Рассказ о родах и отзыв о роддоме в одном посте.
Рожала я по контракту. Врач Вавилова Марина Викторовна. Стоимость контракта 70 650 руб. В контракт входят: дородовое наблюдение, включая необходимое количество УЗИ и КТГ, сами роды с индивидуальным врачом, послеродовое наблюдение. При заключении контракта все было оформлено очень быстро, буквально за час. Врач сразу произвела на меня очень хорошее впечатление. В общении приятная, на кресле до 39 недели смотреть отказалась сразу.
При заключении контракта врач дала свой мобильный телефон, по которому ее можно вызвать на роды в любое время дня и ночи.
До родов я была в роддоме трижды: в 36 недель при заключении контракта - КТГ, УЗИ, беседа с врачом, в 38 недель - только КТГ и беседа, в 39 недель - КТГ, УЗИ, осмотр на кресле. В 36 недель на УЗИ у меня увидели умеренное многоводие, которое в 39 недель не подтвердилось.
ПДР у меня была 24 августа. 22 где-то около двух часов дня у меня начали понемногу подтекать воды. Я позвонила врачу на сотовый. Она предложила сначала ехать в роддом, но я попросилась подождать, и она не стала настаивать.
Схваток не было, и чтобы ускорить их начало я пошла прогуляться. Ходили два часа, но схватки так и не начались ни к вечеру, ни ночью. На следующий день мы еще два часа погуляли - ничего. Воды тем временем продолжали подтекать так, что я где-то раз в час меняла прокладку. Так продолжалось сутки.
Я была настроена дождаться естественных схваток, но спустя сутки после начала подтекания вод начала немного нервничать. Позвонила врачу, она рекомендовала ехать в роддом, чтобы дежурная врач меня осмотрела.
Мы с Майком собрались и около шести или половины седьмого часов вечера выехали.
Надо отметить, что я не была настроена на роды в тот момент. У меня совершенно не было ощущения, что я уже рожаю или вот-вот рожу. Думаю, это какая-то моя системная ошибка. Я думала, что сумею вернуться домой, выяснив, например, что у меня нет раскрытия. Но вышло иначе.
В приемном отделении я была одна. Меня очень быстро оформили, переодели, но затем я довольно долго ждала дежурного врача, которая была на операции. Осмотрели меня где-то в районе восьми. Дежурная врач сразу позвонила моей и сказала, что шейка у меня мягкая, раскрытие 2 пальца, обильно текут воды. В этот момент я все еще была настроена вернуться домой и позвонила врачу сама, но та уже была в сборах ко мне и быстро положила трубку.
Самое неприятное для меня в тот момент было то, что медсестра приемного отделения велела Майку пока уезжать домой, сказав, что еще неизвестно, когда я рожу. Учитывая, что оба первые раза он был со мной с самого начала, для меня это было неожиданно и неприятно. Он тоже был удивлен, но сказал, что домой не поедет, а подождет в машине.
Мне сделали все необходимые дородовые процедуры, и без чего-то девять вечера я была уже в родблоке. Родильный блок по контракту индивидуальный. Причем не с прозрачными стенками, как в 4 роддоме, а просто изолированная комната, что, безусловно, гораздо приятнее. В родблоке - кровать для родов, фитбол и все для младенца - лампа, весы, какие-то штуки-плюхи, значения которых я не знаю (на сайте роддома есть фотографии, можно все рассмотреть).
Тут же приехала моя врач, осмотрела меня, сказала, что пузырь у меня лопнул высоко и сбоку, поэтому воды подтекали потихоньку, а схваток не было. Затем она раздвинула плодные оболочки и дала мне гомеопатию для ускорения схваток. Я спросила, когда можно прийти ко мне мужу, и она сказала, что можно прямо сейчас. Я позвонила Майку, и где-то минут через 15 он был со мной. Тут я уже окончательно успокоилась и стала ждать схваток. Марина Викторовна выдала майку пузырек с гомеопатическими шариками и велела выдавать их мне по 7 штук каждый час.
В десять часов я приняла вторую порцию гомеопатии. Майк надел на меня чулки для родов.
К одиннадцати у меня были уже очень сильные болезненные схватки. Сначала я лежала на кровати на боку и дышала. Потом мы с Майком стали ходить и стоять, опираясь на кровать, при этом он массировал мне крестец. Попробовала посидеть на фитболе.
Около одиннадцати пришла врач, осмотрела меня, и сказала, что раскрытие внешнего зева уже хорошее, а внутренний - пока раскрывается плохо, и что он спазмирует на боль. Предложила ввести мне промедол, который и боль снимет, и ускорит раскрытие.
Тут я должна сделать небольшое отступление. Обоих старших детей я родила без обезболивания. Вторые роды были стимулированные, с долгими очень болезненными и непродуктивными схватками, и я выдержала. Я была уверена, что и в третий раз я рожу без анестезии. Более того, я всегда была ее ярым противником и всячески отговаривала всех, призывала до последнего стараться перетерпеть. Но в этот раз... В этот раз мне было оооочень больно. Очень.
Когда Марина Викторовна в первый раз заговорила о промедоле, я отказалась. Она сказала, что-то вроде "Ну, подумай, хочешь ли ты изображать Жанну Д'Арк" и ушла. Майку совершенно явно было меня жалко. Он помогал мне изо всех сил, и если бы я сама не дала слабину, поддерживал бы до конца. Но ему было очень тяжело видеть мою боль, и он спросил, уверена ли я, что не хочу обезболивание. Я заговорила о вреде промедола, о том, что это наркотик, что он повредит малышу. И со смехом упомянула, что среди моих ББ-френдов считается весьма дурным тоном рожать с промедолом. Сказала и о том, что старших родила без анестезии. Он спросил, вопрос ли чести это для меня. Я сказала, что пожалуй, да. Он спросил, что это по-моему такое. Я ответила: "Гордыня". Он сказал: "Ну и что ты об этом думаешь?". И я сдалась. Когда снова пришла Марина Викторовна и спросила, что я решила, я сказала, что согласна на промедол.
Ко мне пригласили анестезиолога. Пока он задавал мне все необходимые вопросы и оформлял письменное согласие на анестезию, боль стала такой, что, подписывая бумагу, я уже почти ничего не соображала и ручку держала с трудом. Анестезиолог сказал, что дозу мне дадут небольшую, что полностью боль не исчезнет, но станет где-то наполовину слабее, и что он советует мне между схватками спать.
После подписания согласия пришла анестезиологическая (или анестезионная?) сестра, вколола мне что-то внутримышечно (я так и не знаю, что - я уже ничего не соображала к этому моменту) и внутривенно - промедол. Еще в процессе введения лекарства через катетер, я почувствовала, как все начинает плыть перед глазами.
Следующий час я провела в прострации. Между схватками я реально отключалась, но сами схватки были такими болезненными, что я была полностью в сознании и дышала так, как меня научили еще при подготовке к первым родам. Не могу даже представить, что это половина той боли, что была бы без промедола.
Ближе к двенадцати ночи меня стало тужить. Пришла Марина Викторовна, диагностировала полное раскрытие и объявила, что сейчас будем рожать. Я сказала, что рожать хочу вертикально. Она ушла распорядиться о подготовке другого бокса, где было рахмановское кресло, пригодное для вертикальных родов. Очень быстро с помощью Майка и акушерки мы перешли туда, я поднялась на кресло. У меня уже были сильные потуги, но тужиться мне запретили. В этот раз я продышала очень много схваток - наверное штук десять. Это тоже для меня было внове (в прошлые разы было максимум 3). Было тяжело, не стану скрывать. Мое тело рефлекторно сворачивалось, пытаясь принять позу зародыша, а мне командовали держаться ровно, и я выпрямлялась из последних сил. Наконец я почувствовала, как начинает прорезаться головка. Мне скомандовали тужиться. Я очень старалась. Головка прорезалась, схватка прошла. Я чуть отдохнула, буквально несколько секунд, как меня накрыло следующей схваткой, и снова команда тужиться. И на этой потуге я родила своего сынишку. Не головку, а сразу всего. Это было совершенно волшебное ощущение: все невероятное, запредельное натяжение моих тканей мгновенно исчезло, и он рыбкой выскользнул из меня. Было ноль часов двадцать девять минут 24 августа - Сережина ПДР, ровно 40 недель.
Майк был все время рядом, я чувствовала его руку на своей, его поддержку, мне это было очень важно, очень меня поддерживало.
Пуповине дали отпульсировать, но буквально несколько минут. Я просила сразу положить мне его на живот, но поскольку я стояла спиной к врачу и акушерке, сделано это не было. Пуповину перерезали, меня перевернули, и тогда уже положили.
Ну дальше все уже совсем просто и быстро: катетер, рождение последа, швы на мои небольшие разрывы. Я просила наркоз на время зашивания (в два прошлых раза меня шили под наркозом), но Марина Викторовна отрезала, что это глупости, и что я должна быть полностью адекватна, чтобы общаться с мужем и ребенком. Вколола мне лидокаин и быстро зашила. Тут уж я немного покричала - было больно.
Затем меня перевезли обратно в мой первый родблок, принесли уже запеленутого Сережу и дали на руки. Я попыталась приложить его к груди, но грудь он не взял..
Мы втроем провели в родблоке положенные два часа, после чего акушерка Людмила помогла мне перебраться в кресло-каталку, дала мне в руки Сережу и повезла в послеродовое отделение. Майк шел с нами (в течение этих двух часов он сходил в машину и принес мой "послеродовый" пакет.
Сразу после родов Марина Викторовна сказала, что "в качестве бонуса" лежать я буду в лучшей палате и не обманула (Майк, правда, считает, что просто та палата была свободна 
). В палате Людмила помогла мне переодеться и улечься в кровать. Майк побыл со мной еще минут тридцать и поехал домой. А к нам пришла детская сестричка, которая Сережку перепеленала и сделала ему прививку от гепатита. Она же каким-то образом запихнула ему в рот мою грудь, и он пососал, после чего мы уснули.
Первые сутки Сережка был оооочень сонный и не хотел брать грудь. Я опытная ГВ-мама (среднего кормила до двух лет), но тут не могла справиться, и первые сутки мне удавалось приложить малыша к груди только с помощью акушерки. Я нашла в интернете статью о промедоле, и сделала вывод, что причина именно в нем. Меня до сих пор мучает совесть. Но с другой стороны, у меня в первые дни матка сокращалась с сопровождением таких болей, что в памяти снова всплывали роды, и я понимаю, что если бы вернуть всю ситуацию, я снова бы согласилась на промедол. Такие дела.
На утро после родов ко мне пришла сестричка со шприцем и сказала, что сделает укол, чтобы матка быстрее сокращалась. Я сказала, спросила, окситоцин ли это и сказала, что не хотела бы. Она ответила: "Без проблем, я сделаю пометку, чтобы вас не кололи". В холодильнике у меня лежал пузырь со льдом, который мне рекомендовано было прикладывать к животу каждые полчаса, и чего я не делала. Никто не проверял.
На третий день (то есть 26 августа утром) мне сделали УЗИ матки, Сережку осмотрел педиатр, ему сделали прививку БЦЖ, и нас выписали. Часам к четырем мы были уже дома.
Теперь резюме моих впечатлений о роддомах в принципе и 32 роддоме, в частности.
Я окончательно поняла одну вещь: роды в роддоме всегда будут происходить так, как это удобно врачу. Если вы хотите полностью естественные роды, происходящие исключительно по вашему желанию и под вашим контролем, то роддом - это не ваш вариант. Ищите акушерку для домашних родов. Для меня и моей семьи это оказалось не подходящим вариантом - мы недостаточно доверяем ни себе, ни приходящим акушеркам.
С учетом предыдущего абзаца роддомом я очень довольна. Я довольна им гораздо больше, чем четвертым, где родила двоих старших детей. Весь персонал, который заботился обо мне на протяжении родов (врач Вавилова Марина Викторовна, акушерка Людмила Зайцева) и послеродового периода, был очень внимателен, заботлив, невероятно приятен в общении, предельно вежлив.
Палата, где я лежала - выше всяческих похвал.
И она, действительно, видимо самая лучшая. Потому что я видела другую тоже платную палату. Вот она:
Тоже хорошая, но не такая, как моя.
Душ/туалет не в палате, но в отдельном "коммерческом отсеке". Две туалетные кабинки и две душевые. Очень чистенько, аккуратно, лежит хорошая плитка. Я за три дня ни разу там ни с кем не столкнулась. Палату мыли ежедневно. Ничего самой протирать и обрабатывать не нужно (в отличие от той же четверки, где стоит ведро с какой-то дезинфекцией, которой ты сама должна протирать пеленальник).
Можно одеваться в свою одежду и самой, и одевать ребенка. Для меня важно, что Сережка у меня был в человеческой одежде, а не в жутких пеленках. На кровати нормальное человеческое постельное белье. Прямо в палате стоит бак для пленок/подгузников. Не нужно носить на другой конец длиннющего коридора, как в четверке. Баки для прокладок и остального мусора - в туалете.
Единственный минус - это еда. Еда обычная, больничная. Капуста, жидкая каша, вареная рыба. Самое вкусное, что я там за три дня съела - котлета с макаронами )) Но это уж три дня можно потерпеть, не страшно.
Спасибо, Олечка!
