Я не могу оторвать глаз от тебя,

Маше исполнился месяц.

«Я не могу оторвать глаз от тебя, не могу оторвать глаз от тебя!» - вот что мы Маше поём. Потому что Маша, во-первых, самый очаровательный для нас в мире младенец, а во-вторых, Маша не любит чувствовать себя одинокой. И родители должны быть минимум в пределах видимости. А традиционный максимум – ездовая мама и ездовой папа.

Сегодня Маша впервые, лёжа на животе, несколько секунд продержала головку. И снова, и снова. Мама даже успела сбегать за фотоаппаратом и зафиксировать.

Вчера Маша в слинге:

а) работала за компом вместе с мамой //маме снова дали работу по сочинительству, это для меня сейчас – как чемодан без ручки: нести тяжело, бросить жалко, таньгу на дороге не валяются, но с Машей особо на другое не развернёшься//

б) ездила в маршрутке и гостила у бабушки с дедушкой.

Кстати, в слинге дитя чувствует себя как у себя дома. Жаль, пока мама не совсем наловчилась делать загрузку-выгрузку.

Маша, однозначно, дружит с погремушками. Наша серьёзная дщерь улыбается только лучшей подружке сисе и погремушкам. Но зато уже третий день Маша делает попытки общаться – пока, конечно, не гулит, но какие-то характерные звуки издает.

Маша в еде – зверь. После каждой кормёжки мы срыгиваем столько, что хватит на кило сыра. Мама волнуется: будет ли дочери чем писать-какать? Глупая мама! Этого добра у Маши всегда валом!

Завтра Маша идёт к педиатру. Посмотрим, что скажут.

Но! Есть одно НО! В середине октября у мамы сессия. На протяжении 3 недель маме придётся оставлять дочку на бабушку на 3, а иной раз – и на 5-6 часов. Сцеживаюсь, гружу в морозилку. Но этого явно не хватит – Маша подьедает хорошо, и сцеживаемае 1-2 раза в день можно мерять даже не чайными, а кофейными ложками. Перед уходом буду кормить и тоже буду сцеживать. Но, боюсь, не хватит. И, боюсь, временно придётся докармливать :(