Ниже история, которая меня очень тронула. До слез...Потому что каждый из нас порой теряет над собой контроль.
Я дорожу теми заметками, которые я получаю от своих детей, будь то каракули, нацарапанные маркером на желтых стикерах, или слова, написанные каллиграфическим почерком на линованной бумаге. Но стихотворение, которое я получила недавно в День Матери от своей 9-летней дочери было особенно значимым для меня. В самом деле, первая строчка этого стихотворения заставила меня почувствовать, как теплые слезы катятся по моим щекам.
“Важно то, что… мама всегда рядом, даже когда я попадаю в беду.”
Но, должна вам признаться, это не всегда было так.
На пике моей совершенно сумасшедшей жизни я начала практиковать то, что весьма отличалось от того, как я вела себя раньше. Я начала кричать. Это случалось не часто, но это было экстремально - словно перекаченный воздушный шарик, который внезапно лопается и заставляет всех в зоне слышимости вздрогнуть от страха.
Итак, в какие же моменты мои тогда 3-летняя и 6-летняя девочки, заставляли меня терять терпение? В тот момент, когда одна из них настаивала на том, чтобы вернуться и взять с собой еще три ожерелья из бисера и ее любимые розовые очки, когда мы уже опаздывали? Или тогда, когда другая пыталась насыпать сама себе хлопья и вывалила всю коробку на кухонный стол? Или же когда она уронила и разбила моего особого стеклянного ангела, к которому я просила не прикасаться? Или когда она, словно профессионал, боролась со сном, когда мне так нужны были мир и покой? Или тогда, когда они вдвоем боролись за нелепые вещи: кто и как будет первым выходить из машины или кто из них получит больше сладкого соуса для мороженного?
Да, именно эти вещи - обычные оплошности и типичные детские проблемы и отношения раздражали меня до такой степени, что я теряла контроль над собой.
Мне нелегко было написать это предложение. И мне было нелегко пережить это время в моей жизни, потому что, по правде говоря, я ненавидела себя в эти моменты. Что же произошло со мной, что мне нужно было кричать на двух драгоценных маленьких людей, которых я любила больше жизни?
Позвольте мне рассказать вам об этом.
О моем безумии.
Чрезмерное использование мобильных телефонов, перегруженность обязательствами, многостраничные списки дел, и стремление к совершенству поглотили меня. И то, что я кричала на людей, которых я любила, было прямым следствием потери контроля над своей жизнью.
Неизбежно, я должна была где-то развалиться. Поэтому я разваливалась за закрытыми дверьми в компании людей, которые для меня важнее всего.
Пока не настал тот роковой день.
Моя старшая дочь стояла на табуретке и пыталась что-то достать из кладовой, как вдруг она случайно уронила целый пакет риса на пол. Когда миллион мельчайших крупинок словно дождь рассыпались по полу, на глазах моей девочки стали наворачиваться слезы. И вот тогда я увидела Это - страх в ее глазах, когда она приготовилась к тираде ее матери.
Она боится меня, подумала я, и это было наиболее болезненное понимание, какое только можно вообразить. Мой шестилетний ребенок боится моей реакции на ее невинную ошибку.
С глубокой скорбью, я поняла, что не была той матерью, какой бы я хотела быть для своих детей. И это не было тем, как я хотела бы прожить остаток своей жизни.
В течение нескольких недель после этого эпизода, у меня был Срыв-Прорыв - тот момент болезненного осознавания, который и побудил меня встать на Hands Free-путь, чтобы отпустить ежедневные отвлекающие дела и понять, что действительно имеет для меня значение*. Это было два с половиной года назад - два с половиной года на то, чтобы постепенного сократить избыток электронного безумия в моей жизни ... два с половиной года на то, чтобы освободить себя от недостижимого Эталона совершенства и социального давления, призывающего “все успевать”. Как только внутренней и внешней суеты стало меньше, гнев и напряжение, накопившиеся внутри меня, стали медленно рассеиваться. Со снижением нагрузки, я стала в состоянии реагировать на детские ошибки и прегрешения более спокойно, сострадательно и разумно.
Я могла сказать что-то вроде: “Это просто шоколадный сироп. Ты можешь стереть его, и столешница будет как новенькая.”
(Вместо того, чтобы издать раздраженный вздох, и закатить глаза.)
Я предложила поддержать метлу в то время, как она подметала море из хлопьев, покрывающих пол.
(Вместо того, чтобы стоять над ней с выражением неодобрения и крайнего раздражения.)
Я помогла ей подумать, где она могла бы оставить свои очки.
(Вместо того, чтобы стыдить ее за безответственность.)
И в моменты, когда огромная усталость и непрекращающееся нытье собирались взять надо мной верх, я шла в ванную, закрывала дверь, и давала себе время, чтобы выдохнуть и напомнить себе, что они - дети, и дети совершают ошибки. Как и я.
И с течением времени, страх, который вспыхивал в глазах моих детей в моменты неприятностей, исчез. И слава Богу, я стала пристанищем в их беде, а не врагом, от которого нужно бежать и прятаться.
Я не уверена, что написала бы об этих глубоких преобразованиях, если бы не инцидент, который произошел в прошлый понедельник после обеда. В тот момент, я вновь почувствовала вкус перегруженной жизни, и желание кричать был на кончике моего языка. Я приближалась к заключительным главам книги, над которой я сейчас работаю, и мой компьютер завис. Внезапно правки целых трех глав исчезли у меня на глазах. Я провела несколько минут лихорадочно пытаясь восстановить последнюю версию рукописи.
Когда это не сработало, я обратилась к резервному копированию, только чтобы обнаружить, что и там возникла какая-то ошибка. Когда я поняла, что та работа, которую я сделала для этих трех глав никогда не восстановится, мне хотелось плакать, и даже более - я была в ярости.
Но я не могла себе этого позволить, потому что подошло время забрать детей из школы и вести их на занятия по плаванию. С большой осторожностью, я спокойно закрыла ноутбук и напомнила себе, что в жизни могут быть гораздо, гораздо более серьезные проблемы, чем переписывание этих глав. Затем я сказал себе, что не было абсолютно ничего, что я могла бы сделать с этой проблемой прямо сейчас.
Когда мои дети сели в машину, они сразу же поняли - что-то не так. “Что с тобой, мама?” - спросили они в унисон бросив мимолетный взгляд на мое пепельное лицо.
Я чувствовала, как мне хочется закричать: “Я потеряла три дня работы над своей книгой!”
Я чувствовала, как мне хочется ударить по рулю кулаком, потому что, находиться в машине - было последним местом, где я хотела бы быть в тот момент. Я хотела вернуться домой и исправить свою книгу, а не вести детей на плавание, отжимать мокрые купальники, расчесывать спутанные волосы, готовить обед, мыть посуду и укладывать всех в постель.
Но вместо этого я спокойно сказала: “У меня возникли небольшие проблемы прямо сейчас. Я потеряла часть моей книги. И я не хочу разговаривать, потому что я чувствую себя очень расстроенной.”
“Мы сожалеем,” – сказала старшая за них обеих. И затем, как если бы они знали, что мне необходимо пространство, они молчали всю дорогу до бассейна. Мы продолжили тот день, и, хотя я был более тихой, чем обычно, я не кричала и изо всех сил старалась воздерживаться от мыслей о проблеме с книгой.
Наконец, в тот день было почти все сделано. Я уложила младшую дочь в кровать и легла рядом со старшей. У нас было Время Ночного Разговора.
“Ты думаешь, тебе удастся вернуть свои главы обратно?”, – спросила она тихо.
И вот тогда я начала плакать - не столько о трех главах, я знала, что они могут быть переписаны. Мои слезы были больше связаны с усталостью и опустошением от написания и редактирования книги. Ведь, я была так близка к завершению. И то, что оно вдруг сорвалось - был невероятным разочарованием.
К моему удивлению, моя девочка потянулась и мягко погладила мои волосы. Она сказала обнадеживающие слова, вроде: “Компьютеры могут быть такими расстраивающими”, и “я могла бы посмотреть, не смогу ли я найти эту резервную копию.” И, наконец: “Мама, ты справишься. Ты самый лучший писатель, я знаю” и “Я помогу тебе так, как смогу.”
Во время моей “беды”, она была тем терпеливым и сострадательным вдохновителем, который не думал добивать меня, когда я и так уже упала.
Мой ребенок не научился бы этому чуткому отклику, если бы я оставалась крикуньей. Потому что крик разрывает связь; он заставляет людей отдаляться, вместо того, чтобы подойти поближе.
“Важно то, что ... моя мама всегда рядом, даже когда я попадаю в беду.”
Мой ребенок написал это обо мне, как о женщине, которая прошла через сложный период, которым она не гордится, но благодаря которому она многому научилась. И в ее словах, я вижу надежду для других.
Важно то, что ... никогда не слишком поздно, чтобы перестать кричать.
Важно то, что… дети прощают, особенно если они видят, что человек, которого они любят, пытается измениться.
Важно то, что... жизнь слишком коротка, чтобы расстраиваться из-за рассыпанных хлопьев и разбросанной обуви.
Важно то, что ... неважно, что случилось вчера, сегодня уже новый день.
Сегодня мы можем выбрать спокойный ответ.
И, поступая так, мы сможем научить наших детей, что мир и спокойствие строят мосты - мосты, которые могут перенести нас через беду.
Автор Rachel Macy Stafford's
*это ссылка на описание того, как родился блог автора Hands Free Mama. Рейчел пишет, что была очень занятой и успешной, и все восхищались тем, как ей все удается. Вот только в какой-то момент она заметила, что все эти дела просто отвлекают ее от главного, и за ними она упускает по-настоящему важные для себя вещи. И тогда она решила встать на путь Hands Free:
“В том же ключе, как отвлекающийся водитель использует hands-free-оборудование, позволяющее сохранять фокусировку на вождении, я решила использовать идею "Hands Free" и в жизни.
В течение последних трех лет, я в некотором смысле ежедневно практиковала это, отпуская "ежедневные отвлекающие дела" и размещая свой фокус на ком-то или чем-то для меня действительно значимом. Результаты были глубокими. В самом деле, впервые в жизни я не чувствую, что я постоянно пытаюсь наверстать упущенное. Я не чувствую тревоги или напряжения. Я более терпелива, более спонтанна и больше связана с моей семьей, чем когда-либо. Я наблюдаю и переживаю простые, радостные вещи вокруг себя, которые я не замечала раньше. Теперь я свободна, чтобы понять, что действительно имеет значение. И именно потому, что этот опыт был слишком хорош, чтобы не поделиться, я делюсь своим путешествием Hands Free Mama с вами.”
Ниже выдержка из книги Сирсов "Воспитание ребенка от рождения до 10 лет". Книга эта одна из моих настольных, всегда под рукой. В электронном виде не нашла ее, поэтому пришлось перепечатать текст вручную.
Родительский внутренний покой
<…>
Ощущение благополучия, порождаемое привязанностью как родительским подходом, доступно далеко не всем. Если вы не наслаждались прочной привязанностью, будучи ребенком, возможно, вы, став взрослым, будете постоянно жаждать внутреннего покоя, мало отмеренного вам. Даже «привязанные» дети, взрослея, должны заняться поиском духовных истин, с тем чтобы обрести цель жизни и глубокое умиротворение, в котором нуждаемся все мы. Это путь длиною в жизнь, захватывающий и трудный, требующий жертв и вознаграждающий радостями. Вступая на этот путь, оглянитесь на свое прошлое, и тогда вы поймете, в каком направлении вам следует двигаться дальше.
Исцелите свое прошлое, если оно раздираемо яростью. Родительская роль может иметь терапевтический эффект. Исполняя ее, вы поймете, в чем ваши проблемы; эта же роль побудит вас решить их. Если ваше прошлое отягощено грузом неунятой ярости, примите меры к самоисцелению, прежде чем вы, утратив самоконтроль, навредите своему ребенку. Исследования свидетельствуют, что дети, чьи матери часто впадают в гнев, имеют больше шансов стать трудными, плохо поддающимися воспитанию детьми. Определите, какие проблемы, коренящиеся в вашем прошлом, провоцируют в настоящем ваше частое возмущение. С вами грубо обращались, вас жестоко наказывали, когда вы были ребенком? Вам трудно сдерживать себя, свое раздражение? Вам недостает внутреннего покоя? Определите, что или кто в вашей теперешней жизни вызывает у вас раздражение – неудовлетворяющая вас работа, супруг (супруга), ваш ребенок, вы сами? Не забывайте, вы – зеркало ваших эмоций. Если ваш ребенок постоянно видит злое лицо и постоянно слышит злой голос, именно таким, полным злобы, человеком он, скорее всего, вырастет.
Сохраняйте трезвый взгляд на вещи. Каждый человек может взорваться. Есть родители, от которых, когда они в ярости, прячутся даже домашние собаки. Овладейте таким приемом: прежде всего научитесь подразделять «безобразия» ваших детей на «неважности» (всякое занудство и приставание), не стоящие того, чтобы раздражаться из-за них, и «важности» (нанесение вреда себе, другим, вашей собственности), требующие вашего вмешательства ради вашего блага и блага детей.
Следующий шаг: приучите
себя не обращать внимания на, как мы говорим, неважности. Вот несколько
готовых мыслей, которые можно «прокручивать» в уме в следующий раз, когда вы
сами или ваш ребенок разольет что-нибудь.
«Я рассержена (рассержен), но я могу держать себя в руках».
«Всякое бывает».
«Здесь я – старший».
«Меня возмущает учиненный беспорядок, а не ребенок».
«Я сохраню спокойствие, и мы научимся чему-нибудь».
Затвердите свою роль, повторяя ее вновь и вновь. Внесите дополнительные
реплики: «Ой! Ну и дела!» «Где там полотенце?» «Все в порядке, я помогу убрать
это!». Вероятно, вы заметите огромную разницу между такой «сценической
постановкой» неприятного происшествия и привычной вам по своему детству. Вы,
наверное, также отметите, что на деле все немного труднее, чем на словах.
Когда происходит настоящая, как мы сказали, важность, вам всерьез надо контролировать себя. Можно сделать глубокий вдох, пройтись взад и вперед, повторить раз-другой, что вы хладнокровны…хладнокровны, наметить тактику и — вернуться «на сцену». Например, ребенок измазал краской стену. Вы не на шутку разозлились, и вашему ребенку будет полезно увидеть, что вы недовольны. Вы читаете краткую лекцию на тему «Это плохо», читаете в суровом тоне, но не срываетесь на крик. Затем нужен некоторый перерыв, то есть тайм-аут. Когда вы уже на самом деле успокоились, добейтесь, чтобы ребенок (если он достаточно большой) помог вам навести порядок. Если вы управляете своим гневом, ребенок скажет себе: «Мама разозлилась, и еще бы! Ей не нравится то, что я наделал, но она по-прежнему любит меня. Я сумею помочь ей навести порядок после того, что я набезобразничал».
Мы заметили, что, приходя в ярость, мы часто страдаем больше, чем ребенок, вызвавший эту ярость. Мы чувствуем себя опустошенными. И эти следствия ярости нередко угнетают нас даже больше, чем факт, что детский ботинок…брошен в унитаз. Когда мы осознали, что мы в большей мере способны контролировать свои эмоции, чем дети — свое поведение, мы сумели трезво взглянуть на эти досадные ступени детского развития, и жить с нашими ребятишками нам стало намного проще. Но если мы все-таки приходим в ярость из-за нашего ребенка, мы не позволяем ей взять верх над нами, не доходим до того, чтобы злиться на себя за утрату хладнокровия.
Вы можете остановить этот цикл в любом звене. И тем самым обезопасите себя и ребенка.
ЦИКЛ ЯРОСТИ
Вы возмущены поведением ребенка →
Вы возмущены собой →
Вы
возмущены тем, что позволили себе взорваться →
Вы еще больше возмущены ребенком
из-за того, что он вывел вас из равновесия
Сделайте гнев своим союзником. Эмоции служат определенной цели. Нормальное возмущение заставляет вас решить имеющуюся проблему, во-первых, потому что вы не можете допустить, чтобы ребенок не исправился, если он ведет себя плохо, а во-вторых, потому что вас не нравится то, что из-за непослушания ребенка вы сами утрачиваете равновесие. Таким образом, возмущение оказывается полезной вещью. Я всегда отличался низким порогом чувствительности, если речь идет о младенческом плаче. Примерно в пятнадцать месяцев наше восьмое чадо, наша Лорен научилась так пронзительно кричать, что у меня мгновенно подскакивало давление. То ли мой порог чувствительности стал еще ниже, то ли слух у меня обострился с возрастом, но из-за крика Лорен я взрывался. Мне она не нравилась из-за этого. И я сам себе не нравился из-за того, что испытывал недовольство ею. Возможно, с этим криком было бы легче мириться, не испытывай я возмущения. Но поскольку я был возмущен и сознавал, что возмущение сказывается на моем отношении к Лорен, я был вынужден что-то делать с этим криком <…>. Поэтому, вместо того чтобы сосредотачиваться на том, как неприятны мне эти звуки, я стал сосредотачиваться на поиске причин, вызывающих у Лорен крик. И старался предотвратить ситуацию, провоцировавшую крик. Я обнаружил, что если Лорен бывало скучно, если она была утомлена, голодна или оставлена без внимания, то разражалась криком. <…> Я стал более мудрым отцом. Лорен стала более приятным ребёнком. Всего лишь анализируя гнев!
Гнев становится разрушительной силой, если вы не воспринимаете его как сигнал к действию – к решению проблемы. Вы позволяете ему мучить вас, пока не начинаете ненавидеть свои чувства, себя и персону, породившую у вас эти чувства. Вы размениваете жизнь на приступы ярости, на гнев по мелочам…из-за неважностей, которые можно было бы проигнорировать, илиже из-за важностей, с которыми можно было бы разделаться. И все это по вине гнева!
<…>
Остерегайтесь ситуаций повышенного риска, которые вызывают ярость. Не оказались ли вы в такой жизненной ситуации, которая приводит вас в ярость? Если так, то вы способны обратить свой гнев на ребенка. Потеря работы или какая-то подобная подрывающая вашу веру в себя ситуация, конечно же, может вызвать у вас оправданное возмущение. Однако теперь ваша обычная терпимость к ребяческому поведению детей (неважностям) стоит под угрозой, и вы вполне можете утратить равновесие из-за пустяков. Если вы уже раздражены, неважности легко превращаются для вас в важности. Предположим, вы вдруг попали в обстоятельства, вызывающие у вас гнев. В таком случае полезно подготовить семью: «Я хочу, чтобы все знали, что у папы был тяжелый день. Я только что потерял работу, и я раздражен из-за этого. Я найду другую работу, и все будет окей, но если я иногда стану срываться, то это не потому что я не люблю вас. Впрочем, я постараюсь сохранять спокойствие». Если вы все же взрываетесь, будет мудро с вашей стороны извиниться перед детьми (вы также вправе ожидать извинения от детей, если они позволили себе лишнее): «Простите меня за грубость. Не нужно было кричать на вас. Вы не виноваты. Я не злюсь на вас». Разумно также быть честным с сами собой и признать свою уязвимость, а кроме того, надо быть настороже, пока нервная ситуация не найдет своего разрешения. В жизни всегда будут возникать проблемы, которые вы будете не в состоянии устранить. Набираясь опыта и как отец (мать), и как личность, со временем вы поймете, что только свои действия вы и можете контролировать. То, как вы поведете себя во гневе, либо послужит вам на пользу, либо причинит вам вред. А значит, и ваши дети либо выиграют, либо пострадают.