... Продолжение...
События последующих недель не отличались разнообразием. Продолжая играть роль неприступных и уверенных в себе людей, которым, в отличие от полушария, таблетки и жопы, не нужны были вторые половинки, мы не заходили дальше немых, но таких красноречивых взглядов. Эта нарочитая сдержанность была самой сладкой и длинной прелюдией, которая позволила страсти вызреть и достичь кульминации.... 
Но однажды привычный нам распорядок нарушило одно обстоятельство. Точнее, два обстоятельства. Вместо того, чтобы, как обычно, накрасить ресницы, надеть юбку и в гордом одиночестве заказать бокал белого, я какого-то фига решила посетить Блиндаж со своим парнем. Надо сказать, с не менее сексуальной фигурой, густыми волосами и манящим взглядом. С парнем, который обладал отменным чувством юмора, здорово заряжал оптимизмом, но при взгляде на которого не думалось о дружной семье, детях, необитаемом острове.
Весь вечер я не сводила взгляда с входной двери, моля бога, чтобы в нее не вошел мой родной незнакомец, о котором я не знала ничего, кроме того, что у него - низкий грудной голос (что было неудивительно, учитывая его увлечение тяжелым металлом).
Он все-таки вошел. Как всегда, в центре шумной компании. Как всегда, слегка навеселе. Но было в его образе что-то чужое и незнакомое. Что-то суровое и отрешенное. Он ни разу не посмотрел в мою сторону, и, следовательно, не мог видеть моего спутника, который недоумевал, почему я отказываюсь с ним целоваться...
Только спустя несколько часов я осознала отделяющий нас друг от друга барьер. Все стало на свои места, когда до меня донесся обрывок его разговора с собеседником. На повышенных тонах он говорил о конфликте, произошедшем с ним в супермаркете. Сделав покупку на втором этаже магазина, он не побеспокоился о товарном чеке, и когда на выходе его попросили предъявить удостоверение оплаты, он не смог этого сделать. Ему пришлось вернуть дорогой товар. Ему пришлось вернуть соску, стоимость которой окзалась для неформала достаточно весомой, чтобы испортить ему настроение на весь вечер.
Мое же настроение испортила его покупка. Он купил соску. У него был ребенок.
Все кусочки мозаики сложились для меня в одну целую картину. Мне внезапно стала понятна его безинициативность, которую я наивно объясняла патетическими размышлениями о нарочито сдерживаемой страсти. Так вот, оказывается, о каком необитаемом острове говорил он! "Если бы мы жили...". Дело было не в романтизме, которым я ошибочно наделяла всех музыкантов. Наши с ним реальности не могли пересекаться просто потому, что место в его спальной комнате было занято. Оно было занято женщиной. Мамой его ребенка.
Он почувствовал мои мысли, которые не могли заглушить ни громкие звуки музыки, ни алкогольные промилле, ни мой сегодняшний спутник, с которым, я точно знала, мы больше никогда не увидемся.
Медленно, как в фильме, он повернул голову и посмотрел на меня. В том взгляде было сожаление, беспомощность, растерянность, и.... осуждение, разочарование.
Я почувствовала, с какой непреодолимой преградой встречусь, переведя взгляд на его правую руку. Оттягивая момент, когда моя страсть, внезапно ставшая невыносимой, охладитсяпод ледяным потоком реальности, я медленно опустила глаза вниз.
Моя поздняя догадка оказалась верной. Сквозь гашишно-табачно завесу тумана блеснуло обручальное кольцо. Причину же его отстраненного и разочарованного взгляда я поняла, уже выйдя из заведения. Разочарование и сожаление были продиктованы не потраченными на детскую соску деньги. Все то время, что мы находились в Блиндаже, он намеренно не обращал на меня внимания. Он видел, что я была не одна.Он почувстваовал, что я предала его.
Он еще раз убедился, что наше будущее возможно только на необитаемом острове.
И если бы не события, которые произошли затем, мне пришлось бы распрощаться со своей любимой легкомысленностью и ветренностью, которые позволительны только юности. Да, определенно, я стала бы мудрой женщиной, философски размышляющей на тему "почему везет всем, кроме меня"...
Если бы не те события.
Возможно, продолжение следует :)
