Мне, честно, нравилось, что ты любила,
И так наивно мне писала смс,
Я делал вид, что я люблю, картинно…
Как все мужчины, я хотел один лишь секс.
Мне честно нравилось, что ты вздыхала,
Когда тебе я набирал от "нефиг" просто,
За 5 минут ты расспросить всё успевала,
А я лишь делал вид, что всё серьёзно.
Мне, честно, нравилось, что для тебя был важен,
И то, что на тебе я вовсе не завис,
Я делал вид, что я вникаю даже,
В твои рассказы полные реприз…
Мне, честно, нравилось, что было наплевать,
Куда, когда и с кем срывалась ты под вечер,
Мне нравилось лишь только потреблять,
Ты мне себя… Другой тебе вино и свечи.
Тебе других не надо было воздыханий,
Речь президента… Ты одна на новый год,
А я с другой… в тусовке дико пьяный…
Приедет,позвонит…-ты думала - «вот-вот».
Ты упускала шансы быть счастливой,
Твоя апатия - как страшная болезнь,
Ты упускала шансы быть с мужчиной,
Который полюбил бы, такой какая есть.
Тебе смешны-тобой чужие восхищения,
Ты вся во мне, а я на простыне с другой.
Я не цинично относился к поражениям,
А подходил к процессам с головой…
Ты мемуары мне карандашом и ручкой,
Другим ты средний палец вместо «да»,
А я считал тебя доступной лёгкой сучкой,
В то время, как другие, думали - "мечта"…
И так наивно мне писала смс,
Я делал вид, что я люблю, картинно…
Как все мужчины, я хотел один лишь секс.
Мне честно нравилось, что ты вздыхала,
Когда тебе я набирал от "нефиг" просто,
За 5 минут ты расспросить всё успевала,
А я лишь делал вид, что всё серьёзно.
Мне, честно, нравилось, что для тебя был важен,
И то, что на тебе я вовсе не завис,
Я делал вид, что я вникаю даже,
В твои рассказы полные реприз…
Мне, честно, нравилось, что было наплевать,
Куда, когда и с кем срывалась ты под вечер,
Мне нравилось лишь только потреблять,
Ты мне себя… Другой тебе вино и свечи.
Тебе других не надо было воздыханий,
Речь президента… Ты одна на новый год,
А я с другой… в тусовке дико пьяный…
Приедет,позвонит…-ты думала - «вот-вот».
Ты упускала шансы быть счастливой,
Твоя апатия - как страшная болезнь,
Ты упускала шансы быть с мужчиной,
Который полюбил бы, такой какая есть.
Тебе смешны-тобой чужие восхищения,
Ты вся во мне, а я на простыне с другой.
Я не цинично относился к поражениям,
А подходил к процессам с головой…
Ты мемуары мне карандашом и ручкой,
Другим ты средний палец вместо «да»,
А я считал тебя доступной лёгкой сучкой,
В то время, как другие, думали - "мечта"…