Необходимое неравенство
Зацепил вполне себе распространенный совет о необходимости общаться с подростком на равных. А это как? Прицепить ему на лоб цифру с адекватным мне возрастом, внушить себе галлюцинацию о том, что он достаточно зрел и уже давно содержит не только себя, но и другим от его щедрот достается? Как это увидеть равенство там, где его нет априори? Получается, что это не ребенок, а сожитель какой-то.
Общение на равных в системе родитель-ребенок крайне опасно, именно потому, что оно возможно. И возможность эта появляется не у ребенка дорасти до уровня зрелости родителя, ответственности и чутья ситуации, а у родителя. И тогда он сбрасывает с себя все вышеперечисленное, и становиться в своих реакциях равным своему, хоть и великовозрастному, но все-таки незрелому подростку - теряет контроль над своими эмоциями и словами, снимает с себя ответственность за происходящее, воспринимает направленные на себя проявления ребенка, как адекватный вызов. Когда происходит жаркий конфликт с бурными обоюдными военными действиями, то можно говорить об аффектах, это наша защитная функция. Но у родителя, осознающего свою доминанту перед ребенком, находящегося на позиции более зрелого во всех смыслах, после аффекта наступает расслабление эмоционального накала (заново запускаются в работу все отключенные при аффекте части мозга), появляется потребность вернуть себе управление штурвалом и выйти из крена. Затяжная обида со стороны взрослого, принятие на свой личный счет всех произнесенных слов говорит о том, что в противоборство вступили равные. И если у ребенка это необходимый жизненный этап, на котором он силой, в том числе и негатива, должен оттолкнуться от своей семьи, то для взрослого это становиться подчерком отношений. Подросток очень нуждается в такие моменты, как никогда, в том, чтобы его родитель был взрослым, т.к. именно эта иерархия позволит старшему создать резиновые стены буфера для той подростковой турбулентности, в которую попадает каждый ребенок. Он таким будет не всегда, но ему нужно обломаться, израниться, чтобы повзрослеть, а это очень трудно сделать с равным себе, т.к. это небезопасно.
Возможно, смысл слов о равенстве заключен в равном уважении к своему ребенку, равном тому, которое родитель испытывает к себе. И это тоже сильный маркер происходящего.
Общение на равных в системе родитель-ребенок крайне опасно, именно потому, что оно возможно. И возможность эта появляется не у ребенка дорасти до уровня зрелости родителя, ответственности и чутья ситуации, а у родителя. И тогда он сбрасывает с себя все вышеперечисленное, и становиться в своих реакциях равным своему, хоть и великовозрастному, но все-таки незрелому подростку - теряет контроль над своими эмоциями и словами, снимает с себя ответственность за происходящее, воспринимает направленные на себя проявления ребенка, как адекватный вызов. Когда происходит жаркий конфликт с бурными обоюдными военными действиями, то можно говорить об аффектах, это наша защитная функция. Но у родителя, осознающего свою доминанту перед ребенком, находящегося на позиции более зрелого во всех смыслах, после аффекта наступает расслабление эмоционального накала (заново запускаются в работу все отключенные при аффекте части мозга), появляется потребность вернуть себе управление штурвалом и выйти из крена. Затяжная обида со стороны взрослого, принятие на свой личный счет всех произнесенных слов говорит о том, что в противоборство вступили равные. И если у ребенка это необходимый жизненный этап, на котором он силой, в том числе и негатива, должен оттолкнуться от своей семьи, то для взрослого это становиться подчерком отношений. Подросток очень нуждается в такие моменты, как никогда, в том, чтобы его родитель был взрослым, т.к. именно эта иерархия позволит старшему создать резиновые стены буфера для той подростковой турбулентности, в которую попадает каждый ребенок. Он таким будет не всегда, но ему нужно обломаться, израниться, чтобы повзрослеть, а это очень трудно сделать с равным себе, т.к. это небезопасно.
Возможно, смысл слов о равенстве заключен в равном уважении к своему ребенку, равном тому, которое родитель испытывает к себе. И это тоже сильный маркер происходящего.
Автор: Елена Нагельман,