Орала как оглашенная!!! Требовала… эвтаназии. В угаре схваток перепутала с анастезией!!!
Пока из операционной везли на каталке, лежала, балдела, отходила от наркоза, пыталась поцеловать от избытка счастья чью-то маячившую рядом руку и плакала. Меня переложили на кровать и дядька врач спросил, как себя чувствую. Я сказала: «Импозантный мужчина рядом… Что еще надо голой женщине?» и заснула.
Был в роддоме акушер-красавец – высокий, здоровый, темноволосый и с ярко-синими глазами. Когда он пришел, как раз очнулась соседка после кесарева и заорала на всю палату: «О, ГОСПОДИ!!! АНГЕЛ!!!!» Акушер был польщён… сказал, что это лучший комплимент, который он слышал ,
Однажды жутко захотелось курицы. Купила курицу, сварила, съела. Всю. После этого мне было не очень хорошо и всю остальную беременность я не выносила даже слова «курица». По этому случаю в семье она была переименованав «барсука». Несведущих людей очень забавляли упоминаемые в разговоре супы из барсука, жареные барсучьи окорочка, но пуще всего барсучьи яйца!
Начались роды. Вызвали скорую. Приехала. У меня уже третьи роды. Схватки за схватками. Скорая мигалку включила, пробка, а мы по встречке…с мигалкой! Меня крючит уже, а мой муж сидит в окно смотрит, радостный гад ещё такой и говорит: «Зай, а мы по встречке едем!” Оставшиеся 10 минут я красочно представляла, как его сковородкой бью! Легче становилось
А мой узист сказал: «Мальчик! Нууу, если девочка родится, то мне принесешь – за ошибки надо отвечать!»
Беременный мозг – это жесть. Никогда не думала, что на слова«С легким паром!» буду отвечать «к черту"
В панике я начала запихивать все, что могло бы мне понадобится на родах и после в рюкзак мужа, только что вернувшегося из похода.В состоянии аффекта вместе с ношей и животом наперевес я доскакала до роддома.В приемном покое даже не удивились, а просто мило поинтересовались, мол, зачем мне еще и палатка в роддоме, мест вроде хватает. А я и не заметила, что она была аккуратно привязана с другой стороны рюкзака
Две роженицы, порвались обе, зашивает врач, юморит. Девушкам не до смеха, не отвечают. В это время в коридоре крик: «Иваныч, ты где-е-е?!» Врач, не отрываясь от шва: «Ой, как я не хочу сейчас в рифму отвечать!» Ржали все…
На утро после родов тело болело так, как если бы по мне проехал асфальтовый каток не только вдоль, но и поперёк, а потом еще контрольный заезд по диагонали.
Пока из операционной везли на каталке, лежала, балдела, отходила от наркоза, пыталась поцеловать от избытка счастья чью-то маячившую рядом руку и плакала. Меня переложили на кровать и дядька врач спросил, как себя чувствую. Я сказала: «Импозантный мужчина рядом… Что еще надо голой женщине?» и заснула.
Был в роддоме акушер-красавец – высокий, здоровый, темноволосый и с ярко-синими глазами. Когда он пришел, как раз очнулась соседка после кесарева и заорала на всю палату: «О, ГОСПОДИ!!! АНГЕЛ!!!!» Акушер был польщён… сказал, что это лучший комплимент, который он слышал ,
Однажды жутко захотелось курицы. Купила курицу, сварила, съела. Всю. После этого мне было не очень хорошо и всю остальную беременность я не выносила даже слова «курица». По этому случаю в семье она была переименованав «барсука». Несведущих людей очень забавляли упоминаемые в разговоре супы из барсука, жареные барсучьи окорочка, но пуще всего барсучьи яйца!
Начались роды. Вызвали скорую. Приехала. У меня уже третьи роды. Схватки за схватками. Скорая мигалку включила, пробка, а мы по встречке…с мигалкой! Меня крючит уже, а мой муж сидит в окно смотрит, радостный гад ещё такой и говорит: «Зай, а мы по встречке едем!” Оставшиеся 10 минут я красочно представляла, как его сковородкой бью! Легче становилось
А мой узист сказал: «Мальчик! Нууу, если девочка родится, то мне принесешь – за ошибки надо отвечать!»
Беременный мозг – это жесть. Никогда не думала, что на слова«С легким паром!» буду отвечать «к черту"
В панике я начала запихивать все, что могло бы мне понадобится на родах и после в рюкзак мужа, только что вернувшегося из похода.В состоянии аффекта вместе с ношей и животом наперевес я доскакала до роддома.В приемном покое даже не удивились, а просто мило поинтересовались, мол, зачем мне еще и палатка в роддоме, мест вроде хватает. А я и не заметила, что она была аккуратно привязана с другой стороны рюкзака
Две роженицы, порвались обе, зашивает врач, юморит. Девушкам не до смеха, не отвечают. В это время в коридоре крик: «Иваныч, ты где-е-е?!» Врач, не отрываясь от шва: «Ой, как я не хочу сейчас в рифму отвечать!» Ржали все…
На утро после родов тело болело так, как если бы по мне проехал асфальтовый каток не только вдоль, но и поперёк, а потом еще контрольный заезд по диагонали.
