Родинки, татуировки… и страх, который возникает у каждой, когда она оказывается по ту сторону объектива - страх встретиться с той частью себя, о которой ты ничего не знаешь и не хочешь знать.
Такую сложно представить ревущей ночь напролет, когда на утро лицо превращается в месиво из кожи и слез, и нужен день, чтобы прийти в себя, и пусть не хочется, но надо звонить, и врать, и брать выходной, заваривать крепкий чай и долго смотреть в потолок, прислушиваясь, как внутри внезапно стало гулко и пусто.
Такую сложно представить в такой ситуации - а ведь нет среди нас ни одной, которая бы через это не проходила. Не находила себя однажды сползающей по стенке в ванной в беззвучной истерике в какую-нибудь особенно темную ночь, когда ты больше похожа на потрепанного зайца с вельветовыми проплешинами и костяной пуговицей вместо глаза, чем на ту, которая никогда ни о чем не просит, не ждет, не боится времени, уходит первой…
Ни одна из таких ночей не проходит бесследно.
Ни один из звонков, когда «абонент не доступен», а ведь должен был прилететь и позвонить еще несколько часов назад.
Ни одно утро, когда просыпаешься в мертвой тишине в семейной кровати, и от пустых простыней так отчетливо веет предательством - тянет холодом прямо по позвоночнику, что кажется:
жизнь впереди долгая, а ты - Гренландия. Температура внутри падает, дрейфуют льды.
…По эту сторону объектива много говоришь, еще больше - слушаешь. И если слушать достаточно хорошо, можно научиться читать тело, как книгу: видеть горькие и счастливые главы, оставленные кем-то пометки. Главное - листать бережно.
Не загибать уголки.
Фото: Greg Ponthus
И знаете, что я хочу сказать? Мы - красивые. Со всеми нашими трещинками и сколами. Потому что они - про жизнь и дорогу домой, про долгие мили пути, уставшего ангела за плечом, отросшие фамильные корни. Про все эти чертовы борщи, стиранные руками пеленки, забрызганные маслом поверхности. Про все наши сложные выборы, «да» и «нет», оргазмы и всхлипы. Про то, как приходит зима, пока ты едешь в метро, про похмелье на утро, про с таким удовольствием пропущенные звонки, с таким сожалением - не отправленные смски. Про боль в пояснице, засохшие контактные линзы, одинокое Рождество на полу, шарлотку, которую некому есть, - это все мы, это про нас. Равно как и про те мгновения, когда мы остро ощущаем, что живы, что счастливы - такие прозрачные, легкие, будто светимся…
Вот про это - для этого! - морщинки и трещинки, недостатки и шероховатости: чтобы было чем зацепиться - за жизнь и Другого, и совпасть, и срастись, прорасти - один в одного.
Фото: Соня Черных
Так, глядя на свои ладони, я вижу не ума и сердца линии, а сплетенные нити:
вот колючая, суровая, крепкая - ей привязана к мужу;
а вот нежная, тонкая, шелковая, это - дочь.
Изучая следы на теле, я вижу прошлое.
Принимая следы на теле -
становлюсь еще красивее,
чем вчера.