Ура. Столько собирались, и, наконец, посетили центр косметологии и пластической хирургии по поводу Лизиного родимого пятна. Что сказать: живем и радуемся. Это дело можно будет преспокойно убрать, правда только после шести-семи лет. Если раньше - останется рубец, так как голова будет еще расти.
Что ж, мы подождем. А там все взвесим и решим. Главное - это не приговор, и выбор у нас все-таки есть...
А пятно считается врожденным, а по сему иссекаться будет только хирургическим путем. Собственно, таковым считается все, что появилось до года. Рано я радовалась, когда на УЗИ в тридцать недель доктор как бы между прочим сказала, что личико чистое. Тогда было чистым, а вот к четырем месяцам вылезло. Пришлось убедиться, что никто не застрахован...
Я долго над этим думала. Все пыталась понять, для чего судьба послала нам это испытание? Почему именно мы? Мне хотелось плакать, глядя на ребенка. Смотрела на нее, а видела только эту родинку, и опускались руки... Не хорошо так, но хотелось все начать сначала, родить другого, здорового и красивого ребенка. Ведь все родители девочек видят в них маленьких принцесс, а я упорно видела... ладно, опустим... Я смотрела на лица других деток. Все они были чистыми и жизнерадостными...
А потом, после таких мыслей, накатывало чувство стыда, жалости и любви к своему ребенку. Я обнимала ее, ласкала, целовала. Она ведь не виновата, что родилась такой, так почему же ей должно доставаться меньше материнской любви?
Со временем я перестала видеть пятно и снова увидела своего ребенка. Я обращала на родинку внимание лишь изредка, когда она становилась ну уж очень яркой, или когда кто-нибудь спрашивал, что это у Лизы на лбу. Приходилось отвечать, что родинка, придав своему голосу интонацию типа "а, пустяки". Чужой жалости нам, в принципе, не нужно...
Так прошла ли я испытание? Наверное, да. Так как дурные мысли ушли, и я, в конце-то концов приняла своего ребенка таким, какой он есть... Или нет? Ведь поперлась же все-таки к хирургам...
