативную эмоциональную реакцию не на психотравмирующую ситуацию, а на объект, не имеющий к ней отношения. Этот механизм создает как бы "замкнутый круг" взаимовлияния людей друг на друга.
Эта форма психологической защиты широко растространена в различного типа взаимоотношений и ее профилактика может заключаться в развитии и формировании умений находить компромиссы в конфликте, сохранять консенсус или спокойно отказываться от взаимоотношений с кем-то, если они уже изжиты
как пишет Литвак "Сарказм, ирония, ехидство – форма психологической защиты, при которой человек использует чувство юмора для скрытия от себя и других вытесненной в бессознательное недостигнутой цели, чтобы избежать психотравмы"
Поначалу вопросы для тех, в адрес которых иронизируют.
Как бы вам ни показалась обидной шутка в ваш адрес, и именно потому, что она показалась вам обидной, не спешите тут же, так же зло, как вам кажется, ответить.
Вопрос "Почему он (она, они) так зло надо мной посмеялись?", нужно превратить в вопрос "Почему я так сильно обиделся?", "Что во мне так сильно обиделось, что во мне задето?", "Именно над этим ли, что меня обидело, иронизировали мои обидчики?". Ставя так вопросы, на спешите ни них быстро отвечать. Поставьте последний вопрос как риторический к самому себе: "А чего я, собственно, обиделся?". Повторяем, вопрос этот риторический, без ответа, без поиска почему, какая причина.
Теперь варианты вопросов для тех, которые иронизируют над другими.
Первый вопрос к себе: "Насколько убийственна моя ирония?". Иногда на этот вопрос, исходя из анализа своих ощущений, трудно ответить объективно. Для этого вам нужно внимательно присмотреться к реакциям других на вашу иронию. Конечно же, если ваш собеседник не засмеялся от вашей шутки, это не обязательно означает, что он обиделся; вполне возможно, что он не понял ее. И дело может быть не столько в нем, сколько в шутке. Но, если шутка обидела, то нужно помнить, что у обиды различные проявления: ваш собеседник замолчал, неловко замолчали все, лицо собеседника "окаменело", улыбка превратилась в гримасу, один побледнел, другой вспыхнул. Из не очевидных вербальных ответов: слова невпопад, длинные паузы и т.д. Впрочем иронизирующий может столкнуться с тем, что он и не прочтет обиду. Люди, умеющие держать себя в руках, в состоянии ее не показывать. Это может вернуться потом, через какое-то время в виде нарушенных отношений (самый простой вариант — вас стали избегать).
Следующее вопрошание: "Отчего, почему я так зло иронизирую?". И не ищите причины в других, в системе воспитания, навязанных образцах для подражания. Лучший способ застрять в злом иронизировании, в недоброжелательстве, а затем быстро перейти к прямой агрессии — это искать виновников вашего несчастья не в себе, а среди других.
Очень легко спрятаться за объяснениями подобного рода: что-де холерики изначально более злы в иронизировании, чем флегматики, для которых-де характерен мягкий юмор. Удобна и успокаивает такая рационализация: ирония, сарказм — это признак большого, критического ума.
Вернитесь к истокам вашей ироничности. Чаще всего она взращивалась и получала подкрепление, когда ее одобряли, когда вы оказывались в центре внимания. Особо благодатен для культивирования злой и беспощадной иронии подростковый период. Это период определенной "бездомности", неукорененности, это переходный период, это переход от детства к взрослости. Подросток уже не ребенок, но еще не взрослый. Этот полувыход из детства стимулирует ироническое отношение к детскости. Это отношение к одной стороне. К другой стороне — ко взрослым — подросток проявляет то, что мы бы назвали, вслед за Т.Манном, ироническим саботажем. Т.е. в мир взрослых хочется, хочется встать на один уровень с ними, а они продолжают мое детство, позицию неравенства. Империализм взрослых подросток пытается преодолеть презрительным иронизированем по поводу тех ролей, которые ему навязывают взрослые, и к самим взрослым с их старомодными представлениями о жизни.
Такая подвешенность, неукорененность подросткового периода оправдывает ироническую позицию, иронический постав; с его высоты подростку легче переживать многомерность, противоречивость, многоуровневость бытия. И тут можно задать себе вопрос: "А зачем мне нужно находиться в этой подростковой позиции? Какие выгоды мне приносит иронический постав? Что скрепляет в моем внешнем и внутреннем мире такая злая ирония? Что у меня за внутренний мир, для сохранения которого требуется такая злая ирония?".
